27 цитат Бруно Ясенского — подборка на все случаи

Подборка из 27 цитат Бруно Ясенского: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   То, что поражает человека, спавшего двадцать шесть лет и не имевшего соприкосновения с вашей цивилизацией, это даже не столько моральный упадок, сколько беспредельная тупость этого поколения, глубоко уверенного в своем превосходстве.

   То, что поражает человека, спавшего двадцать шесть лет и не имевшего соприкосновения с вашей цивилизацией, это даже не столько моральный упадок, сколько беспредельная тупость этого поколения, глубоко уверенного в своем превосходстве.

   — Бенжамен Ульмо · книга
2. «

   Если дерево закрывает солнце, разве поможет, если сорвешь желудь? Надо срубить ствол. Подкопать у корней. Рухнет.

   Если дерево закрывает солнце, разве поможет, если сорвешь желудь? Надо срубить ствол. Подкопать у корней. Рухнет.

   — Пэан Тцян-куэя · книга
3. «

   На что, кроме бессмысленного разрушения, способна грубая, неотесанная чернь?

   На что, кроме бессмысленного разрушения, способна грубая, неотесанная чернь?

   — Профессор · книга
4. «

   Увы, ничто не в состоянии вернуть дважды утраченные иллюзии!

   Увы, ничто не в состоянии вернуть дважды утраченные иллюзии!

   — Главный виновник · книга
5. «

   В поездах ехали десятки миллионов людей, с паспортами и без, с билетами и без билетов. Люди ехали за хлебом, за работой, торговать, жениться, разводиться, рожать, хоронить родственников, навещать знакомых, лечиться, отдыхать на курортах, заниматься зимним спортом, шпионажем, дипломатическими переговорами, учебой, охотой, представительствовать, взламывать несгораемые шкафы, резать пациентов, развратничать, продуваться в рулетку, щелкать фотоаппаратами.

   В поездах ехали десятки миллионов людей, с паспортами и без, с билетами и без билетов. Люди ехали за хлебом, за работой, торговать, жениться, разводиться, рожать, хоронить родственников, навещать знакомых, лечиться, отдыхать на курортах, заниматься зимним спортом, шпионажем, дипломатическими переговорами, учебой, охотой, представительствовать, взламывать несгораемые шкафы, резать пациентов, развратничать, продуваться в рулетку, щелкать фотоаппаратами.

   — Заговор равнодушных · книга
6. «

   Убить человека не так легко, как кажется.

   Убить человека не так легко, как кажется.

   — Профессор · книга
7. «

   Куда же плывет эта несчастная страна? Долго ли ей плыть во мраке? И выплывет ли она когда-нибудь?

   Куда же плывет эта несчастная страна? Долго ли ей плыть во мраке? И выплывет ли она когда-нибудь?

   — Пэан Тцян-куэя · книга
8. «

   — Война неизбежна. Думаешь, мы в провинции этого не понимаем? Ну, а стоит Советскому Союзу набить морду Гитлеру — все здесь полетит вверх тормашками. Будь покоен, люди только этого и ждут. — Вот как! Оказывается, это у вас распространенное мнение! Я слыхал его уже сегодня от одного товарища в Кельне. Значит, поскольку мы сами не в состоянии управиться с «наци», надо ждать, покуда их победит Советский Союз?

   — Война неизбежна. Думаешь, мы в провинции этого не понимаем? Ну, а стоит Советскому Союзу набить морду Гитлеру — все здесь полетит вверх тормашками. Будь покоен, люди только этого и ждут. — Вот как! Оказывается, это у вас распространенное мнение! Я слыхал его уже сегодня от одного товарища в Кельне. Значит, поскольку мы сами не в состоянии управиться с «наци», надо ждать, покуда их победит Советский Союз?

   — Эрнст Гейль · книга
9. «

   Тверди, как заповедь божью: правда не может стать ложью!

   Тверди, как заповедь божью: правда не может стать ложью!

   — Заговор равнодушных · книга
10. «

    Ваша наука, которой вы так горды и которую мы приезжаем к вам изучать, не служит господству человека над природой, а является лишь орудием для эксплуатации рабочих и для порабощения более слабых народов.

    Ваша наука, которой вы так горды и которую мы приезжаем к вам изучать, не служит господству человека над природой, а является лишь орудием для эксплуатации рабочих и для порабощения более слабых народов.

