Что говорил Алессандро Барикко: 74 цитаты

Ниже 74 цитаты Алессандро Барикко — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Невозможно представить себе, сколько всего умирает со смертью живого существа. Даже собаки. Но в первую очередь это относится к человеку.

   Невозможно представить себе, сколько всего умирает со смертью живого существа. Даже собаки. Но в первую очередь это относится к человеку.

   — Такая история · книга
2. «

   Так он понял наконец, что оказался в положении, известном многим человеческим особям, но от этого не менее плачевном: то единственное, что заставляет их чувствовать себя живыми, медленно, но неизбежно убивает их. Родителей — дети, артистов — успех, слишком высокие горы — скалолазов. Писание книг — Джаспера Гвина.

   Так он понял наконец, что оказался в положении, известном многим человеческим особям, но от этого не менее плачевном: то единственное, что заставляет их чувствовать себя живыми, медленно, но неизбежно убивает их. Родителей — дети, артистов — успех, слишком высокие горы — скалолазов. Писание книг — Джаспера Гвина.

   — Мистер Гвин · книга
3. «

   – Вас не тяготит то, что вы всегда и во всем должны являть собой совершенство? – Нет, напротив. Это избавляет меня от необходимости направлять мои жесты к каким-то иным целям. – То есть? – Я не должен спрашивать себя каждый день, зачем я живу. – А-а. – Это утешает.

   – Вас не тяготит то, что вы всегда и во всем должны являть собой совершенство? – Нет, напротив. Это избавляет меня от необходимости направлять мои жесты к каким-то иным целям. – То есть? – Я не должен спрашивать себя каждый день, зачем я живу. – А-а. – Это утешает.

   — Юная невеста · книга
4. «

   Не для того, чтобы перемениться, начинают всё с начала... Начинают с начала, чтобы поменять стол... Мы всегда думаем, будто ошиблись игрой: чего только не добились бы мы, с нашими-то картами, если бы сели за другой игровой стол.

   Не для того, чтобы перемениться, начинают всё с начала... Начинают с начала, чтобы поменять стол... Мы всегда думаем, будто ошиблись игрой: чего только не добились бы мы, с нашими-то картами, если бы сели за другой игровой стол.

   — Трижды на заре · книга
5. «

   Умереть – самый верный способ состариться.

   Умереть – самый верный способ состариться.

   — Мистер Гвин · книга
6. «

   Потом они долго молчали, каждый со своими мыслями, и были похожи на одну из тех пар, которые так долго любят друг друга, что им уже не нужно разговаривать.

   Потом они долго молчали, каждый со своими мыслями, и были похожи на одну из тех пар, которые так долго любят друг друга, что им уже не нужно разговаривать.

   — Мистер Гвин · книга
7. «

   — Я бы на вашем месте не была такой спокойной. — Я не говорил, что спокоен. Я только сказал, что время есть. Я собирался впасть в панику через несколько дней. — Вы, молодые, вечно все откладываете на потом.

   — Я бы на вашем месте не была такой спокойной. — Я не говорил, что спокоен. Я только сказал, что время есть. Я собирался впасть в панику через несколько дней. — Вы, молодые, вечно все откладываете на потом.

   — Мистер Гвин · книга
8. «

   …Жизнь идет своим чередом, невзирая на присущую людям рассеянность.

   …Жизнь идет своим чередом, невзирая на присущую людям рассеянность.

   — Юная невеста · книга
9. «

   …Если ты для этого рожден, писание является жестом, совпадающим с памятью: ты запоминаешь все, что пишешь.

   …Если ты для этого рожден, писание является жестом, совпадающим с памятью: ты запоминаешь все, что пишешь.

   — Юная невеста · книга
10. «

    ... Все мы — страницы какой-то книги, но книги, никогда никем не написанной.

    ... Все мы — страницы какой-то книги, но книги, никогда никем не написанной.

    — Мистер Гвин · книга
11. «

    Я не верю в Историю. История – оптический обман. Ее делают единицы, а приписывают всему человечеству. Но это неправда. История – дело немногих.

    Я не верю в Историю. История – оптический обман. Ее делают единицы, а приписывают всему человечеству. Но это неправда. История – дело немногих.

