263 цитаты Анджея Сапковского — коротко и по делу

Подборка из 263 цитаты Анджея Сапковского: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мне тоже известны такие, которые приятней отказывают, чем она даёт...

   Мне тоже известны такие, которые приятней отказывают, чем она даёт...

   — Лютик · книга
2. «

   Не может быть правилом то, из чего есть исключения. И, пожалуйста, не надо говорить, что, мол, исключения подтверждают правила.

   Не может быть правилом то, из чего есть исключения. И, пожалуйста, не надо говорить, что, мол, исключения подтверждают правила.

   — Геральт из Ривии · книга
3. «

   – Я знала, что ты не поймешь. – Не пойму, верно. Никогда. Но в чем дело, знаю. Ваши значительные, ваши великие дела, ваши войны, ваша борьба за спасение мира… Ваша цель, которая оправдывает средства… Прислушайся, Филиппа. Слышишь голоса, крики? Это коты дерутся за свои великие дела. За абсолютную власть над кучей отбросов. Это не шутки, там льется кровь и летят клочья шерсти. Там идет война. Но мне в высшей степени наплевать на все эти войны, кошачьи и твои.

   – Я знала, что ты не поймешь. – Не пойму, верно. Никогда. Но в чем дело, знаю. Ваши значительные, ваши великие дела, ваши войны, ваша борьба за спасение мира… Ваша цель, которая оправдывает средства… Прислушайся, Филиппа. Слышишь голоса, крики? Это коты дерутся за свои великие дела. За абсолютную власть над кучей отбросов. Это не шутки, там льется кровь и летят клочья шерсти. Там идет война. Но мне в высшей степени наплевать на все эти войны, кошачьи и твои.

   — Геральт из Ривии · книга
4. «

   Да, совсем забыл! Советы тебе не нужны, союзники тебе не нужны, без спутников ты обойдешься. Ведь цель твоего похода — цель личная и особенная, больше того, характер цели требует, чтобы ты реализовал её самолично. Риск, опасность, труд, борьба с сомнениями должны лечь на тебя. Только и исключительно. Ибо все это элементы покаяния, искупления вины, которое ты стремишься совершить. Этакое, сказал бы я, испытание, крещение огнём. Ты пройдёшь сквозь опаляющее, но и очищающее пламя. Сам, в одиночку. Потому что если кто-нибудь тебя в этом поддержит, поможет, возьмет на себя хотя бы частичку этого огненного крещения, этой боли, этого покаяния, то тем самым как бы объединит тебя, урвет у тебя ту часть искупления, которая достанется ему. Твой, это только твой долг и ничей больше. Долг, который надобно заплатить, и ты не хочешь расплачиваться за него, одновременно одалживая у других кредиторов.

   Да, совсем забыл! Советы тебе не нужны, союзники тебе не нужны, без спутников ты обойдешься. Ведь цель твоего похода — цель личная и особенная, больше того, характер цели требует, чтобы ты реализовал её самолично. Риск, опасность, труд, борьба с сомнениями должны лечь на тебя. Только и исключительно. Ибо все это элементы покаяния, искупления вины, которое ты стремишься совершить. Этакое, сказал бы я, испытание, крещение огнём. Ты пройдёшь сквозь опаляющее, но и очищающее пламя. Сам, в одиночку. Потому что если кто-нибудь тебя в этом поддержит, поможет, возьмет на себя хотя бы частичку этого огненного крещения, этой боли, этого покаяния, то тем самым как бы объединит тебя, урвет у тебя ту часть искупления, которая достанется ему. Твой, это только твой долг и ничей больше. Долг, который надобно заплатить, и ты не хочешь расплачиваться за него, одновременно одалживая у других кредиторов.

   — Эмиель Регис Рогеллек Терзиефф-Годфрой · книга
5. «

   Женщина подчёркивает красоту ради улучшения самочувствия.

   Женщина подчёркивает красоту ради улучшения самочувствия.

   — Трисс Меригольд · книга
6. «

   Я же говорил тебе, что информатор должен получать оплату. Презирают прежде всего тех, кто доносит безвозмездно. Идеи ради. От страха. От злости и зависти. Я тебе уже говорил: больше, чем за измену, Иуда заслужил презрения за то, что предал дешево.

   Я же говорил тебе, что информатор должен получать оплату. Презирают прежде всего тех, кто доносит безвозмездно. Идеи ради. От страха. От злости и зависти. Я тебе уже говорил: больше, чем за измену, Иуда заслужил презрения за то, что предал дешево.

