391 мыслей Джона Стейнбека без воды

Джон Стейнбек — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 391 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Странное дело: иной человек войдёт и всю комнату заполнит своей бодростью, своим хорошим настроением. А другие... выпускают из вас, как воздух, и жизнелюбие и энергию и способны высосать до дна любое удовольствие без всякой радости для себя. Воздух сереет вокруг таких людей.

   Странное дело: иной человек войдёт и всю комнату заполнит своей бодростью, своим хорошим настроением. А другие... выпускают из вас, как воздух, и жизнелюбие и энергию и способны высосать до дна любое удовольствие без всякой радости для себя. Воздух сереет вокруг таких людей.

   — Путешествие с Чарли в поисках Америки · книга
2. «

   ...самая опасная тенденция в мире — это готовность скорее поверить слуху, нежели удостовериться в факте.

   ...самая опасная тенденция в мире — это готовность скорее поверить слуху, нежели удостовериться в факте.

   — Русский дневник · книга
3. «

   — Что это за жизнь! Отбарабанил в банке — и податься некуда. И поговорить не с кем. — Жениться бы вам. — Тогда уж и вовсе не с кем говорить. — Может, вы и правы. — Еще бы не прав. Женатый, да особенно крепко женатый, — самый одинокий человек в мире.

   — Что это за жизнь! Отбарабанил в банке — и податься некуда. И поговорить не с кем. — Жениться бы вам. — Тогда уж и вовсе не с кем говорить. — Может, вы и правы. — Еще бы не прав. Женатый, да особенно крепко женатый, — самый одинокий человек в мире.

   — Итен Хоули · книга
4. «

   Совершая подлость или жестокость, человек причиняет себе боль, размышлял Адам, и потому должен кого-нибудь за эту боль наказать.

   Совершая подлость или жестокость, человек причиняет себе боль, размышлял Адам, и потому должен кого-нибудь за эту боль наказать.

   — Адам Траск · книга
5. «

   Надеюсь, у меня не настолько мелкая натура, чтобы радоваться, когда по мне скучают.

   Надеюсь, у меня не настолько мелкая натура, чтобы радоваться, когда по мне скучают.

   — Ли · книга
6. «

   Для ребёнка ужасней всего чувство, что его не любят, страх, что он отвергнут, — это для ребенка ад. А думаю, каждый на свете в большей или меньшей степени чувствовал, что его отвергли. Отверженность влечёт за собой гнев, а гнев толкает к преступлению в отместку за отверженность, преступление же родит вину — и вот вся история человечества. Думаю, если бы устранить отверженность, человек стал бы совсем другим. Может, меньше было бы свихнувшихся. Я в душе́ уверен — почти не стало бы тогда на свете тюрем. В этой повести — весь корень, всё начало беды. Ребёнок, тянущийся за любовью и отвергнутый, даёт пинка кошке и прячет в сердце свою тайную вину; а другой крадёт, чтобы деньгами добыть любовь; а третий завоёвывает мир — и во всех случаях вина, и мщение, и новая вина. Человек — единственное на земле животное, отягощённое виной.

   Для ребёнка ужасней всего чувство, что его не любят, страх, что он отвергнут, — это для ребенка ад. А думаю, каждый на свете в большей или меньшей степени чувствовал, что его отвергли. Отверженность влечёт за собой гнев, а гнев толкает к преступлению в отместку за отверженность, преступление же родит вину — и вот вся история человечества. Думаю, если бы устранить отверженность, человек стал бы совсем другим. Может, меньше было бы свихнувшихся. Я в душе́ уверен — почти не стало бы тогда на свете тюрем. В этой повести — весь корень, всё начало беды. Ребёнок, тянущийся за любовью и отвергнутый, даёт пинка кошке и прячет в сердце свою тайную вину; а другой крадёт, чтобы деньгами добыть любовь; а третий завоёвывает мир — и во всех случаях вина, и мщение, и новая вина. Человек — единственное на земле животное, отягощённое виной.

   — Ли · книга
7. «

   Однажды начатый, процесс уже не прекращается.

   Однажды начатый, процесс уже не прекращается.

   — О мышах и людях. Жемчужина · книга
8. «

   Иногда сидишь вот так, один-одинешенек, задумаешься, и некому тебе сказать, что правильно, а что нет. Или увидишь чего, но знать не знаешь, хорошо это или плохо. И нельзя обратиться к другому человеку да спросить, видит ли он то же самое. Ничего не поймешь. И объяснить некому.

