20 цитат Бориса Соколова, которые захочется сохранить

Ниже 20 цитат Бориса Соколова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В нашей совести существует безусловное требование нравственного закона, который не творим мы сами и который не происходит из взаимного соглашения людей, в видах общественного благосостояния.

   В нашей совести существует безусловное требование нравственного закона, который не творим мы сами и который не происходит из взаимного соглашения людей, в видах общественного благосостояния.

   — Иммануил Кант · книга
2. «

   Отринуться от Сатаны значит служить и угождать Богу.

   Отринуться от Сатаны значит служить и угождать Богу.

   — Энциклопедия Булгаковская · книга
3. «

   Этимология этого названия (Голгофы) — Лысый череп"

   Этимология этого названия (Голгофы) — Лысый череп"

   — Энциклопедия Булгаковская · книга
4. «

   Поверьте: в мире нет угла без благородства, Оно есть и в аду, средь вашего уродства.

   Поверьте: в мире нет угла без благородства, Оно есть и в аду, средь вашего уродства.

   — Астарот (Рот) · книга
5. «

   Если бесконечность человеческий разум еще может воспринять, понимая ее как постоянное увеличение какого-то ряда, то безначалие — проблема для мышления гораздо более трудная, поскольку опыт человека говорит, что все вокруг, в том числе и его собственная жизнь, имеет начало, хотя и необязательно имеет конец. Отсюда и мечта о вечной жизни, воплощенная в бессмертии, дарованным божествам.

   Если бесконечность человеческий разум еще может воспринять, понимая ее как постоянное увеличение какого-то ряда, то безначалие — проблема для мышления гораздо более трудная, поскольку опыт человека говорит, что все вокруг, в том числе и его собственная жизнь, имеет начало, хотя и необязательно имеет конец. Отсюда и мечта о вечной жизни, воплощенная в бессмертии, дарованным божествам.

   — Энциклопедия Булгаковская · книга
6. «

   Куда хочу, протаптываю след, В пути мой светоч — внутренний мой свет.

   Куда хочу, протаптываю след, В пути мой светоч — внутренний мой свет.

   — Бакалавр · книга
7. «

   Зло необходимо. Если бы его не существовало, то не было бы и добра. Зло единственная причина существования добра. Без гибели не было бы смелости, без страдания — сострадания.

   Зло необходимо. Если бы его не существовало, то не было бы и добра. Зло единственная причина существования добра. Без гибели не было бы смелости, без страдания — сострадания.

   — Анатоль Франс · книга
8. «

   Сатана в булгаковском романе к христианству относится уважительно, не борется с ним, а выполняет функции, которые Иешуа и его ученику выполнять нельзя, почему и поручаются они потусторонним силам.

   Сатана в булгаковском романе к христианству относится уважительно, не борется с ним, а выполняет функции, которые Иешуа и его ученику выполнять нельзя, почему и поручаются они потусторонним силам.

   — Энциклопедия Булгаковская · книга
9. «

   В ходе прогресса человеческого рода культура одаренности, умения и вкуса ( вследствие этого и роскоши) естественно обгоняет развитие моральности, и это обстоятельство является наиболее тягостным и опасным для нравственности.

   В ходе прогресса человеческого рода культура одаренности, умения и вкуса ( вследствие этого и роскоши) естественно обгоняет развитие моральности, и это обстоятельство является наиболее тягостным и опасным для нравственности.

   — Иммануил Кант · книга
10. «

    Белый цвет знаменует невинность, радость и простоту, голубой — небесное созерцание, красный провозглашает любовь, страдание, могущество, справедливость, кристаллически-прозрачный олицетворяет беспорочную чистоту, зеленый — надежду, нетленную юность, а также созерцательную жизнь, желтый означает испытание страданием, серый — смирение, золотой — небесную славу, черный — скорбь, смерть или покой, фиолетовый — молчание. а пурпурный символизирует королевский или епископский сан.

    Белый цвет знаменует невинность, радость и простоту, голубой — небесное созерцание, красный провозглашает любовь, страдание, могущество, справедливость, кристаллически-прозрачный олицетворяет беспорочную чистоту, зеленый — надежду, нетленную юность, а также созерцательную жизнь, желтый означает испытание страданием, серый — смирение, золотой — небесную славу, черный — скорбь, смерть или покой, фиолетовый — молчание. а пурпурный символизирует королевский или епископский сан.

