263 цитаты Эмиля Мишеля Чорана (Сьоран), ставших крылатыми

Эмиль Мишель Чоран (Сьоран) — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 263 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Избавиться от жизни значит лишить себя удовольствия смеяться над ней. Единственный возможный ответ человеку, который заявляет вам о своем намерении покончить с собой.

   Избавиться от жизни значит лишить себя удовольствия смеяться над ней. Единственный возможный ответ человеку, который заявляет вам о своем намерении покончить с собой.

   — Признания и проклятия · книга
2. «

   Женщина была значима лишь до тех пор, пока притворялась стыдливой и сдержанной. Какую оплошность она допускает, когда перестает играть эту роль! Грош ей цена теперь, когда она уподобилась нам. Вот так исчезает одна из последних иллюзий, делавших сносным наше существование.

   Женщина была значима лишь до тех пор, пока притворялась стыдливой и сдержанной. Какую оплошность она допускает, когда перестает играть эту роль! Грош ей цена теперь, когда она уподобилась нам. Вот так исчезает одна из последних иллюзий, делавших сносным наше существование.

   — Признания и проклятия · книга
3. «

   Шекспир: свидание розы с топором.

   Шекспир: свидание розы с топором.
4. «

   Если бы ангелы занимались писательством, то — за исключением падших — их было бы невозможно читать. Безупречная чистота переваривается с трудом.

   Если бы ангелы занимались писательством, то — за исключением падших — их было бы невозможно читать. Безупречная чистота переваривается с трудом.

   — Механика утопии · книга
5. «

   Если каким бесом я и одержим, так это бесом отсрочки.

   Если каким бесом я и одержим, так это бесом отсрочки.
6. «

   Бог — существо в высшей степени обусловленное, раб рабов, узник собственных атрибутов, того, чем он является. Человек, напротив, имеет возможность некоторой игры в той мере, в какой он ничем не является и, обретая жизнь лишь на время, мечется внутри своей псевдореальности

   Бог — существо в высшей степени обусловленное, раб рабов, узник собственных атрибутов, того, чем он является. Человек, напротив, имеет возможность некоторой игры в той мере, в какой он ничем не является и, обретая жизнь лишь на время, мечется внутри своей псевдореальности
7. «

   Можно ли представить себе горожанина, который в душе не был бы убийцей?

   Можно ли представить себе горожанина, который в душе не был бы убийцей?

   — Признания и проклятия · книга
8. «

   Моя жизнь — беспрерывная попытка запеть. Но из этого ничего не выходит.

   Моя жизнь — беспрерывная попытка запеть. Но из этого ничего не выходит.

   — Записные книжки · книга
9. «

   Открыв антологию религиозных текстов, я сразу напал на такое изречение Будды: «Ни один предмет не стоит того, чтобы его желать». Я тотчас же закрыл книгу, ибо что еще читать после этого?

   Открыв антологию религиозных текстов, я сразу напал на такое изречение Будды: «Ни один предмет не стоит того, чтобы его желать». Я тотчас же закрыл книгу, ибо что еще читать после этого?

   — Признания и проклятия · книга
10. «

    Если бы я совершил все, что задумал, разве это сделало бы меня теперь счастливее? Конечно нет. Отправившись когда-то в дальний путь, на поиски пределов самого себя, по дороге я начал сомневаться в своей цели и во всех целях вообще.

    Если бы я совершил все, что задумал, разве это сделало бы меня теперь счастливее? Конечно нет. Отправившись когда-то в дальний путь, на поиски пределов самого себя, по дороге я начал сомневаться в своей цели и во всех целях вообще.

    — Признания и проклятия · книга
11. «

    Изобилие решений разных аспектов существования сравнимо разве что с их бестолковостью.

    Изобилие решений разных аспектов существования сравнимо разве что с их бестолковостью.

    — Искушение существованием · книга
12. «

    Всем лучшим и всем худшим во мне я обязан бессоннице.

    Всем лучшим и всем худшим во мне я обязан бессоннице.
13. «

    Оглядитесь вокруг: повсюду проповедующие ларвы; каждое учреждение выполняет какую-нибудь миссию; в мэриях – свои абсолюты по образцу храмовых; государственные ведомства с их уставами — метафизика для обезьян. Все изощряются в поисках способов исправления всеобщей жизни. Этим занимаются даже нищие, даже безнадёжно больные. Тротуары мира усеяны реформаторами, и ими же до краёв набиты больницы. Желание стать первопричиной событий действует на каждого подобно умопомешательству, подобно сознательно принятому на себя проклятию. Общество — это настоящий ад, населенный спасителями! Вот потому-то Диоген со своим фонарем и искал человека безразличного.

    Оглядитесь вокруг: повсюду проповедующие ларвы; каждое учреждение выполняет какую-нибудь миссию; в мэриях – свои абсолюты по образцу храмовых; государственные ведомства с их уставами — метафизика для обезьян. Все изощряются в поисках способов исправления всеобщей жизни. Этим занимаются даже нищие, даже безнадёжно больные. Тротуары мира усеяны реформаторами, и ими же до краёв набиты больницы. Желание стать первопричиной событий действует на каждого подобно умопомешательству, подобно сознательно принятому на себя проклятию. Общество — это настоящий ад, населенный спасителями! Вот потому-то Диоген со своим фонарем и искал человека безразличного.

    — Искушение существованием · книга
14. «

    Лучший способ избавиться от врага — везде говорить о нём только хорошее. Ему это перескажут, и он уже не сможет вам вредить: вы сломили его дух. Он будет по-прежнему воевать против вас, но без особого рвения и упорства, потому что подсознательно он уже перестал вас ненавидеть. Он побежден, даже не зная о собственном поражении.

    Лучший способ избавиться от врага — везде говорить о нём только хорошее. Ему это перескажут, и он уже не сможет вам вредить: вы сломили его дух. Он будет по-прежнему воевать против вас, но без особого рвения и упорства, потому что подсознательно он уже перестал вас ненавидеть. Он побежден, даже не зная о собственном поражении.

    — Признания и проклятия · книга
15. «

    Упразднить публику, обходиться без собеседников, ни на кого не рассчитывать, вобрать весь мир в себя одного.

    Упразднить публику, обходиться без собеседников, ни на кого не рассчитывать, вобрать весь мир в себя одного.

    — Молитва неверующего · книга
16. «

    Если бы я ослеп, больше всего меня, думаю, удручало бы то, что я не могу теперь до полного одурения смотреть на плывущие облака.

    Если бы я ослеп, больше всего меня, думаю, удручало бы то, что я не могу теперь до полного одурения смотреть на плывущие облака.

    — Механика утопии · книга
17. «

    В ответ на упрёки и укоры, которые я — по адресу или нет — к себе обращаю, мать написала мне: «Как бы человек ни поступил, он всё равно будет об этом жалеть».

    В ответ на упрёки и укоры, которые я — по адресу или нет — к себе обращаю, мать написала мне: «Как бы человек ни поступил, он всё равно будет об этом жалеть».
18. «

    Только один живет так, как если бы он был вечен, а другой непрерывно думает о своей вечности, в каждой мысли отрицая ее.

    Только один живет так, как если бы он был вечен, а другой непрерывно думает о своей вечности, в каждой мысли отрицая ее.

    — Искушение существованием · книга
19. «

    Из страха стать кем-то я в конце концов стал ничем.

    Из страха стать кем-то я в конце концов стал ничем.
20. «

    Я создан из того, что потерял.

    Я создан из того, что потерял.