   Иногда сидишь вот так, один-одинешенек, задумаешься, и некому тебе сказать, что правильно, а что нет. Или увидишь чего, но знать не знаешь, хорошо это или плохо. И нельзя обратиться к другому человеку да спросить, видит ли он то же самое. Ничего не поймешь. И объяснить некому.

   — Горбун · книга
9. «

   Такая неожиданная благожелательность пугала Адама больше, чем прежняя жестокость; ему чудилось, будто его готовят к роли жертвы и заботой окружили перед смертью, как бывает, когда избранников, предназначенных в дар богам, долго обхаживают и улещивают, чтобы потом жертва возлегла на каменный алтарь с радостью и не гневила богов своим несчастным видом.

   Такая неожиданная благожелательность пугала Адама больше, чем прежняя жестокость; ему чудилось, будто его готовят к роли жертвы и заботой окружили перед смертью, как бывает, когда избранников, предназначенных в дар богам, долго обхаживают и улещивают, чтобы потом жертва возлегла на каменный алтарь с радостью и не гневила богов своим несчастным видом.

   — К востоку от Эдема · книга
10. «

    Мужчина иной раз мучается, мучается — совсем себя изведет, потом, глядишь, и ноги протянул с тоски. А если его разозлить как следует, тогда всё будет хорошо.

    Мужчина иной раз мучается, мучается — совсем себя изведет, потом, глядишь, и ноги протянул с тоски. А если его разозлить как следует, тогда всё будет хорошо.

    — Гроздья гнева · книга
11. «

    Путешествия — это индивидуальность, двух одинаковых не бывает.

    Путешествия — это индивидуальность, двух одинаковых не бывает.
12. «

    Душа, способная на величайшее добро, способна также и на величайшее зло.

    Душа, способная на величайшее добро, способна также и на величайшее зло.

    — Квартал Тортилья-Флэт · книга
13. «

    Есть такая поговорка: кто в горе родится, у того счастливая жизнь.

    Есть такая поговорка: кто в горе родится, у того счастливая жизнь.

    — Гроздья гнева · книга
14. «

    ... Солнце уже взошло и мир сверкал, будто переделанный заново. Миров бывает столько же, сколько обликов у дня, и как у опала сегодня совсем другой цвет и другой огонёк, чем вчера, ибо день дню рознь, так меняюсь и я.

    ... Солнце уже взошло и мир сверкал, будто переделанный заново. Миров бывает столько же, сколько обликов у дня, и как у опала сегодня совсем другой цвет и другой огонёк, чем вчера, ибо день дню рознь, так меняюсь и я.

    — Путешествие с Чарли в поисках Америки · книга
15. «

    Удача не приходит одна. Всегда приводит с собой коварных друзей.

    Удача не приходит одна. Всегда приводит с собой коварных друзей.

    — кое-кто из соседей · книга
16. «

    Если знаешь, что говоришь, или хотя бы думаешь, что знаешь, говори громче.

    Если знаешь, что говоришь, или хотя бы думаешь, что знаешь, говори громче.

    — Зима тревоги нашей · книга
17. «

    Как считают одни, умен тот, кто молчит; другие же утверждают, что у кого со словами туго, у того и мыслей небогато.

    Как считают одни, умен тот, кто молчит; другие же утверждают, что у кого со словами туго, у того и мыслей небогато.

    — К востоку от Эдема · книга
18. «

    Мы гордимся тем, что смогли помочь. У людей такая потребность — помогать друг другу.

    Мы гордимся тем, что смогли помочь. У людей такая потребность — помогать друг другу.

    — Гроздья гнева · книга
19. «

    ...даже проиграв бой, можно изловчиться и одержать скромную победу, посмеявшись над собственным поражением.

    ...даже проиграв бой, можно изловчиться и одержать скромную победу, посмеявшись над собственным поражением.

    — К востоку от Эдема · книга
20. «

    Каждую ночь мир строился заново, и в нем было все — и дружба и вражда; в нем были хвастуны и трусы, были тихие люди, скромные люди, добрые люди. Каждой ночью в нем завязывались отношения между людьми, без чего не может существовать ни один мир, и каждым утром он снимался с места, словно бродячий цирк.

    Каждую ночь мир строился заново, и в нем было все — и дружба и вражда; в нем были хвастуны и трусы, были тихие люди, скромные люди, добрые люди. Каждой ночью в нем завязывались отношения между людьми, без чего не может существовать ни один мир, и каждым утром он снимался с места, словно бродячий цирк.

    — Гроздья гнева · книга