48 цитат Алексея Иванова — подборка на все случаи

Подборка из 48 цитат Алексея Иванова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   И вот я стою под этими созвездиями с пустыми руками, с дырявыми карманами. Ни истины, ни подвига, ни женщины, ни друга, ни гроша. Ни стыда, ни совести.

   И вот я стою под этими созвездиями с пустыми руками, с дырявыми карманами. Ни истины, ни подвига, ни женщины, ни друга, ни гроша. Ни стыда, ни совести.

   — Виктор Сергеевич Служкин · книга
2. «

   Пускай жизнь скотская, нельзя превращаться в скотов.

   Пускай жизнь скотская, нельзя превращаться в скотов.

   — Тобол. Много званых · книга
3. «

   Моя душа уже не горит сплошь болью, как накануне. От той боли лишь длинная кровавая полоса. Я уже знаю, где я порезался, а где цел. Боль нашла своё место.

   Моя душа уже не горит сплошь болью, как накануне. От той боли лишь длинная кровавая полоса. Я уже знаю, где я порезался, а где цел. Боль нашла своё место.

   — Виктор Сергеевич Служкин · книга
4. «

   У меня тоже любовника сроду не было — так, уроды какие-то... Любовницу найти, наверное, потруднее, чем жену.

   У меня тоже любовника сроду не было — так, уроды какие-то... Любовницу найти, наверное, потруднее, чем жену.

   — Ветка · книга
5. «

   Единственный путь к истине — это вертикаль. Единственное сообщение человека с истиной — по вертикали.

   Единственный путь к истине — это вертикаль. Единственное сообщение человека с истиной — по вертикали.

   — Общага-На-Крови · книга
6. «

   — Твой бог глухой, он не помогает! Может, его и нет вовсе? — Он есть. Но в вере многое зависит от нас, а не от него. Если молишься — он слышит. Если слушаешь — он говорит. Если веришь — он делает.

   — Твой бог глухой, он не помогает! Может, его и нет вовсе? — Он есть. Но в вере многое зависит от нас, а не от него. Если молишься — он слышит. Если слушаешь — он говорит. Если веришь — он делает.

   — Владыка Филофей · книга
7. «

   Звёзд на небе было так много, что казалось, там нельзя сделать и шага, чтобы под ногой не захрустело.

   Звёзд на небе было так много, что казалось, там нельзя сделать и шага, чтобы под ногой не захрустело.

   — Географ глобус пропил · книга
8. «

   Знаешь, я не люблю, когда мне показывают голый, грязный зад и при этом радуются.

   Знаешь, я не люблю, когда мне показывают голый, грязный зад и при этом радуются.

   — Географ глобус пропил · книга
9. «

   В зеленоватом арктическом небе не было ни единого облака, как ни единой мысли.

   В зеленоватом арктическом небе не было ни единого облака, как ни единой мысли.

   — Географ глобус пропил · книга
10. «

    Прямо перед ним уходила вдаль светлая и лучезарная пустыня одиночества.

    Прямо перед ним уходила вдаль светлая и лучезарная пустыня одиночества.

    — Географ глобус пропил · книга
11. «

    Все указатели судьбы годятся только на то, чтобы сбить с дороги.

    Все указатели судьбы годятся только на то, чтобы сбить с дороги.

    — Географ глобус пропил · книга
12. «

    Мы никогда не ошибаемся, если рассчитываем на человеческое свинство... Ошибаемся, лишь когда рассчитываем на порядочность. Что значит «исправить свои ошибки»? Изжить в себе веру в людей?... Самые большие наши ошибки – это самые большие наши победы.

    Мы никогда не ошибаемся, если рассчитываем на человеческое свинство... Ошибаемся, лишь когда рассчитываем на порядочность. Что значит «исправить свои ошибки»? Изжить в себе веру в людей?... Самые большие наши ошибки – это самые большие наши победы.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
13. «

    Дикая душевная боль оттого, что я удавил своё желание, рвёт меня на куски.

    Дикая душевная боль оттого, что я удавил своё желание, рвёт меня на куски.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
14. «

    Когти тоски, что целый год ржавели в моей душе, потихоньку разжимаются. Мне кажется, что впервые за долгое время я двигаюсь по дороге, которая приведёт меня к радости.

    Когти тоски, что целый год ржавели в моей душе, потихоньку разжимаются. Мне кажется, что впервые за долгое время я двигаюсь по дороге, которая приведёт меня к радости.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
15. «

    Лучше пожалеть и уйти, чем остаться и пожалеть.

    Лучше пожалеть и уйти, чем остаться и пожалеть.

    — Блуда и МУДО · книга
16. «

    ...палая листва плыла по канаве, как порванное в клочки письмо, в котором лето объясняло, почему оно убежало к другому полушарию.

    ...палая листва плыла по канаве, как порванное в клочки письмо, в котором лето объясняло, почему оно убежало к другому полушарию.

    — Географ глобус пропил · книга
17. «

    Сейчас все хотят тепла, уюта и покоя. Но отрава бродяжничества уже в крови. И никакого покоя дома они не обретут. Снова начнет тревожить вечное влечение дорог — едва просохнет одежда и отмоется грязь из под ногтей. Я это знаю точно.

    Сейчас все хотят тепла, уюта и покоя. Но отрава бродяжничества уже в крови. И никакого покоя дома они не обретут. Снова начнет тревожить вечное влечение дорог — едва просохнет одежда и отмоется грязь из под ногтей. Я это знаю точно.

    — Градусов · книга
18. «

    Школа должна корректировать недочёты родительского воспитания, а не повторять их и тем более не усугублять.

    Школа должна корректировать недочёты родительского воспитания, а не повторять их и тем более не усугублять.

    — Роза Борисовна · книга
19. «

    Мне кажется, что в душе я заложил Машу кирпичами, как окно в стене. В душе лишь легкий сквозняк от новой дыры где-то в районе сердца — оттуда, откуда я наломал кирпичи.

    Мне кажется, что в душе я заложил Машу кирпичами, как окно в стене. В душе лишь легкий сквозняк от новой дыры где-то в районе сердца — оттуда, откуда я наломал кирпичи.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
20. «

    — А в зоопарке динозавры есть? — Нету. Они вымерли давным-давно. — А почему они умерли? — Съели друг друга до последнего. — А последний? — Последний сдох от голода, потому что некого больше было есть.

    — А в зоопарке динозавры есть? — Нету. Они вымерли давным-давно. — А почему они умерли? — Съели друг друга до последнего. — А последний? — Последний сдох от голода, потому что некого больше было есть.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга