92 цитаты Джорджио Фалетти о смысле жизни

Ниже 92 цитаты Джорджио Фалетти — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Все загадки просты после того, как узнаешь ответ.

   Все загадки просты после того, как узнаешь ответ.

   — Я убиваю · книга
2. «

   Достань солнце.

   Достань солнце.

   — Я убиваю · книга
3. «

   Я человек, живущий воспоминаниями. Коллекционер. А почти все коллекционеры глупо тоскуют по вчерашнему дню, кроме тех, кто коллекционирует деньги.

   Я человек, живущий воспоминаниями. Коллекционер. А почти все коллекционеры глупо тоскуют по вчерашнему дню, кроме тех, кто коллекционирует деньги.

   — Жан-Поль Франсис · книга
4. «

   Смерть никогда не возбуждает, смерть — это кровь и мухи.

   Смерть никогда не возбуждает, смерть — это кровь и мухи.

   — Я убиваю · книга
5. «

   Мешок подобных иллюзий почти каждый простой смертный тащит на своём горбу, не замечая, что мешок-то дырявый. Содержимое мало-помалу высыпается на дорогу, а груз тем не менее кажется всё тяжелее. И наконец в один прекрасный день он обнаруживает, что мешок пуст, а жизнь прошла...

   Мешок подобных иллюзий почти каждый простой смертный тащит на своём горбу, не замечая, что мешок-то дырявый. Содержимое мало-помалу высыпается на дорогу, а груз тем не менее кажется всё тяжелее. И наконец в один прекрасный день он обнаруживает, что мешок пуст, а жизнь прошла...

   — Я убиваю · книга
6. «

   У сыщиков работала логика, у журналистов — воображение. Но ведь тот, кто обладает одним, не обязательно лишен другого.

   У сыщиков работала логика, у журналистов — воображение. Но ведь тот, кто обладает одним, не обязательно лишен другого.

   — Я убиваю · книга
7. «

   Потоку жизни совершенно не важно, кто плывет по, а кто против течения.

   Потоку жизни совершенно не важно, кто плывет по, а кто против течения.

   — Нарисованная смерть · книга
8. «

   Злые люди, с которыми лучше встречаться при свете дня. Ужасные, если окажутся за спиной, в тени.

   Злые люди, с которыми лучше встречаться при свете дня. Ужасные, если окажутся за спиной, в тени.

   — Я убиваю · книга
9. «

   Он думает, что истории повторяются до бесконечности. Иногда кажется, будто они подходят к концу, но нет, меняются только действующие лица. Актеры другие, а роли все те же. Тот, кто убивает, тот, кто умирает, тот, кто не знает, тот, кто наконец понимает и готов заплатить жизнью...

   Он думает, что истории повторяются до бесконечности. Иногда кажется, будто они подходят к концу, но нет, меняются только действующие лица. Актеры другие, а роли все те же. Тот, кто убивает, тот, кто умирает, тот, кто не знает, тот, кто наконец понимает и готов заплатить жизнью...

   — Я убиваю · книга
10. «

    В поисках ответа иногда не замечаешь очевидного.

    В поисках ответа иногда не замечаешь очевидного.

    — Фрэнк Оттобре · книга
11. «

    Кто рано ложится, рано встает.

    Кто рано ложится, рано встает.

    — Я убиваю · книга
12. «

    Никакой свободы на свете нет, есть лишь иллюзия, расхожее словечко, мало что значащее в жизни простых смертных.

    Никакой свободы на свете нет, есть лишь иллюзия, расхожее словечко, мало что значащее в жизни простых смертных.

    — Нарисованная смерть · книга
13. «

    Но время — обманщик, который обращается с людьми, как с игрушками, а с годами, как с минутами...

    Но время — обманщик, который обращается с людьми, как с игрушками, а с годами, как с минутами...

    — Я убиваю · книга
14. «

    Юло показалось странным, что спортплощадка расположена рядом с кладбищем. Странным — в хорошем смысле. По сути, тут не было неуважения — обычное соседство жизни и смерти, без фальшивых переживаний и ложного стыда. Если бы он верил в сказки, то сказал бы, что подобная близость — своего рода возможность для живых поделиться жизнью с теми, кто её уже утратил.

    Юло показалось странным, что спортплощадка расположена рядом с кладбищем. Странным — в хорошем смысле. По сути, тут не было неуважения — обычное соседство жизни и смерти, без фальшивых переживаний и ложного стыда. Если бы он верил в сказки, то сказал бы, что подобная близость — своего рода возможность для живых поделиться жизнью с теми, кто её уже утратил.

    — Я убиваю · книга
15. «

    Смерть — тщеславная особа, она не упустит случая сорвать последние, заслуженные апплодисменты.

    Смерть — тщеславная особа, она не упустит случая сорвать последние, заслуженные апплодисменты.

    — Нарисованная смерть · книга
16. «

    Мир не любит тех, кто выплескивает наружу свои страдания. Все тешат себя иллюзией, что зла нет, и не желают, чтобы им доказывали обратное.

    Мир не любит тех, кто выплескивает наружу свои страдания. Все тешат себя иллюзией, что зла нет, и не желают, чтобы им доказывали обратное.

    — Нарисованная смерть · книга
17. «

    Юло подумал, что человеческая жизнь кем-то срежисирована. Автор сценария обладает своеобразным и порой мрачным чувством юмора.

    Юло подумал, что человеческая жизнь кем-то срежисирована. Автор сценария обладает своеобразным и порой мрачным чувством юмора.

    — Я убиваю · книга
18. «

    — Ваш двоюродный брат Калеб скончался. — Мир душе его. Пускай теперь в небесах за молниями гоняется, олух несчастный. Закурить есть? — Мир душе его. Закурить есть? — Все-таки убожество людское иной раз выдает потрясающе эффектные реплики.

    — Ваш двоюродный брат Калеб скончался. — Мир душе его. Пускай теперь в небесах за молниями гоняется, олух несчастный. Закурить есть? — Мир душе его. Закурить есть? — Все-таки убожество людское иной раз выдает потрясающе эффектные реплики.

    — Убийственная тень · книга
19. «

    Иногда какая-нибудь глупость помогает найти ответ.

    Иногда какая-нибудь глупость помогает найти ответ.

    — Я убиваю · книга
20. «

    Это полярные категории людей — белое и черное, между которыми пролегает невообразимая гамма всех оттенков серого. Кто-то из них живет с единственной целью — пускать пыль в глаза, а кто-то в прямом смысле слова пытается скрыться от уличной пыли.

    Это полярные категории людей — белое и черное, между которыми пролегает невообразимая гамма всех оттенков серого. Кто-то из них живет с единственной целью — пускать пыль в глаза, а кто-то в прямом смысле слова пытается скрыться от уличной пыли.

    — Я убиваю · книга