Топ-52 цитаты Дэна Абнетта

Дэн Абнетт — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 52 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   То, что мы строим, намного важнее того, что мы разрушаем.

   То, что мы строим, намного важнее того, что мы разрушаем.

   — Хорус Луперкаль · книга
2. «

   Истина не может причинить вреда, даже в том случае, когда несет жестокие или уродливые образы.

   Истина не может причинить вреда, даже в том случае, когда несет жестокие или уродливые образы.

   — Возвышение Хоруса · книга
3. «

   Сложно разочароваться, если не очаровывался.

   Сложно разочароваться, если не очаровывался.

   — Рори Уильямс · книга
4. «

   Мы должны помнить о том, что во тьме Вселенной нет ни богов, ни настоящих демонов, ни служителей зла. В космосе нет места фундаментальному и непреложному злу. Он слишком велик и бесплоден для такой мелодрамы.

   Мы должны помнить о том, что во тьме Вселенной нет ни богов, ни настоящих демонов, ни служителей зла. В космосе нет места фундаментальному и непреложному злу. Он слишком велик и бесплоден для такой мелодрамы.

   — Хорус Луперкаль · книга
5. «

   – Верна наша истина или нет, неужели всегда необходимо ее насаждать, даже против желания? Как сказала та женщина, нельзя ли оставить этот народ в покое, предоставить его собственной участи? – Представь, что мы идем по берегу озера, – заговорил Зиндерманн. – В воде тонет ребенок. Позволишь ли ты ему утонуть, потому что он был настолько глуп, чтобы прыгнуть в воду, не умея плавать? Или вытащишь озорника и научишь держаться на воде? – Конечно, вытащу, – пожав плечами, ответил Локен. – А вдруг он станет сопротивляться, испугавшись твоего вида? Или потому, что не хочет учиться плавать? – Я все равно его спасу.

   – Верна наша истина или нет, неужели всегда необходимо ее насаждать, даже против желания? Как сказала та женщина, нельзя ли оставить этот народ в покое, предоставить его собственной участи? – Представь, что мы идем по берегу озера, – заговорил Зиндерманн. – В воде тонет ребенок. Позволишь ли ты ему утонуть, потому что он был настолько глуп, чтобы прыгнуть в воду, не умея плавать? Или вытащишь озорника и научишь держаться на воде? – Конечно, вытащу, – пожав плечами, ответил Локен. – А вдруг он станет сопротивляться, испугавшись твоего вида? Или потому, что не хочет учиться плавать? – Я все равно его спасу.

   — Локен · книга
6. «

   ― И ты сдался? Гриффин выразил неодобрение. ― Я солдат. Я знаю об убийствах и не стыжусь подтвердить это, ― сказал он.― У людей в поисковой группе был особый взгляд. Иногда ты сражаешься, иногда знаешь, когда сложить руки за голову.

   ― И ты сдался? Гриффин выразил неодобрение. ― Я солдат. Я знаю об убийствах и не стыжусь подтвердить это, ― сказал он.― У людей в поисковой группе был особый взгляд. Иногда ты сражаешься, иногда знаешь, когда сложить руки за голову.

   — Марта Джонс · книга
7. «

   — Мы должны перехитрить ледяных воинов. — Они глупые? — Нет, не все, — сказал Доктор. — На самом деле, они очень умны. Но я умнее. — Хорошо, — сказала Эми. — Порази меня своим умом. — Мы выясним, как они саботировали систему и саботируем их саботаж.

   — Мы должны перехитрить ледяных воинов. — Они глупые? — Нет, не все, — сказал Доктор. — На самом деле, они очень умны. Но я умнее. — Хорошо, — сказала Эми. — Порази меня своим умом. — Мы выясним, как они саботировали систему и саботируем их саботаж.

   — Доктор · книга
8. «

   ― Человеческие существа, ― произнёс с улыбкой Доктор. ― Вы поистине гениальны! Ситуация может выглядеть безнадёжной, но это не останавливаетвас от принятия мер.

   ― Человеческие существа, ― произнёс с улыбкой Доктор. ― Вы поистине гениальны! Ситуация может выглядеть безнадёжной, но это не останавливаетвас от принятия мер.

