Подборка: 38 цитат Бена Аароновича

Бен Ааронович — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 38 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Перемещение во времени — это своего рода власть, а власть без ответственности очень опасна.

   Перемещение во времени — это своего рода власть, а власть без ответственности очень опасна.

   — Доктор · книга
2. «

   Как будто дав чему-то имя, можно было сделать это не таким страшным...

   Как будто дав чему-то имя, можно было сделать это не таким страшным...

   — Доктор Кто: Тоже люди · книга
3. «

   Если ты не путешествуешь, то как узнать, что уже прибыл?

   Если ты не путешествуешь, то как узнать, что уже прибыл?

   — Крис · книга
4. «

   — Не веди себя так самодовольно, Доктор. Это наименее привлекательное из твоих качеств. — Не переживай, Бог. Я остановил больше войн, чем ты съел обедов. — Да, этому я могу поверить, — сказал Бог. — А сколько войн ты начал?

   — Не веди себя так самодовольно, Доктор. Это наименее привлекательное из твоих качеств. — Не переживай, Бог. Я остановил больше войн, чем ты съел обедов. — Да, этому я могу поверить, — сказал Бог. — А сколько войн ты начал?

   — Доктор · книга
5. «

   Доктору они заказали толстовку с надписью: «Я ДОКТОР, А ЭТО (НЕНУЖНОЕ ВЫЧЕРКНУТЬ)». Эйс шутила, что она была «НЕНУЖНОЕ», а Бернис — «ВЫЧЕРКНУТЬ».

   Доктору они заказали толстовку с надписью: «Я ДОКТОР, А ЭТО (НЕНУЖНОЕ ВЫЧЕРКНУТЬ)». Эйс шутила, что она была «НЕНУЖНОЕ», а Бернис — «ВЫЧЕРКНУТЬ».

   — Доктор · книга
6. «

   Дайте мне женщину с плоским носом и плохим характером, с чёрными глазами и с надутыми губами, со вкусом скрытых воспоминаний. Дайте мне тёмную женщину с прямыми плечами и покачивающимися бёдрами, которая без улыбки исчезнет во тьме, когда погаснет свет.

   Дайте мне женщину с плоским носом и плохим характером, с чёрными глазами и с надутыми губами, со вкусом скрытых воспоминаний. Дайте мне тёмную женщину с прямыми плечами и покачивающимися бёдрами, которая без улыбки исчезнет во тьме, когда погаснет свет.

   — Доктор Кто: Тоже люди · книга
7. «

   Зачем ползать, если умеешь летать?

   Зачем ползать, если умеешь летать?

   — Бернис · книга
8. «

   Отсутствие власти — тоже своего рода власть.

   Отсутствие власти — тоже своего рода власть.

   — Доктор · книга
9. «

   — У тебя есть дети? — Нет, — ответила Бернис. — Пока что до этого не дошло. — Но ты общалась с детьми, присматривала за ними? — Скажем так: я бывала с детьми в одной комнате, — ответила Бернис. — Некоторые из них при этом даже выжили и смогут это подтвердить.

   — У тебя есть дети? — Нет, — ответила Бернис. — Пока что до этого не дошло. — Но ты общалась с детьми, присматривала за ними? — Скажем так: я бывала с детьми в одной комнате, — ответила Бернис. — Некоторые из них при этом даже выжили и смогут это подтвердить.

   — Бернис · книга
10. «

    Перед тем, как выпрыгнуть, он попросил Криса подняться на две тысячи метров. Чтобы в случае неисправности парашюта у него было время что-нибудь придумать. Например, завещание.

    Перед тем, как выпрыгнуть, он попросил Криса подняться на две тысячи метров. Чтобы в случае неисправности парашюта у него было время что-нибудь придумать. Например, завещание.

    — Доктор · книга
11. «

    — Хватит уже столько вопросов задавать, — отрезал Доктор. — Всю рыбу распугаешь. Они ненавидят философию не меньше, чем математику. — Кто? — Рыбы, — сказал Доктор. — Пальцев нет, считать нечего. Их это с ума сводит. Кроме дельфинов и китов, потому что они не рыбы, и поэтому считают по основанию пять.

    — Хватит уже столько вопросов задавать, — отрезал Доктор. — Всю рыбу распугаешь. Они ненавидят философию не меньше, чем математику. — Кто? — Рыбы, — сказал Доктор. — Пальцев нет, считать нечего. Их это с ума сводит. Кроме дельфинов и китов, потому что они не рыбы, и поэтому считают по основанию пять.

    — Доктор · книга
12. «

    Не стесняйтесь больше не приходить.

    Не стесняйтесь больше не приходить.

    — Доктор Кто: Тоже люди · книга
13. «

    — Ты переживаешь, — сказал Доктор, утверждение, не вопрос. — Не стоит, она просто пытается примирить то, кем она является, с тем, кем она думает, что является. Роз думает, что она жестокий вспыльчивый фанатик-циник, который всегда ожидает худшего и почти никогда не ошибается. А на самом деле глубоко внутри Роз жестокий вспыльчивый фанатик-идеалист, который всегда ожидает худшего и почти никогда не ошибается. Пока она в себе не разберётся, перепады настроения неизбежны.

