81 цитата Джозефа Редьярда Киплинга, которые стоит перечитать

Джозеф Редьярд Киплинг — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 81 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Человек с железным здоровьем даже не знает, есть ли у него печень. Просто-напросто я малость встревожен общим положением дел. Наверное, душа не на месте. — Человек с железным здоровьем даже не знает, есть ли у него душа. Да и к чему тебе такая роскошь?

   — Человек с железным здоровьем даже не знает, есть ли у него печень. Просто-напросто я малость встревожен общим положением дел. Наверное, душа не на месте. — Человек с железным здоровьем даже не знает, есть ли у него душа. Да и к чему тебе такая роскошь?

   — Свет погас · книга
2. «

   Великие вещи, две, как одна: Во-первых — Любовь, во-вторых — Война, Но конец Войны затерялся в крови - Мое сердце, давай говорить о Любви!

   Великие вещи, две, как одна: Во-первых — Любовь, во-вторых — Война, Но конец Войны затерялся в крови - Мое сердце, давай говорить о Любви!
3. «

   Люди, которым обычно нелегко пролить хоть одну слезинку, плачут безудержно, когда прорываются наружу самые глубинные источники, сокрытые в их душах.

   Люди, которым обычно нелегко пролить хоть одну слезинку, плачут безудержно, когда прорываются наружу самые глубинные источники, сокрытые в их душах.

   — Свет погас · книга
4. «

   Если бы пациенты говорили нам только правду, медицина, наверное, сделалась бы по-настоящему точной наукой.

   Если бы пациенты говорили нам только правду, медицина, наверное, сделалась бы по-настоящему точной наукой.

   — Кид · книга
5. «

   Серебро — для девушек, золото — для дам, Медь исправно служит искусным мастерам. «Нет, Господи, — сказал барон, холл оглядев пустой, Холодному железу подвластен род людской!» <...> Слёзы — для трусливого, просьбы — для глупца, Петля — для шеи, гнущейся под тяжестью венца... Мне не остается надежды никакой: Холодному железу подвластен род людской! <...> Раны — для отчаянного, битва — для бойца, Бальзам — для тех, кому ложь и грех в кровь истерзали сердца, «Прощаю тебе измену, с почетом отправлю домой Во имя Железа, Которому подвластен род людской!»

   Серебро — для девушек, золото — для дам, Медь исправно служит искусным мастерам. «Нет, Господи, — сказал барон, холл оглядев пустой, Холодному железу подвластен род людской!» <...> Слёзы — для трусливого, просьбы — для глупца, Петля — для шеи, гнущейся под тяжестью венца... Мне не остается надежды никакой: Холодному железу подвластен род людской! <...> Раны — для отчаянного, битва — для бойца, Бальзам — для тех, кому ложь и грех в кровь истерзали сердца, «Прощаю тебе измену, с почетом отправлю домой Во имя Железа, Которому подвластен род людской!»
6. «

   Перестали в кирпич солому класть - Это первой сделала наша часть, Это дело господа инженеров Инженерных ее величества войск С содержанием и в чине сапера.

   Перестали в кирпич солому класть - Это первой сделала наша часть, Это дело господа инженеров Инженерных ее величества войск С содержанием и в чине сапера.
7. «

   — Нет, смотри сам, Маленький Брат, — повторил Балу. — Ничего постыдного нет в этой охоте. Когда мед съеден, мы оставляем пустой улей. — Сбросив кожу, уже не влезешь в нее снова. Таков Закон, — сказал Каа.

   — Нет, смотри сам, Маленький Брат, — повторил Балу. — Ничего постыдного нет в этой охоте. Когда мед съеден, мы оставляем пустой улей. — Сбросив кожу, уже не влезешь в нее снова. Таков Закон, — сказал Каа.

   — Каа · книга
8. «

   Помни, что ночь для охоты дана, не забывай: день для сна.