   — Доктор · книга
9. «

   Любой может стать бойцом, если придётся.

   Любой может стать бойцом, если придётся.

   — Гриффин · книга
10. «

    Античные артефакты никогда не были просто предметами. Их история говорит нам о людях, которые их создали, и времени, в котором они жили.

    Античные артефакты никогда не были просто предметами. Их история говорит нам о людях, которые их создали, и времени, в котором они жили.

    — Профессор Баббингтон · книга
11. «

    Религиозная вера. Вера в демонов, вера в духов, вера в загробную жизнь и сверхъестественные силы существовали лишь для того, чтобы мы чувствовали себя более комфортно и уверенно перед лицом необъятного космоса. Все это подпорки для души и костыли для слабого разума, а молитвы и заклинания – слабые огоньки в кромешной тьме. Но теперь, друзья мои, мы познали космос. Мы сами стали его частью. Мы узнали и поняли, какова реальность. Мы вблизи посмотрели, как выглядят звезды, и не обнаружили ни часовых механизмов, ни золотых колесниц, заставляющих их двигаться. Мы поняли, что в боге, или богах, нет необходимости, равно как в демонах и духах. Так что величайшим шагом человечества стал переход к земной, нецерковной культуре.

    Религиозная вера. Вера в демонов, вера в духов, вера в загробную жизнь и сверхъестественные силы существовали лишь для того, чтобы мы чувствовали себя более комфортно и уверенно перед лицом необъятного космоса. Все это подпорки для души и костыли для слабого разума, а молитвы и заклинания – слабые огоньки в кромешной тьме. Но теперь, друзья мои, мы познали космос. Мы сами стали его частью. Мы узнали и поняли, какова реальность. Мы вблизи посмотрели, как выглядят звезды, и не обнаружили ни часовых механизмов, ни золотых колесниц, заставляющих их двигаться. Мы поняли, что в боге, или богах, нет необходимости, равно как в демонах и духах. Так что величайшим шагом человечества стал переход к земной, нецерковной культуре.

    — Зиндерманн · книга
12. «

    Воина Астартес может одолеть только другой воин Астартес.

    Воина Астартес может одолеть только другой воин Астартес.

    — Возвышение Хоруса · книга
13. «

    Мы правы. Они ошибались. Эта простая и чистая истина должна завоевать их умы. Мы правы. Они ошиблись. Почему? Не потому, что мы так говорим. Потому что мы знаем это! Мы её не станем утверждать, что они ошиблись только из-за того, что победили их в сражении. Мы должны провозгласить эту истину, поскольку точно знаем, что она непоколебима. Мы не можем, не должны и не будем пропагандировать эту идею ни по какой другой причине, кроме этой. Без колебаний, без сомнений, без предубеждений мы должны сознавать, что такова истина и на ней основывается наша вера. Они ошиблись. Их общество было построенно на лжи. Мы принесли факел истинного знания и просветили их. Опираясь на это знание, и только на него, вы пойдете дальше и донесете мирам наше послание.

    Мы правы. Они ошибались. Эта простая и чистая истина должна завоевать их умы. Мы правы. Они ошиблись. Почему? Не потому, что мы так говорим. Потому что мы знаем это! Мы её не станем утверждать, что они ошиблись только из-за того, что победили их в сражении. Мы должны провозгласить эту истину, поскольку точно знаем, что она непоколебима. Мы не можем, не должны и не будем пропагандировать эту идею ни по какой другой причине, кроме этой. Без колебаний, без сомнений, без предубеждений мы должны сознавать, что такова истина и на ней основывается наша вера. Они ошиблись. Их общество было построенно на лжи. Мы принесли факел истинного знания и просветили их. Опираясь на это знание, и только на него, вы пойдете дальше и донесете мирам наше послание.

    — Зиндерманн · книга
14. «

    Верна наша точка зрения или нет, неужели мы всегда должны насаждать ее силой?

    Верна наша точка зрения или нет, неужели мы всегда должны насаждать ее силой?

    — Возвышение Хоруса · книга
15. «

    — То он хотел дать нам сбежать. — Что совершенно меня не утешает, когда он мертв, — сказала Эми. — Но это может быть утешением для него, если он мертв. — Заметила Бель.