   — Отто Беесс · книга
7. «

   Спорит либо дурак, либо подлец... Первый не знает, но спорит, второй же знает, но спорит.

   Спорит либо дурак, либо подлец... Первый не знает, но спорит, второй же знает, но спорит.

   — Меч Предназначения · книга
8. «

   – У меня большие глаза, чтобы тебя лучше видеть, – рявкнул железный волчище. – У меня огромные лапы, чтобы ими схватить тебя и обнять! Всё у меня большое, всё, сейчас ты в этом сама убедишься. Почему ты так странно смотришь на меня, маленькая девочка? Почему не отвечаешь? Ведьмочка улыбнулась. – А у меня для тебя сюрприз.

   – У меня большие глаза, чтобы тебя лучше видеть, – рявкнул железный волчище. – У меня огромные лапы, чтобы ими схватить тебя и обнять! Всё у меня большое, всё, сейчас ты в этом сама убедишься. Почему ты так странно смотришь на меня, маленькая девочка? Почему не отвечаешь? Ведьмочка улыбнулась. – А у меня для тебя сюрприз.

   — Башня Ласточки · книга
9. «

   Обитатели посёлка котов не любили. Учитывая, что животных, которых любили и которых держали в своих каменных гнёздах, они привыкли время от времени зверски мучить, определение «не любили» относительно котов обретало особый, мрачный смысл. Бывало, что коты задумывались, в чём именно заключается причина такого состояния дел. Мнения расходились — большинство котов полагало, что главная вина лежит на тех малых и на первый взгляд совершенно безвредных мелочах, которые медленно, но верно убивают людей и ввергают их в безумие — острых, убийственных иголочках асбеста, гнездящихся в лёгких, смертоносной радиации, стекающей с плит, из которых состоят стены их домов, кислом, губительном воздухе, постоянно висящем над городом. Что ж странного, — полагали коты, — если некто, балансирующий на грани гибели, отравляемый, пожираемый ядами и болезнями, ненавидит витальность, ловкость и силу? Если некто издёрганный, не знающий покоя, яростью и безумием реагирует на тёплое, пушистое и мурлыкающее спокойствие других?

   Обитатели посёлка котов не любили. Учитывая, что животных, которых любили и которых держали в своих каменных гнёздах, они привыкли время от времени зверски мучить, определение «не любили» относительно котов обретало особый, мрачный смысл. Бывало, что коты задумывались, в чём именно заключается причина такого состояния дел. Мнения расходились — большинство котов полагало, что главная вина лежит на тех малых и на первый взгляд совершенно безвредных мелочах, которые медленно, но верно убивают людей и ввергают их в безумие — острых, убийственных иголочках асбеста, гнездящихся в лёгких, смертоносной радиации, стекающей с плит, из которых состоят стены их домов, кислом, губительном воздухе, постоянно висящем над городом. Что ж странного, — полагали коты, — если некто, балансирующий на грани гибели, отравляемый, пожираемый ядами и болезнями, ненавидит витальность, ловкость и силу? Если некто издёрганный, не знающий покоя, яростью и безумием реагирует на тёплое, пушистое и мурлыкающее спокойствие других?

   — Музыканты · книга
10. «

    Революции делают для того, чтобы что-то изменилось. Проигравшим в худшую сторону, выигравшим — в лучшую.

    Революции делают для того, чтобы что-то изменилось. Проигравшим в худшую сторону, выигравшим — в лучшую.

    — Ян Чапек · книга
11. «

    Перемены — вещь хорошая.... Особенно если к лучшему. Но я их немножко боюсь. У нас на Руси, когда идут перемены, обычно кровь течет рекой, головы летят и царит страшный бардак. После которого наступает длительный период смуты.

    Перемены — вещь хорошая.... Особенно если к лучшему. Но я их немножко боюсь. У нас на Руси, когда идут перемены, обычно кровь течет рекой, головы летят и царит страшный бардак. После которого наступает длительный период смуты.

    — Змея · книга
12. «

    Говоря еще более кратко, Литта Нейд была женщиной, с которой только полный идиот мог связаться дольше, чем на двое суток. Интересным было то, что именно за такими женщинами, как правило, бегали толпы мужчин, склонных ко вступлению в долгосрочные отношения.

    Говоря еще более кратко, Литта Нейд была женщиной, с которой только полный идиот мог связаться дольше, чем на двое суток. Интересным было то, что именно за такими женщинами, как правило, бегали толпы мужчин, склонных ко вступлению в долгосрочные отношения.