   Помни, что ночь для охоты дана, не забывай: день для сна.
9. «

   С полной выкладкой под охраной трудясь, Мы месим для этих язычников грязь, А потом шлют в тыл инженеров Инженерных ее величества войск С содержанием и в чине сапера.

   С полной выкладкой под охраной трудясь, Мы месим для этих язычников грязь, А потом шлют в тыл инженеров Инженерных ее величества войск С содержанием и в чине сапера.
10. «

    She calls me «darling,» «pet,» and «dear,» And «sweet retiring maid». I’m always at the back, I know, She puts me in the shade. She introduces me to men, «Cast» lovers, I opine, For sixty takes to seventeen, Nineteen to foty-nine.

    She calls me «darling,» «pet,» and «dear,» And «sweet retiring maid». I’m always at the back, I know, She puts me in the shade. She introduces me to men, «Cast» lovers, I opine, For sixty takes to seventeen, Nineteen to foty-nine.
11. «

    — А что ждет тебя впереди? — В конце концов я умру. — А потом? — Об этом пусть думают боги. Молитвами я им не докучал и не думаю, что они причинят мне зло. Видишь ли, за свою долгую жизнь я заметил, что те, кто постоянно суется к высшим силам с жалобами, просьбами, воплями и рыданиями, бывают наказаны, так же как наш полковник наказывал болтливых южан. Нет, я не надоедал богам. Они это вспомнят и отведут мне тихое место, где я смогу отложить пику и спокойно дождаться сыновей.

    — А что ждет тебя впереди? — В конце концов я умру. — А потом? — Об этом пусть думают боги. Молитвами я им не докучал и не думаю, что они причинят мне зло. Видишь ли, за свою долгую жизнь я заметил, что те, кто постоянно суется к высшим силам с жалобами, просьбами, воплями и рыданиями, бывают наказаны, так же как наш полковник наказывал болтливых южан. Нет, я не надоедал богам. Они это вспомнят и отведут мне тихое место, где я смогу отложить пику и спокойно дождаться сыновей.

    — Ким · книга
12. «

    Вы оба знаете, как порой Слепая верность нужна; И друг встаёт за тебя горой, Не спрашивая, чья вина. Девяносто девять, заслыша гром, В кусты убечь норовят. И только сотый пойдёт с тобой На виселицу — и в ад!

    Вы оба знаете, как порой Слепая верность нужна; И друг встаёт за тебя горой, Не спрашивая, чья вина. Девяносто девять, заслыша гром, В кусты убечь норовят. И только сотый пойдёт с тобой На виселицу — и в ад!
13. «

    Что пехота? С винтовкой в руке человек! А конница? Так, лошадиный бег! Все дело в одних инженерах Инженерных ее величества войск С содержанием и в чине сапера.

    Что пехота? С винтовкой в руке человек! А конница? Так, лошадиный бег! Все дело в одних инженерах Инженерных ее величества войск С содержанием и в чине сапера.
14. «

    [Нильгау исполнил «Лоцман на Ганге»] — И отчего это такой вздор тревожит душу? — сказал Дик, пересаживая Дружка с коленей к себе на грудь. — Смотря какую душу, — отозвался Торпенхау. — Душу человека, который ездил взглянуть на море, — сказал Нильгау. — Я не знал, что оно взволнует меня столь глубоко. — Это говорят все мужчины перед прощанием с женщиной. Но легче расстаться с тремя женщинами, чем со смыслом своей жизни и со своей стихией. — Да ведь женщина может стать... — едва не проговорился Дик. — Смыслом жизни, — заметил Торпенхау. — Нет, ей это не дано. — По лицу его скользнула мрачная тень. — Она только твердит о своем сочувствии, о желании помочь в работе и обо всем том, с чем мужчина легко может совладать сам. А потом присылает по пять записок на дню, справляясь, почему это ты, негодник этакий, не торчишь подле нее, не теряешь драгоценное время.