    — Павел Флоренский · книга
11. «

    Прозрачное — призрачно.

    Прозрачное — призрачно.

    — Павел Флоренский · книга
12. «

    Пророки — невежественные мечтатели и лгуны.

    Пророки — невежественные мечтатели и лгуны.

    — Сергей Чевкин · книга
13. «

    Булгаков древнюю часть «Мастера и Маргариты» писал как «евангелие от Воланда», так и назвав соответствующую главу в первой редакции романа.

    Булгаков древнюю часть «Мастера и Маргариты» писал как «евангелие от Воланда», так и назвав соответствующую главу в первой редакции романа.

    — Энциклопедия Булгаковская · книга
14. «

    То, что обычно называется телом, — не более как онтологическая поверхность; а за нею, по ту сторону этой оболочки лежит мистическая глубина нашего существа.

    То, что обычно называется телом, — не более как онтологическая поверхность; а за нею, по ту сторону этой оболочки лежит мистическая глубина нашего существа.

    — Павел Флоренский · книга
15. «

    Только злу и страданию обязаны мы тем, что наша земля может быть обитаема, и жизнь стоит того, чтобы ее прожить. Поэтому не надо жаловаться на дьявола. Он создал по крайней мере половину вселенной. И это половина так плотно сливается с другой, что если затронуть первую, то удар причинит равный вред и другой. С каждым искорененным пороком исчезает и соответствующая ему добродетель.

    Только злу и страданию обязаны мы тем, что наша земля может быть обитаема, и жизнь стоит того, чтобы ее прожить. Поэтому не надо жаловаться на дьявола. Он создал по крайней мере половину вселенной. И это половина так плотно сливается с другой, что если затронуть первую, то удар причинит равный вред и другой. С каждым искорененным пороком исчезает и соответствующая ему добродетель.

    — Анатоль Франс · книга
16. «

    Все имена действующих лиц, а также все упоминаемые имена и события собраны по разным, но только научным источникам, следовательно в известном смысле достоверны.

    Все имена действующих лиц, а также все упоминаемые имена и события собраны по разным, но только научным источникам, следовательно в известном смысле достоверны.

    — Сергей Чевкин · книга
17. «

    Не верит Франс в научную историю. История воспроизводит события прошлого. Но что такое событие? Выдающийся факт. Кто же решает, является ли такой-то факт выдающимся или нет? Решает историк, решает произвольно, сообразно со своим вкусом. Кроме того факт всегда очень сложен. Изображает ли его историк во всей его действительной сложности? Это невозможно.

    Не верит Франс в научную историю. История воспроизводит события прошлого. Но что такое событие? Выдающийся факт. Кто же решает, является ли такой-то факт выдающимся или нет? Решает историк, решает произвольно, сообразно со своим вкусом. Кроме того факт всегда очень сложен. Изображает ли его историк во всей его действительной сложности? Это невозможно.

    — Брандес · книга
18. «

    Зачем трудить мозги напрасно? Валяйте лучше напрямик. Кто улучит удобный миг, Тот и устроится прекрасно.

    Зачем трудить мозги напрасно? Валяйте лучше напрямик. Кто улучит удобный миг, Тот и устроится прекрасно.

    — И. В. Гёте · книга
19. «

    Жрецы попытались представить Иисуса перед римским прокуратором человеком политически неблагонадежным и стремились доказать, что политически опасными моментами являются — та популярность, которой пользовался Иисус в народе, то внимание, с которым народ прислушивался к проповеди Иисуса.

    Жрецы попытались представить Иисуса перед римским прокуратором человеком политически неблагонадежным и стремились доказать, что политически опасными моментами являются — та популярность, которой пользовался Иисус в народе, то внимание, с которым народ прислушивался к проповеди Иисуса.

    — Д. Ф. Штраус · книга
20. «

    Римская религия не только не поощряет набожности, но можно даже сказать относится к ней отрицательно. Римский народ создан был для действования; мечтательность, мистическое созерцание были ему чужды и подозрительны. Он больше всего чтит спокойствие, порядок и точность; все, возбуждает и смущает душу, ему не нравится.

    Римская религия не только не поощряет набожности, но можно даже сказать относится к ней отрицательно. Римский народ создан был для действования; мечтательность, мистическое созерцание были ему чужды и подозрительны. Он больше всего чтит спокойствие, порядок и точность; все, возбуждает и смущает душу, ему не нравится.

    — Буассье · книга