    — Такая история · книга
12. «

    Юношеское горе всегда непоправимо, а тоска не имеет причины.

    Юношеское горе всегда непоправимо, а тоска не имеет причины.

    — Такая история · книга
13. «

    У Лангле она научилась тому, что из всех возможных жизней надо выбрать одну и с лёгким сердцем наблюдать за остальными.

    У Лангле она научилась тому, что из всех возможных жизней надо выбрать одну и с лёгким сердцем наблюдать за остальными.

    — Море-океан · книга
14. «

    ... капля дождя, упавшая с неба, чтобы слезой пролиться на клавишу цвета слоновой кости и, скатившись в щель между до и ре, исчезнуть там навсегда — какая прекрасная судьба.

    ... капля дождя, упавшая с неба, чтобы слезой пролиться на клавишу цвета слоновой кости и, скатившись в щель между до и ре, исчезнуть там навсегда — какая прекрасная судьба.

    — Замки гнева · книга
15. «

    Если уж не обойтись без людей, пускай себе парят где-нибудь в вышине.

    Если уж не обойтись без людей, пускай себе парят где-нибудь в вышине.

    — Море-океан · книга
16. «

    Угадай полет твоей стрелы, если хочешь узнать, что ждет тебя впереди...

    Угадай полет твоей стрелы, если хочешь узнать, что ждет тебя впереди...

    — Шёлк · книга
17. «

    – Предательство вещей. Знаете, о чем я говорю? – Нет. – Это очень поучительно: обнаружить, что предметы не несут в себе ничего из того смысла, который мы им придаем. Достаточно косвенного обстоятельства, малейшего смещения траектории, и в единый миг они становятся кусочком совсем другой истории.

    – Предательство вещей. Знаете, о чем я говорю? – Нет. – Это очень поучительно: обнаружить, что предметы не несут в себе ничего из того смысла, который мы им придаем. Достаточно косвенного обстоятельства, малейшего смещения траектории, и в единый миг они становятся кусочком совсем другой истории.

    — дядя · книга
18. «

    – Вы думаете, будто знаете Сына? – Самую малость: насколько вообще допустимо знать сыновей. Они – затонувшие материки, и мы видим только то, что выступает над поверхностью воды.

    – Вы думаете, будто знаете Сына? – Самую малость: насколько вообще допустимо знать сыновей. Они – затонувшие материки, и мы видим только то, что выступает над поверхностью воды.

    — Юная невеста · книга
19. «

    Человек навыдумывает себе бог весть каких историй и носится с ними полжизни; не важно, что все это россказни и небылицы, главное – «мое», и точка. Мало того, он еще и гордится этим. Он даже счастлив. Так может продолжаться до бесконечности. Но вот в один прекрасный день что-то ломается в этой громадной машине грез – бац, – разрывается ни с того ни с сего; человек и в толк не возьмет, как это вдруг вся эта небывальщина уже не в нем, а перед ним, словно бред постороннего, только этот посторонний и есть он сам.

    Человек навыдумывает себе бог весть каких историй и носится с ними полжизни; не важно, что все это россказни и небылицы, главное – «мое», и точка. Мало того, он еще и гордится этим. Он даже счастлив. Так может продолжаться до бесконечности. Но вот в один прекрасный день что-то ломается в этой громадной машине грез – бац, – разрывается ни с того ни с сего; человек и в толк не возьмет, как это вдруг вся эта небывальщина уже не в нем, а перед ним, словно бред постороннего, только этот посторонний и есть он сам.

    — Море-океан · книга
20. «

    Мечтаешь о чём-то, мечтаешь, а жизнь с тобой в эти игры играть не собирается и – фьють – развеивает твои грёзы в один короткий миг. Достаточно ничтожной фразы – и всё пошло наперекосяк. Такие вот дела. А вы как думали? Жизнь – это вам не фунт изюма.

    Мечтаешь о чём-то, мечтаешь, а жизнь с тобой в эти игры играть не собирается и – фьють – развеивает твои грёзы в один короткий миг. Достаточно ничтожной фразы – и всё пошло наперекосяк. Такие вот дела. А вы как думали? Жизнь – это вам не фунт изюма.

    — Море-океан · книга