Что говорил Даниэль Пеннак: 37 цитат

Подборка из 37 цитат Даниэля Пеннака: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   При такой страхолюдной внешности, как у нас с тобой, остаётся только один выход: обольщение.

   При такой страхолюдной внешности, как у нас с тобой, остаётся только один выход: обольщение.

   — Собака Пёс · книга
2. «

   В отличие от хороших вин хорошие книги не стареют. Ждут да ждут нас на полочках. Стареем — мы.

   В отличие от хороших вин хорошие книги не стареют. Ждут да ждут нас на полочках. Стареем — мы.

   — Как роман · книга
3. «

   Живой интерес — вот великая движущая сила, единственная, которая ведет в правильном направлении и далеко.

   Живой интерес — вот великая движущая сила, единственная, которая ведет в правильном направлении и далеко.

   — Как роман · книга
4. «

   Не надо преувеличивать зло, которое мы можем причинить другим. Пусть они сами этим занимаются.

   Не надо преувеличивать зло, которое мы можем причинить другим. Пусть они сами этим занимаются.

   — Бенжамен Малоссен · книга
5. «

   С жизнью сложность в том, что она все время меняется, даже когда совсем не меняется.

   С жизнью сложность в том, что она все время меняется, даже когда совсем не меняется.

   — Собака Пёс · книга
6. «

   Чтение помогает общаться? Очередная шутка толкователей! Мы молчим о том, что прочитали. Удовольствие от прочитанной книги мы чаще всего ревниво храним в тайне. То ли потому, что, на наш взгляд, это не предмет для обсуждения, то ли потому, что, прежде чем мы сможем сказать хоть слово о прочитанном, нам надо позволить времени проделать тонкую работу перегонки. Наше молчание — гарантия интимности. Книга прочитана, но мы всё ещё в ней. Одна лишь мимолетная мысль о ней открывает нам путь в убежище, куда можно скрыться. Она ограждает нас от Большого Мира. Она предоставляет нам наблюдательный пункт, расположенный очень высоко над пейзажем обстоятельств. Мы прочли её — и молчим. Молчим, потому что прочли. Хорошенькое было бы дело, если б на каждом повороте нашего чтения на нас выскакивали из засады с вопросами: «Ну как? Нравится? Ты все понял? Изволь отчитаться!» Иногда молчание наше продиктовано смирением. Не горделивым смирением великих аналитиков, но глубоко личным, одиноким, почти мучительным сознанием, что вот это чтение, этот автор только что, как говорится, «изменили мою жизнь».

   Чтение помогает общаться? Очередная шутка толкователей! Мы молчим о том, что прочитали. Удовольствие от прочитанной книги мы чаще всего ревниво храним в тайне. То ли потому, что, на наш взгляд, это не предмет для обсуждения, то ли потому, что, прежде чем мы сможем сказать хоть слово о прочитанном, нам надо позволить времени проделать тонкую работу перегонки. Наше молчание — гарантия интимности. Книга прочитана, но мы всё ещё в ней. Одна лишь мимолетная мысль о ней открывает нам путь в убежище, куда можно скрыться. Она ограждает нас от Большого Мира. Она предоставляет нам наблюдательный пункт, расположенный очень высоко над пейзажем обстоятельств. Мы прочли её — и молчим. Молчим, потому что прочли. Хорошенькое было бы дело, если б на каждом повороте нашего чтения на нас выскакивали из засады с вопросами: «Ну как? Нравится? Ты все понял? Изволь отчитаться!» Иногда молчание наше продиктовано смирением. Не горделивым смирением великих аналитиков, но глубоко личным, одиноким, почти мучительным сознанием, что вот это чтение, этот автор только что, как говорится, «изменили мою жизнь».

   — Как роман · книга
7. «

   Любовь делает людей слепыми, Бенжамен, любовь должна делать людей слепыми! У неё свой особенный свет. Ослепляющий.

   Любовь делает людей слепыми, Бенжамен, любовь должна делать людей слепыми! У неё свой особенный свет. Ослепляющий.

   — Тереза Малоссен · книга
8. «

   Там где Бог не справляется, туда он посылает женщину.

   Там где Бог не справляется, туда он посылает женщину.

   — Христиане и мавры · книга
9. «

   Человек предвкушает величайшее торжество своей жизни, а когда приходит момент, во рту у него вкус дешевого аперитива.

   Человек предвкушает величайшее торжество своей жизни, а когда приходит момент, во рту у него вкус дешевого аперитива.

   — Бенжамен Малоссен · книга
10. «

    ...совесть человека — странная штука, вроде пожара, — все думали, что его погасили, а он взял и разгорелся опять.

    ...совесть человека — странная штука, вроде пожара, — все думали, что его погасили, а он взял и разгорелся опять.

    — Стожилкович · книга
11. «

    – Ты слишком много смеешься, – ворчал Голубой Волк, – это несерьезно. – А ты слишком серьезный, это не смешно.

    – Ты слишком много смеешься, – ворчал Голубой Волк, – это несерьезно. – А ты слишком серьезный, это не смешно.

    — Голубой Волк · книга
12. «

    Свойство живых — заставлять любить жизнь, пусть даже в форме уравнения второй степени, но живое никогда не значилось в школьной программе.

    Свойство живых — заставлять любить жизнь, пусть даже в форме уравнения второй степени, но живое никогда не значилось в школьной программе.

    — Как роман · книга
13. «

    Есть такие сведенья, которые хранятся внутри нас, ожидая того дня, когда они будут поняты.

    Есть такие сведенья, которые хранятся внутри нас, ожидая того дня, когда они будут поняты.

    — Господа дети · книга
14. «

    Слова испустили смысл, мир их буквам.

    Слова испустили смысл, мир их буквам.

    — Как роман · книга
15. «

    В сущности, уважение к несходству и есть основное правило дружбы.

    В сущности, уважение к несходству и есть основное правило дружбы.

    — Собака Пёс · книга
16. «

    Поосторжней с людьми, они непредсказуемы.

    Поосторжней с людьми, они непредсказуемы.

    — Собака Пёс · книга
17. «

    ...парадокс чтения: оно уводит нас от реальности, чтобы наполнить реальность смыслом.

    ...парадокс чтения: оно уводит нас от реальности, чтобы наполнить реальность смыслом.

    — Как роман · книга
18. «

    Читайте, чтобы жить!

    Читайте, чтобы жить!

    — Как роман · книга
19. «

    Вопрос не в том, есть ли у меня время читать (время, которого, кстати, никто мне не даст), но в том, подарю я себе или нет счастье быть читателем.

    Вопрос не в том, есть ли у меня время читать (время, которого, кстати, никто мне не даст), но в том, подарю я себе или нет счастье быть читателем.

    — Как роман · книга
20. «

    Мы хотели бы быть свободными, а чувствуем себя брошенными.

    Мы хотели бы быть свободными, а чувствуем себя брошенными.

    — Как роман · книга