    [Нильгау исполнил «Лоцман на Ганге»] — И отчего это такой вздор тревожит душу? — сказал Дик, пересаживая Дружка с коленей к себе на грудь. — Смотря какую душу, — отозвался Торпенхау. — Душу человека, который ездил взглянуть на море, — сказал Нильгау. — Я не знал, что оно взволнует меня столь глубоко. — Это говорят все мужчины перед прощанием с женщиной. Но легче расстаться с тремя женщинами, чем со смыслом своей жизни и со своей стихией. — Да ведь женщина может стать... — едва не проговорился Дик. — Смыслом жизни, — заметил Торпенхау. — Нет, ей это не дано. — По лицу его скользнула мрачная тень. — Она только твердит о своем сочувствии, о желании помочь в работе и обо всем том, с чем мужчина легко может совладать сам. А потом присылает по пять записок на дню, справляясь, почему это ты, негодник этакий, не торчишь подле нее, не теряешь драгоценное время.

    — Свет погас · книга
15. «

    — Да, — сказал Дик, помолчав — я люблю власть, люблю удовольствия, люблю сенсацию, но пуще всего люблю деньги. Я готов даже любить людей, которые создают сенсацию и платят деньги. Почти что.

    — Да, — сказал Дик, помолчав — я люблю власть, люблю удовольствия, люблю сенсацию, но пуще всего люблю деньги. Я готов даже любить людей, которые создают сенсацию и платят деньги. Почти что.

    — Свет погас · книга
16. «

    Если двое грешат — кто в чём виноват, за то и ответит он!

    Если двое грешат — кто в чём виноват, за то и ответит он!
17. «

    — Человеческого детёныша надо показать стае. Скажи, ты всё ещё хочешь оставить его у себя? — Хочу ли? — произнесла она. — Он — бесшёрстый, голодный, пришёл ночью, совсем один, а между тем не боялся. Смотри: он оттолкнул одного из моих детей! Этот хромой злодей убил бы его и убежал в Венгунга; к нам пришли бы люди и в отместку разрушили бы все наши логовища. Оставляю ли я его у себя? Ну, конечно. Лежи, лежи, лягушечка, о ты, Маугли… Да, да, я назову тебя Маугли — лягушка… и когда-нибудь ты будешь охотиться на Шер Хана, как он охотился на тебя.

    — Человеческого детёныша надо показать стае. Скажи, ты всё ещё хочешь оставить его у себя? — Хочу ли? — произнесла она. — Он — бесшёрстый, голодный, пришёл ночью, совсем один, а между тем не боялся. Смотри: он оттолкнул одного из моих детей! Этот хромой злодей убил бы его и убежал в Венгунга; к нам пришли бы люди и в отместку разрушили бы все наши логовища. Оставляю ли я его у себя? Ну, конечно. Лежи, лежи, лягушечка, о ты, Маугли… Да, да, я назову тебя Маугли — лягушка… и когда-нибудь ты будешь охотиться на Шер Хана, как он охотился на тебя.

    — Отец Волк · книга
18. «

    Всё проиграть и всё начать сначала, Не пожалев того, что приобрёл.

    Всё проиграть и всё начать сначала, Не пожалев того, что приобрёл.
19. «

    Люди тоже плохо себя ведут, когда их некому приласкать.

    Люди тоже плохо себя ведут, когда их некому приласкать.

    — кошка · книга
20. «

    If you can keep your head when all about you Are losing theirs and blaming it on you, If you can trust yourself when all men doubt you, But make allowance for their doubting too; If you can wait and not be tired by waiting, Or being lied about, don't deal in lies, Or being hated don't give way to hating, And yet don't look too good, nor talk too wise:

    If you can keep your head when all about you Are losing theirs and blaming it on you, If you can trust yourself when all men doubt you, But make allowance for their doubting too; If you can wait and not be tired by waiting, Or being lied about, don't deal in lies, Or being hated don't give way to hating, And yet don't look too good, nor talk too wise: