86 цитат Алессандро Барикко — избранное

Ниже 86 цитат Алессандро Барикко — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   На что мы бываем способны, подумала. Расти, любить, рожать детей, стареть — и всё это будучи в ином месте, в долгом времени не дошедшего ответа или неоконченного жеста. Сколько тропок мы проходим, и какими несходными шагами, за время странствия, которое мним единственным.

   На что мы бываем способны, подумала. Расти, любить, рожать детей, стареть — и всё это будучи в ином месте, в долгом времени не дошедшего ответа или неоконченного жеста. Сколько тропок мы проходим, и какими несходными шагами, за время странствия, которое мним единственным.

   — Мистер Гвин · книга
2. «

   Книга похожа на холодильник — открываешь ее и радуешься, что она полная. И потреблять содержимое книги нужно соответственно — ночью, в пижаме, в полном одиночестве!

   Книга похожа на холодильник — открываешь ее и радуешься, что она полная. И потреблять содержимое книги нужно соответственно — ночью, в пижаме, в полном одиночестве!
3. «

   Люди никогда не бывают настолько далеки, чтобы не найти друг друга...

   Люди никогда не бывают настолько далеки, чтобы не найти друг друга...

   — Море-океан · книга
4. «

   Когда у тебя нет будущего, инстинкт велит ненавидеть.

   Когда у тебя нет будущего, инстинкт велит ненавидеть.

   — Юная невеста · книга
5. «

   «Один день — три осени» — китайский фразеологизм, означающий то чувство, когда ты настолько скучаешь по человеку, что один день тянется, как три года.

   «Один день — три осени» — китайский фразеологизм, означающий то чувство, когда ты настолько скучаешь по человеку, что один день тянется, как три года.

   — 1900. Легенда о пианисте · книга
6. «

   Джастин Гвин был человеком правильным, точным даже в ошибках.

   Джастин Гвин был человеком правильным, точным даже в ошибках.

   — Мистер Гвин · книга
7. «

   ... Если кто-нибудь умирает, другим приходится жить также и за него — что ещё остаётся делать.

   ... Если кто-нибудь умирает, другим приходится жить также и за него — что ещё остаётся делать.

   — Мистер Гвин · книга
8. «

   Все влюбленные уверены в собственной неповторимости, тогда как на самом деле они абсолютно одинаковы.

   Все влюбленные уверены в собственной неповторимости, тогда как на самом деле они абсолютно одинаковы.

   — Такая история · книга
9. «

   Как было бы славно, если на каждого из нас приходилось бы по реке, ведущей к собственному морю.

   Как было бы славно, если на каждого из нас приходилось бы по реке, ведущей к собственному морю.

   — Море-океан · книга
10. «

    Угадай полет твоей стрелы, если хочешь узнать, что ждет тебя впереди...

    Угадай полет твоей стрелы, если хочешь узнать, что ждет тебя впереди...

    — Шёлк · книга
11. «

    — Они вернутся. Ведь это так трудно — устоять перед искушением вернуться, правда ли?

    — Они вернутся. Ведь это так трудно — устоять перед искушением вернуться, правда ли?

    — Шёлк · книга
12. «

    Люди проживают год за годом, но по-настоящему они живут, лишь когда выполняют то, для чего появились на свет. Всё остальное время проходит в воспоминаниях или ожидании.

    Люди проживают год за годом, но по-настоящему они живут, лишь когда выполняют то, для чего появились на свет. Всё остальное время проходит в воспоминаниях или ожидании.

    — Такая история · книга
13. «

    Потом сказал, что его всегда интересовала одна вещь относительно настройщиков. — Меня всегда интересовало, умеют ли они играть на фортепиано. Профессионально, я имею в виду. — Редко, — ответил Джаспер Гвин. И продолжил: — Если вопрос в том, почему после долгой и кропотливой работы они не садятся за рояль и не играют полонез Шопена, чтобы насладиться результатом своего прилежания и мастерства, ответ такой: даже если бы они были в состоянии сыграть, то все равно никогда бы играть не стали. — Неужели? — Тот, кто настраивает фортепиано, не любит расстраивать их, — объяснил Джаспер Гвин.