    — То он хотел дать нам сбежать. — Что совершенно меня не утешает, когда он мертв, — сказала Эми. — Но это может быть утешением для него, если он мертв. — Заметила Бель.

    — Эми Понд · книга
16. «

    Ему очень не нравились мысли, которые посетили его во время затмения, а особенно полученные из них выводы. Их было много, и они обладали крайне неприятной вескостью.

    Ему очень не нравились мысли, которые посетили его во время затмения, а особенно полученные из них выводы. Их было много, и они обладали крайне неприятной вескостью.

    — Триумф. Герой Ее Величества · книга
17. «

    Что ж, значит мы никогда не узнаем, что имело значение или было правдой в прошлом.

    Что ж, значит мы никогда не узнаем, что имело значение или было правдой в прошлом.

    — Лара Крофт · книга
18. «

    Картахенец пришел в полное отчаяние, видя, что его мужские чары не имеют ровным счетом никакого эффекта, и решил сделать неожиданный ход, который, по идее, должен был ускорить завоевание королевского сердца. Он подарил предмету своей страсти охотничье поместье.... С технической точки зрения то был стиль, в котором питали слабость к спиральным колоннам, изломанным арочным фронтонам и пилястрам с несколькими капителями. На практике же чрезмерное богатство украшений и декора похоронило под собой само строение... Елизавету дар явно впечатлил. Уже через неделю она приказала обезглавить ухажера по обвинению в заговоре с целью высмеять королевскую персону.

    Картахенец пришел в полное отчаяние, видя, что его мужские чары не имеют ровным счетом никакого эффекта, и решил сделать неожиданный ход, который, по идее, должен был ускорить завоевание королевского сердца. Он подарил предмету своей страсти охотничье поместье.... С технической точки зрения то был стиль, в котором питали слабость к спиральным колоннам, изломанным арочным фронтонам и пилястрам с несколькими капителями. На практике же чрезмерное богатство украшений и декора похоронило под собой само строение... Елизавету дар явно впечатлил. Уже через неделю она приказала обезглавить ухажера по обвинению в заговоре с целью высмеять королевскую персону.

    — Триумф. Герой Ее Величества · книга
19. «

    — Вы намерены убить меня в любом случае, поэтому мне глубоко плевать на то, что я говорю, — сказал Доктор. На самом деле, это дает ощущение свободы, например я могу оскорбить вас, не так ли? Ведь хуже быть уже не может. Смерть — это смерть. — Есть вещи хуже, чем смерть, — сказал ледяной лорд. — В самом деле? Назови. — Позор. Доктор откинул голову назад и расхохотался. — Я знал, что вы это скажете, — сказал он. — Люблю разговоры ледяных воинов о чести и позоре. Это все так ужасно серьезно и глубоко. Мой старый приятель, Военачальник Азелакс всегда любил говорить об этом. Мне оставалось только молча смотреть. Вы, ледяные воины, слишком любите этот вопрос.

    — Вы намерены убить меня в любом случае, поэтому мне глубоко плевать на то, что я говорю, — сказал Доктор. На самом деле, это дает ощущение свободы, например я могу оскорбить вас, не так ли? Ведь хуже быть уже не может. Смерть — это смерть. — Есть вещи хуже, чем смерть, — сказал ледяной лорд. — В самом деле? Назови. — Позор. Доктор откинул голову назад и расхохотался. — Я знал, что вы это скажете, — сказал он. — Люблю разговоры ледяных воинов о чести и позоре. Это все так ужасно серьезно и глубоко. Мой старый приятель, Военачальник Азелакс всегда любил говорить об этом. Мне оставалось только молча смотреть. Вы, ледяные воины, слишком любите этот вопрос.

    — Доктор · книга
20. «

    Пять тысяч лет кровопролитий, войны и огня ради того, чтобы изгнать всех богов, и вдруг человек, достигший этой цели, предстанет в образе нового божества.

    Пять тысяч лет кровопролитий, войны и огня ради того, чтобы изгнать всех богов, и вдруг человек, достигший этой цели, предстанет в образе нового божества.

    — Игнаций Каркази · книга