Эмили Бронте: 133 высказываний о главном

Эмили Бронте — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 133 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Напротив, я с превеликим удовольствием пошлю свою душу на погибель в наказание ее создателю.

   Напротив, я с превеликим удовольствием пошлю свою душу на погибель в наказание ее создателю.

   — Грозовой перевал · книга
2. «

   Линтон хотел, чтобы всё лежало в упоении покоя; а я — чтобы все искрилось и плясало в пламенном восторге. Я сказала ему, что его рай — это что-то полуживое; а он сказал, что мой — это что-то пьяное. Я сказала, что я в его раю уснула бы, а он сказал, что в моем он не мог бы дышать.

   Линтон хотел, чтобы всё лежало в упоении покоя; а я — чтобы все искрилось и плясало в пламенном восторге. Я сказала ему, что его рай — это что-то полуживое; а он сказал, что мой — это что-то пьяное. Я сказала, что я в его раю уснула бы, а он сказал, что в моем он не мог бы дышать.

   — Кэтрин Линтон. · книга
3. «

   Расплакались дети в полуночной мгле, А мать это слышит в могильной земле.

   Расплакались дети в полуночной мгле, А мать это слышит в могильной земле.

   — Эллен Дин · книга
4. «

   Ты знаешь не хуже, чем я, что на каждую думу, отданную Линтону, она тысячу дум отдает мне.

   Ты знаешь не хуже, чем я, что на каждую думу, отданную Линтону, она тысячу дум отдает мне.

   — Хитклиф · книга
5. «

   Да какое же это общество, когда люди ничего не знают, ни о чём не говорят!

   Да какое же это общество, когда люди ничего не знают, ни о чём не говорят!

   — Кэтрин Эрншо · книга
6. «

   В этом видно различие между его любовью и моей: будь я на его месте, а он на моём, я, хоть сжигай меня самая лютая ненависть, никогда бы я не поднял на него руку. Ты смотришь недоверчиво? Да, никогда! Никогда не изгнал бы я его из её общества, пока ей хочется быть близ него. В тот час, когда он стал бы ей безразличен, я вырвал бы сердце из его груди и пил бы его кровь! Но до тех пор – если не веришь, ты не знаешь меня – до тех пор я дал бы разрезать себя на куски, но не тронул бы волоска на его голове!

   В этом видно различие между его любовью и моей: будь я на его месте, а он на моём, я, хоть сжигай меня самая лютая ненависть, никогда бы я не поднял на него руку. Ты смотришь недоверчиво? Да, никогда! Никогда не изгнал бы я его из её общества, пока ей хочется быть близ него. В тот час, когда он стал бы ей безразличен, я вырвал бы сердце из его груди и пил бы его кровь! Но до тех пор – если не веришь, ты не знаешь меня – до тех пор я дал бы разрезать себя на куски, но не тронул бы волоска на его голове!

   — Хитклиф · книга
7. «

   Что ж, неужели я должен потерять всё без шанса отыграться?

   Что ж, неужели я должен потерять всё без шанса отыграться?

   — Хиндли Эрншо · книга
8. «

   Когда он убедился, что неизбежно должен сойти на низшую ступень, то уже нипочем не желал сделать хоть шаг, который позволил бы ему подняться.

   Когда он убедился, что неизбежно должен сойти на низшую ступень, то уже нипочем не желал сделать хоть шаг, который позволил бы ему подняться.

   — Эллен Дин · книга
9. «

   Кто не сделал до десяти утра половины своей дневной работы, тот рискует не управиться со своей второй половиной.

   Кто не сделал до десяти утра половины своей дневной работы, тот рискует не управиться со своей второй половиной.

   — Грозовой перевал · книга
10. «

    Прошло немало времени, прежде чем они нашли возможным подумать о ком-либо, кроме себя.

    Прошло немало времени, прежде чем они нашли возможным подумать о ком-либо, кроме себя.

    — Эллен Дин · книга
11. «

    Поцелуй меня снова, только не поднимай глаз! Я прощаю всё, что ты со мной сделала. Я люблю моего убийцу... Но как я могу любить твоего?

    Поцелуй меня снова, только не поднимай глаз! Я прощаю всё, что ты со мной сделала. Я люблю моего убийцу... Но как я могу любить твоего?

    — Хитклиф · книга
12. «

    Он и любить и ненавидеть будет скрытно и почтет за дерзость, если его самого полюбят или возненавидят.

    Он и любить и ненавидеть будет скрытно и почтет за дерзость, если его самого полюбят или возненавидят.

    — Грозовой перевал · книга
13. «

    В те дни я лезла на рожон, Изобличая ложь во лжи; Мне мерзок был ее закон И мерзки все ее пажи. В те дни за правды благодать Мне было б лестно жизнь отдать.

    В те дни я лезла на рожон, Изобличая ложь во лжи; Мне мерзок был ее закон И мерзки все ее пажи. В те дни за правды благодать Мне было б лестно жизнь отдать.
14. «

    There should be not despair for you While nightly stars are burning; While evening pours its silent dew And sunshine gilds the morning. The should be not desrair – though tears May flow down like a river: Are not the best beloved of years Around your heart for ever?

    There should be not despair for you While nightly stars are burning; While evening pours its silent dew And sunshine gilds the morning. The should be not desrair – though tears May flow down like a river: Are not the best beloved of years Around your heart for ever?
15. «

    Мы порой жалеем людей, которые не знают жалости ни к себе, ни к другим.

    Мы порой жалеем людей, которые не знают жалости ни к себе, ни к другим.

    — Эллен Дин · книга
16. «

    Однако начало её жизнь было таким же одиноким, каким будет, верно, и конец.

    Однако начало её жизнь было таким же одиноким, каким будет, верно, и конец.

    — Эллен Дин · книга
17. «

    Былое горе захлебнулось в моём отчаянии.

    Былое горе захлебнулось в моём отчаянии.

    — Грозовой перевал · книга
18. «

    Иссяк фантазий дивный пыл, Надежда обратилась в прах, И дальше опыт мне открыл, Что правды нет в людских сердцах.

    Иссяк фантазий дивный пыл, Надежда обратилась в прах, И дальше опыт мне открыл, Что правды нет в людских сердцах.
19. «

    Тиран топчет своих рабов, и они не восстают против него: они норовят раздавить тех, кто у них под пятой.

    Тиран топчет своих рабов, и они не восстают против него: они норовят раздавить тех, кто у них под пятой.

    — Хитклиф · книга
20. «

    Жить, потеряв её, значит гореть в аду.

    Жить, потеряв её, значит гореть в аду.

    — Грозовой перевал · книга