    Потом сказал, что его всегда интересовала одна вещь относительно настройщиков. — Меня всегда интересовало, умеют ли они играть на фортепиано. Профессионально, я имею в виду. — Редко, — ответил Джаспер Гвин. И продолжил: — Если вопрос в том, почему после долгой и кропотливой работы они не садятся за рояль и не играют полонез Шопена, чтобы насладиться результатом своего прилежания и мастерства, ответ такой: даже если бы они были в состоянии сыграть, то все равно никогда бы играть не стали. — Неужели? — Тот, кто настраивает фортепиано, не любит расстраивать их, — объяснил Джаспер Гвин.

    — Мистер Гвин · книга
14. «

    Рядом с ним присела дама с битком набитой сумкой на колесиках и ветхим зонтиком, который всё время падал. Пожилая дама в непромокаемой косынке. В какой-то момент дама сняла косынку, и в движении, которым она поправила волосы, был явлен след очарования, действие которого прервалось много лет назад.

    Рядом с ним присела дама с битком набитой сумкой на колесиках и ветхим зонтиком, который всё время падал. Пожилая дама в непромокаемой косынке. В какой-то момент дама сняла косынку, и в движении, которым она поправила волосы, был явлен след очарования, действие которого прервалось много лет назад.

    — Мистер Гвин · книга
15. «

    Где начинается конец моря? Скорее даже так: что мы имеем в виду, когда говорим: море? Огромное, ненасытное чудище или ту волну, что пенится у наших ног? Воду, что можно зачерпнуть ладонью, или непроглядную бездну? Выражаем ли мы все это одним словом или под одним словом скрываем все это? Сейчас я рядом с морем и не могу понять, где оно. Море. Море.

    Где начинается конец моря? Скорее даже так: что мы имеем в виду, когда говорим: море? Огромное, ненасытное чудище или ту волну, что пенится у наших ног? Воду, что можно зачерпнуть ладонью, или непроглядную бездну? Выражаем ли мы все это одним словом или под одним словом скрываем все это? Сейчас я рядом с морем и не могу понять, где оно. Море. Море.

    — Море-океан · книга
16. «

    Он ощутил пьянящий восторг, словно только что выбросился из окна.

    Он ощутил пьянящий восторг, словно только что выбросился из окна.

    — Море-океан · книга
17. «

    Она погрузилась в немую тьму и в этой тьме была собой. У неё получилось без страха, легко, потому что кто-то на неё смотрел — это она мгновенно сообразила. По какой-то непонятной причине она наконец-то была одна, совершенно одна, в таком одиночестве, какого не бывает никогда — или редко, пришло на ум, во время любовных объятий. Она очутилась далеко, почти потеряв представление о времени, касаясь, может быть, пределов сна.

    Она погрузилась в немую тьму и в этой тьме была собой. У неё получилось без страха, легко, потому что кто-то на неё смотрел — это она мгновенно сообразила. По какой-то непонятной причине она наконец-то была одна, совершенно одна, в таком одиночестве, какого не бывает никогда — или редко, пришло на ум, во время любовных объятий. Она очутилась далеко, почти потеряв представление о времени, касаясь, может быть, пределов сна.

    — Мистер Гвин · книга
18. «

    — Они немые, — сказал. — Простите? — Картины не нравятся мне потому, что они немые. Они как люди, которые шевелят губами, но голоса нет. Голос нужно додумывать. Мне не нравится делать это усилие.

    — Они немые, — сказал. — Простите? — Картины не нравятся мне потому, что они немые. Они как люди, которые шевелят губами, но голоса нет. Голос нужно додумывать. Мне не нравится делать это усилие.

    — Мистер Гвин · книга
19. «

    Меня всегда до глубины души поражало, насколько слепы родители, когда дело касается мечты их ребенка. Они ее не понимают. Причем не понимают искренне.

    Меня всегда до глубины души поражало, насколько слепы родители, когда дело касается мечты их ребенка. Они ее не понимают. Причем не понимают искренне.

    — Такая история · книга
20. «

    Танго дарит прошлое тому, кто не жил, и будущее тому, кто не надеется.

    Танго дарит прошлое тому, кто не жил, и будущее тому, кто не надеется.

    — дядя · книга