    — Пэан Тцян-куэя · книга
11. «

    Чем выше живое существо продвинулось по лестнице развития, тем больше оно подвержено болезням.

    Чем выше живое существо продвинулось по лестнице развития, тем больше оно подвержено болезням.

    — Вестгоф · книга
12. «

    За окнами, прихрамывая и задыхаясь, бежит Германия. Навстречу транзитным экспрессам она бежит не так. На международных олимпиадах каждой стране лестно блеснуть. Но кто хочет узнать подлинный бег страны, должен изучать его на провинциальных состязаниях.

    За окнами, прихрамывая и задыхаясь, бежит Германия. Навстречу транзитным экспрессам она бежит не так. На международных олимпиадах каждой стране лестно блеснуть. Но кто хочет узнать подлинный бег страны, должен изучать его на провинциальных состязаниях.

    — Заговор равнодушных · книга
13. «

    Вот отец Франциск говорил на прошлой неделе: «Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богачу — в царство небесное». А сам каждое воскресенье принимает от белых богачей подарки всякие — вина да фрукты — и часами любезно с ними беседует, а когда уходят, провожает их до автомобиля, ничуть не смущаясь тем, что они не войдут в царство небесное.

    Вот отец Франциск говорил на прошлой неделе: «Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богачу — в царство небесное». А сам каждое воскресенье принимает от белых богачей подарки всякие — вина да фрукты — и часами любезно с ними беседует, а когда уходят, провожает их до автомобиля, ничуть не смущаясь тем, что они не войдут в царство небесное.

    — Пэан Тцян-куэя · книга
14. «

    Никто не подозревал, что многие коммунистические брошюры и листовки, даже отдельные номера «Роте Фане», тщательно воспроизводятся в типографиях гестапо и проникают с утренней почтой в сотни рабочих квартир. Рабочие, поддаваясь провокации, не заявляли о получении этих газет и попадали в проскрипционные списки.

    Никто не подозревал, что многие коммунистические брошюры и листовки, даже отдельные номера «Роте Фане», тщательно воспроизводятся в типографиях гестапо и проникают с утренней почтой в сотни рабочих квартир. Рабочие, поддаваясь провокации, не заявляли о получении этих газет и попадали в проскрипционные списки.

    — Заговор равнодушных · книга
15. «

    Однажды он прочел в статье весьма авторитетного военного лица, что будущая война будет направлена не столько против неприятельских армий, сколько, в первую голову, против гражданского населения неприятельской страны — главного виновника морального сопротивления и экономической мощи противника.

    Однажды он прочел в статье весьма авторитетного военного лица, что будущая война будет направлена не столько против неприятельских армий, сколько, в первую голову, против гражданского населения неприятельской страны — главного виновника морального сопротивления и экономической мощи противника.

    — Главный виновник · книга
16. «

    Хотите учить других — сами сначала поучитесь! Пока люди не поумнеют, ничего с ними не сделаете. А поумнеют — без вас поймут!..

    Хотите учить других — сами сначала поучитесь! Пока люди не поумнеют, ничего с ними не сделаете. А поумнеют — без вас поймут!..

    — Старик · книга
17. «

    Мало, однако, одного чувства патриотизма — нужен разумный патриотизм.

    Мало, однако, одного чувства патриотизма — нужен разумный патриотизм.

    — Марлингтон · книга
18. «

    Когда людей бросает годами в разные стороны, это должно в конце концов создать между ними известное отчуждение...

    Когда людей бросает годами в разные стороны, это должно в конце концов создать между ними известное отчуждение...

    — Константин Николаевич Релих · книга
19. «

    Европа, неосторожно просвещая Азию, готовит сама себе гибель.

    Европа, неосторожно просвещая Азию, готовит сама себе гибель.

    — Профессор · книга
20. «

    Кончилось все тем, чем должно было кончиться в эпоху монополий, не допускающих конкуренции мелких аутсайдеров. Папашу Фрица вместе с его художником посадили в каталажку, а толстому Фрицу пришлось покинуть гимназию.

    Кончилось все тем, чем должно было кончиться в эпоху монополий, не допускающих конкуренции мелких аутсайдеров. Папашу Фрица вместе с его художником посадили в каталажку, а толстому Фрицу пришлось покинуть гимназию.

    — Заговор равнодушных · книга