393 цитаты Джона Стейнбека — избранное

Джон Стейнбек — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 393 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Нет, пока человек умирает, его могут любить, ненавидеть, оплакивать, но стоит ему умереть, и он превращается в главное украшение официального общественного празднества, исполненного всяческих сложных формальностей.

   Нет, пока человек умирает, его могут любить, ненавидеть, оплакивать, но стоит ему умереть, и он превращается в главное украшение официального общественного празднества, исполненного всяческих сложных формальностей.

   — Квартал Тортилья-Флэт · книга
2. «

   Бабы, они все одинаковые. А глава закроешь, так и вовсе разницы не чувствуешь.

   Бабы, они все одинаковые. А глава закроешь, так и вовсе разницы не чувствуешь.

   — Адам Траск · книга
3. «

   То, что лежало на запад, вселяло в меня страх, зато я горячо любил всё, что простиралось на восток. Объяснить такую странную предвзятость могу, пожалуй, лишь тем, что утро спускалось в долину с пиков Габилан, а ночь наползала с уступов Санта-Лусии. Я видел, где день рождается и где умирает — может быть, отсюда и разное отношение к двум горным хребтам.

   То, что лежало на запад, вселяло в меня страх, зато я горячо любил всё, что простиралось на восток. Объяснить такую странную предвзятость могу, пожалуй, лишь тем, что утро спускалось в долину с пиков Габилан, а ночь наползала с уступов Санта-Лусии. Я видел, где день рождается и где умирает — может быть, отсюда и разное отношение к двум горным хребтам.

   — К востоку от Эдема · книга
4. «

   Те, кто утверждает, будто дети счастливы, успели забыть собственное детство.

   Те, кто утверждает, будто дети счастливы, успели забыть собственное детство.

   — Золотая Чаша · книга
5. «

   Банк – это нечто другое. Бывает так: людям, каждому порознь, не по душе то, что делает банк, и все‑таки банк делает свое дело. Поверьте мне, банк – это нечто большее, чем люди. Банк – чудовище. Сотворили его люди, но управлять им они не могут.

   Банк – это нечто другое. Бывает так: людям, каждому порознь, не по душе то, что делает банк, и все‑таки банк делает свое дело. Поверьте мне, банк – это нечто большее, чем люди. Банк – чудовище. Сотворили его люди, но управлять им они не могут.

   — Гроздья гнева · книга
6. «

   ...для старика быть забытым страшнее смерти.

   ...для старика быть забытым страшнее смерти.

   — Золотая Чаша · книга
7. «

   Путешествия — это индивидуальность, двух одинаковых не бывает.

   Путешествия — это индивидуальность, двух одинаковых не бывает.
8. «

   Море было его матерью, любовницей, богиней, которая властвовала над ним и требовала беззаветного служения.

   Море было его матерью, любовницей, богиней, которая властвовала над ним и требовала беззаветного служения.

   — Золотая Чаша · книга
9. «

   Человеку положено до всего добираться своим умом.

   Человеку положено до всего добираться своим умом.

   — Гроздья гнева · книга
10. «

    Я люблю ее, и это странно, ведь в ней все то, что мне ненавистно в других, но тем не менее я души в ней не чаю.

    Я люблю ее, и это странно, ведь в ней все то, что мне ненавистно в других, но тем не менее я души в ней не чаю.

    — Зима тревоги нашей · книга
11. «

    — Ладно, давай его женим, — сказала Фауна. — Нет, это уж слишком! — испугался Мак. — Мне его жалко...

    — Ладно, давай его женим, — сказала Фауна. — Нет, это уж слишком! — испугался Мак. — Мне его жалко...

    — Благостный четверг · книга
12. «

    Люди, во-первых, сами не ведают, чего хотят, во-вторых, не знают, как добиться счастья, и, в-третьих, не видят, когда оно само плывёт в руки.

    Люди, во-первых, сами не ведают, чего хотят, во-вторых, не знают, как добиться счастья, и, в-третьих, не видят, когда оно само плывёт в руки.

    — Благостный четверг · книга
13. «

    А вот Лиза Гамильтон была ирландкой совсем другого разлива. Голова у неё была круглая и маленькая, но для содержавшихся там убеждений не требовалось много места.

    А вот Лиза Гамильтон была ирландкой совсем другого разлива. Голова у неё была круглая и маленькая, но для содержавшихся там убеждений не требовалось много места.

    — К востоку от Эдема · книга
14. «

    Человеческий ум так же зыбок, как мираж над заливом.

    Человеческий ум так же зыбок, как мираж над заливом.

    — О мышах и людях. Жемчужина · книга
15. «

    Я знаю, что, если на время откажусь от правил, останутся шрамы, но разве будут они страшнее тех, которые появились после моего банкротства? Жить — значит получать шрамы.

    Я знаю, что, если на время откажусь от правил, останутся шрамы, но разве будут они страшнее тех, которые появились после моего банкротства? Жить — значит получать шрамы.

    — Итен Аллен Хоули · книга
16. «

    Если ты думаешь, что это грех, значит, грех. Человек сам создает свои грехи.

    Если ты думаешь, что это грех, значит, грех. Человек сам создает свои грехи.

    — Гроздья гнева · книга
17. «

    Так, наверно, всегда. Если человек живет весело, радуется своей жизни, плевать ему на все остальное. А вот такие — остервенелые, одинокие — доживут до старости, разуверятся во всем и боятся смерти.

    Так, наверно, всегда. Если человек живет весело, радуется своей жизни, плевать ему на все остальное. А вот такие — остервенелые, одинокие — доживут до старости, разуверятся во всем и боятся смерти.

    — Гроздья гнева · книга
18. «

    Человек силен не когда борется с Судьбой, а тогда, когда действует с ней в согласии: все силы можно употребить в одном направлении.

    Человек силен не когда борется с Судьбой, а тогда, когда действует с ней в согласии: все силы можно употребить в одном направлении.

    — Благостный четверг · книга
19. «

    Как бы там ни было, за тридцать лет до начала двадцатого века он приехал в Салинас-Валли и привёз с собой из Ирландии жену, крошечную женщину с жёстким твёрдым характером, напрочь, как курица, лишённую чувства юмора. Она была непреклонна в своих суровых пресвитерианских воззрениях, и если бы все разделяли её строгие понятия о морали, от большинства радостей жизни не осталось бы мокрого места.

    Как бы там ни было, за тридцать лет до начала двадцатого века он приехал в Салинас-Валли и привёз с собой из Ирландии жену, крошечную женщину с жёстким твёрдым характером, напрочь, как курица, лишённую чувства юмора. Она была непреклонна в своих суровых пресвитерианских воззрениях, и если бы все разделяли её строгие понятия о морали, от большинства радостей жизни не осталось бы мокрого места.

    — К востоку от Эдема · книга
20. «

    Земные богатства и скапливаются-то у нищих духом, у тех, кто обделён подлинными интересами и радостями жизни.

    Земные богатства и скапливаются-то у нищих духом, у тех, кто обделён подлинными интересами и радостями жизни.

    — Ли · книга