    — Ты переживаешь, — сказал Доктор, утверждение, не вопрос. — Не стоит, она просто пытается примирить то, кем она является, с тем, кем она думает, что является. Роз думает, что она жестокий вспыльчивый фанатик-циник, который всегда ожидает худшего и почти никогда не ошибается. А на самом деле глубоко внутри Роз жестокий вспыльчивый фанатик-идеалист, который всегда ожидает худшего и почти никогда не ошибается. Пока она в себе не разберётся, перепады настроения неизбежны.

    — Доктор · книга
14. «

    Мы ещё не обречены. Нам всего лишь нужно какое-нибудь удачное совпадение.

    Мы ещё не обречены. Нам всего лишь нужно какое-нибудь удачное совпадение.

    — Доктор · книга
15. «

    — Я так понимаю, — сказал он, не оборачиваясь, — что стадия ярости и неприличных слов уже закончилась, и началась стадия ледяного спокойствия и требования объяснений. — Да, — сказала она. — Но я легко могу устроить стадию выбивания из Доктора правды при помощи тупого тяжёлого предмета

    — Я так понимаю, — сказал он, не оборачиваясь, — что стадия ярости и неприличных слов уже закончилась, и началась стадия ледяного спокойствия и требования объяснений. — Да, — сказала она. — Но я легко могу устроить стадию выбивания из Доктора правды при помощи тупого тяжёлого предмета

    — Доктор · книга
16. «

    — Я бы на твоём месте Роз об этом не рассказывал. — Думаешь, это была бы плохая идея? — спросил феЛикси. — Это зависит от того, — сказал Крис, — сколько времени ты бы хотел провести в регенерационном баке.

    — Я бы на твоём месте Роз об этом не рассказывал. — Думаешь, это была бы плохая идея? — спросил феЛикси. — Это зависит от того, — сказал Крис, — сколько времени ты бы хотел провести в регенерационном баке.

    — Роз · книга
17. «

    Бернис научилась принимать Доктора на его условиях: ложь, манипулирование и… да, временами оправданный геноцид. Он, в конце концов, Доктор; его либо принимаешь на его условиях, либо не принимаешь вообще.

    Бернис научилась принимать Доктора на его условиях: ложь, манипулирование и… да, временами оправданный геноцид. Он, в конце концов, Доктор; его либо принимаешь на его условиях, либо не принимаешь вообще.

    — Доктор · книга
18. «

    — Странная штука любовь, правда? — сказал Крис. — То есть, бывает любовь, а бывает любовь, отличие как разница между мной и Роз, и мной и Деп. То есть, если бы они обе оказались в горящем здании, кого бы я спас? Доктор бросил на него резкий, выводящий из себя взгляд. — Ну, — спросил он, — кого же? — Деп, — не задумываясь, сказал Крис. — Нет, Роз, обеих! — Да ладно, Кристофер, — сказал Доктор. — Они в разных комнатах, время есть спасти только одну, решение надо принять сейчас. — Я не знаю, — не выдержал Крис. — Поздно, — зло сказал Доктор. — Они обе погибли. Крис возмущённо посмотрел на Доктора: — Но это не… — Не честно? Вселенная редко бывает честной. Что, если бы это были Роз и Бернис, или Бернис и я? — А что сделал бы ты? — Это просто, — сказал Доктор. — Я бы погасил пожар. — Я не знал, что есть такая возможность. — Ты не спрашивал, — сказал Доктор.

    — Странная штука любовь, правда? — сказал Крис. — То есть, бывает любовь, а бывает любовь, отличие как разница между мной и Роз, и мной и Деп. То есть, если бы они обе оказались в горящем здании, кого бы я спас? Доктор бросил на него резкий, выводящий из себя взгляд. — Ну, — спросил он, — кого же? — Деп, — не задумываясь, сказал Крис. — Нет, Роз, обеих! — Да ладно, Кристофер, — сказал Доктор. — Они в разных комнатах, время есть спасти только одну, решение надо принять сейчас. — Я не знаю, — не выдержал Крис. — Поздно, — зло сказал Доктор. — Они обе погибли. Крис возмущённо посмотрел на Доктора: — Но это не… — Не честно? Вселенная редко бывает честной. Что, если бы это были Роз и Бернис, или Бернис и я? — А что сделал бы ты? — Это просто, — сказал Доктор. — Я бы погасил пожар. — Я не знал, что есть такая возможность. — Ты не спрашивал, — сказал Доктор.

    — Доктор · книга
19. «

    — Важно не то, что у тебя есть, — приятным голосом сказала Роз, — а умеешь ли ты этим пользоваться.

    — Важно не то, что у тебя есть, — приятным голосом сказала Роз, — а умеешь ли ты этим пользоваться.

    — Роз · книга
20. «

    Ценой свободы всегда была опасность.

    Ценой свободы всегда была опасность.

    — Доктор Кто: Тоже люди · книга