    — Геральт из Ривии · книга
13. «

    — С любовью, — медленно проговорила Фрингилья, — все обстоит так же как с почечными коликами. Пока не схватит, даже не представляешь себе, что это такое. А когда об этом рассказывают — не веришь. — Что-то в этом есть, — согласился ведьмак. — Но есть и различия. От почечных колик рассудок не спасает. И их не лечит. — Любовь смеется над рассудком. И в этом ее притягательная сила и прелесть. — Скорее глупость.

    — С любовью, — медленно проговорила Фрингилья, — все обстоит так же как с почечными коликами. Пока не схватит, даже не представляешь себе, что это такое. А когда об этом рассказывают — не веришь. — Что-то в этом есть, — согласился ведьмак. — Но есть и различия. От почечных колик рассудок не спасает. И их не лечит. — Любовь смеется над рассудком. И в этом ее притягательная сила и прелесть. — Скорее глупость.

    — Фрингилья Виго · книга
14. «

    Что это за любовь, когда любящий не может иногда хоть чем-то пожертвовать?

    Что это за любовь, когда любящий не может иногда хоть чем-то пожертвовать?

    — Сирена Шъееназ · книга
15. «

    Около полудня, когда он поил Плотвичку у родника, кобыла дико заржала, оскалив желтые зубы и грызя мундштук. Геральт машинально успокоил ее знаком и тут же увидел правильный круг, образованный торчащими из мха головками красноватых грибков. — Ну, Плотва, ты становишься истеричкой, — сказал он. — Ведь нормальный же ведьмин круг. Что еще за сцены?

    Около полудня, когда он поил Плотвичку у родника, кобыла дико заржала, оскалив желтые зубы и грызя мундштук. Геральт машинально успокоил ее знаком и тут же увидел правильный круг, образованный торчащими из мха головками красноватых грибков. — Ну, Плотва, ты становишься истеричкой, — сказал он. — Ведь нормальный же ведьмин круг. Что еще за сцены?

    — Геральт из Ривии · книга
16. «

    Скрипящий и толкающийся у окна Ниского замка большой стенолаз застал вроцлавского епископа Конрада врасплох, но и епископ, надо признать, так же крепко удивил стенолаза. В своей охраняемой комнате он предавался, о диво, не оргии, пьянке или азарту. Он не отсыпался после оргии, пьянки или азартной игры. Нет. Он читал. Посвящал время чтению.

    Скрипящий и толкающийся у окна Ниского замка большой стенолаз застал вроцлавского епископа Конрада врасплох, но и епископ, надо признать, так же крепко удивил стенолаза. В своей охраняемой комнате он предавался, о диво, не оргии, пьянке или азарту. Он не отсыпался после оргии, пьянки или азартной игры. Нет. Он читал. Посвящал время чтению.

    — Божьи воины · книга
17. «

    — Расскажи мне сказку. <…> — Жил-был… кот, – начал он. – Такой обычный, полосатый мышелов. И однажды этот кот пошёл один-одинёшенек на дальнюю прогулку в страшенный тёмный лес. Ну шёл он, шёл… шёл… шёл… — Ты не думай, – проворчала Цири, прижимаясь к нему, – что я усну, прежде чем он дойдёт.

    — Расскажи мне сказку. <…> — Жил-был… кот, – начал он. – Такой обычный, полосатый мышелов. И однажды этот кот пошёл один-одинёшенек на дальнюю прогулку в страшенный тёмный лес. Ну шёл он, шёл… шёл… шёл… — Ты не думай, – проворчала Цири, прижимаясь к нему, – что я усну, прежде чем он дойдёт.

    — Меч Предназначения · книга
18. «

    Война несёт с собой террор и на террор опирается. Война сама по себе есть террор.

    Война несёт с собой террор и на террор опирается. Война сама по себе есть террор.

    — Урбан Горн · книга
19. «

    Литература должна быть провокацией. Это тебе не сладкий чай. Тут надо схватить читателя за…

    Литература должна быть провокацией. Это тебе не сладкий чай. Тут надо схватить читателя за…
20. «

    Существует просто Зло и Большое Зло, а за ними в тени прячется Очень Большое Зло. Порой бывает так, что Очень Большое Зло схватит тебя за горло и скажет: «Выбирай, братец, либо я, либо то, которое чуточку поменьше!».

    Существует просто Зло и Большое Зло, а за ними в тени прячется Очень Большое Зло. Порой бывает так, что Очень Большое Зло схватит тебя за горло и скажет: «Выбирай, братец, либо я, либо то, которое чуточку поменьше!».

    — Ренфри · книга