86 цитат от Федора Сологуба

Подборка из 86 цитат Федора Сологуба: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Прикован тяжким тяготением К моей земле, Я тешусь кратким сновидением В полночной мгле.

   Прикован тяжким тяготением К моей земле, Я тешусь кратким сновидением В полночной мгле.
2. «

   Все — предатели. Прикидываются друзьями, хотят вернее обмануть. А того и не думают, что я обо всех их знаю такого, что им и в Сибири места мало.

   Все — предатели. Прикидываются друзьями, хотят вернее обмануть. А того и не думают, что я обо всех их знаю такого, что им и в Сибири места мало.

   — Передонов · книга
3. «

   О сердце, сердце! позабыть Пора надменные мечты И в безнадежной доле жить Без торжества, без красоты,

   О сердце, сердце! позабыть Пора надменные мечты И в безнадежной доле жить Без торжества, без красоты,
4. «

   Передонов смотрел равнодушно: он не принимал никакого участия в чужих делах, — не любил людей, не думал о них иначе, как только в связи со своими выгодами и удовольствиями.

   Передонов смотрел равнодушно: он не принимал никакого участия в чужих делах, — не любил людей, не думал о них иначе, как только в связи со своими выгодами и удовольствиями.

   — Мелкий бес · книга
5. «

   Не быть никем, не быть ничем, Идти в толпе, глядеть, мечтать, Мечты не разделять ни с кем И ни на что не притязать.

   Не быть никем, не быть ничем, Идти в толпе, глядеть, мечтать, Мечты не разделять ни с кем И ни на что не притязать.
6. «

   С людьми Елене было тягостно, — люди говорят неправду, льстят, волнуются, выражают свои чувства преувеличенным и неприятным способом. В людях много нелепого и смешного; они подчиняются моде, употребляют зачем-то иностранные слова, имеют суетные желания.

   С людьми Елене было тягостно, — люди говорят неправду, льстят, волнуются, выражают свои чувства преувеличенным и неприятным способом. В людях много нелепого и смешного; они подчиняются моде, употребляют зачем-то иностранные слова, имеют суетные желания.

   — Красота · книга
7. «

   Наследственность — великое дело! Из мужиков в баре выходить — глупо, смешно, нерасчетливо и безнравственно. Учите мужика сколько хотите, но не давайте ему чинов за это.

   Наследственность — великое дело! Из мужиков в баре выходить — глупо, смешно, нерасчетливо и безнравственно. Учите мужика сколько хотите, но не давайте ему чинов за это.

   — Авиновицкий Александр Алексеевич · книга
8. «

   Построить жизнь по идеалам добра и красоты! С этими людьми и этим телом! Невозможно! Как замкнуться от людской пошлости, как уберечься от людей! Мы все вместе живем, и как бы одна душа томится во всем многоликом человечестве. Мир весь во мне. Но страшно, что он таков, каков он есть.

   Построить жизнь по идеалам добра и красоты! С этими людьми и этим телом! Невозможно! Как замкнуться от людской пошлости, как уберечься от людей! Мы все вместе живем, и как бы одна душа томится во всем многоликом человечестве. Мир весь во мне. Но страшно, что он таков, каков он есть.

   — Елена · книга
9. «

   Я умру, когда спокойный Для меня настанет срок.

   Я умру, когда спокойный Для меня настанет срок.
10. «

    Его одиночество, молчаливость и поношенная, хотя чистенькая одежда показывали, что он из бедной семьи и стесняется этим обществом нарядных бойких детей. А все-таки он улыбался, — но и улыбка его казалась жалкой. Мать посылала иногда Гришу к своим богатым родственникам, где Гриша всегда чувствовал скуку и неловкость.

    Его одиночество, молчаливость и поношенная, хотя чистенькая одежда показывали, что он из бедной семьи и стесняется этим обществом нарядных бойких детей. А все-таки он улыбался, — но и улыбка его казалась жалкой. Мать посылала иногда Гришу к своим богатым родственникам, где Гриша всегда чувствовал скуку и неловкость.

    — Улыбка · книга
11. «

    Быть счастливым для него значило ничего не делать и, замкнувшись от мира, ублажать свою утробу.

    Быть счастливым для него значило ничего не делать и, замкнувшись от мира, ублажать свою утробу.

    — Мелкий бес · книга
12. «

    Исполнение всех обрядов ведет к некоторому внутреннему удобству: сходил в праздник в церковь, помолился — и прав, нагрешил, покаялся — и опять прав. Хорошо и удобно, тем удобнее, что вне церкви обо всем церковном не надо было и думать, а руководиться следовало совсем иными житейскими правилами.

    Исполнение всех обрядов ведет к некоторому внутреннему удобству: сходил в праздник в церковь, помолился — и прав, нагрешил, покаялся — и опять прав. Хорошо и удобно, тем удобнее, что вне церкви обо всем церковном не надо было и думать, а руководиться следовало совсем иными житейскими правилами.

    — Володин · книга
13. «

    В субботу Передонов собрался идти к исправнику. Этот хотя и не такая важная птица, как предводитель дворянства, — думал Передонов, — однако может навредить больше всех, а захочет, так он может и помочь своим отзывом перед начальством. Полиция — важное дело.

    В субботу Передонов собрался идти к исправнику. Этот хотя и не такая важная птица, как предводитель дворянства, — думал Передонов, — однако может навредить больше всех, а захочет, так он может и помочь своим отзывом перед начальством. Полиция — важное дело.

    — Мелкий бес · книга
14. «

    Только грустно мне порою, Отчего ты не со мною, Полуночная Лилит, Ты, чей лик над сонной мглою, Скрытый маскою – луною, Тихо всходит и скользит.

    Только грустно мне порою, Отчего ты не со мною, Полуночная Лилит, Ты, чей лик над сонной мглою, Скрытый маскою – луною, Тихо всходит и скользит.
15. «

    Люблю тебя, твой милый смех люблю, Люблю твой плач и быстрых слез потоки. И нежные, краснеющие щеки, - Но у тебя любви я не молю.

    Люблю тебя, твой милый смех люблю, Люблю твой плач и быстрых слез потоки. И нежные, краснеющие щеки, - Но у тебя любви я не молю.
16. «

    Подобно тому, как в природе кое-где встречаются места безнадежно унылые, как иногда восходят на земных просторах растения безуханные, не радующие глаз, — так и среди людских существований бывают такие, которые как бы заранее обречены кем-то недобрым и враждебным человеку на тоску и печаль бытия.

    Подобно тому, как в природе кое-где встречаются места безнадежно унылые, как иногда восходят на земных просторах растения безуханные, не радующие глаз, — так и среди людских существований бывают такие, которые как бы заранее обречены кем-то недобрым и враждебным человеку на тоску и печаль бытия.

    — Звериный быт · книга
17. «

    Тогда он еще не знал, а потом, узнавши, не мог помириться с тем, что несправедливость и неправда очень удобны для людей, а справедливость и правду надобно еще создавать, — нет их в земной природе. Горько было ему узнать, что не лгать не могут люди, что ложью держится их жизнь, а правда разрушает ее.

    Тогда он еще не знал, а потом, узнавши, не мог помириться с тем, что несправедливость и неправда очень удобны для людей, а справедливость и правду надобно еще создавать, — нет их в земной природе. Горько было ему узнать, что не лгать не могут люди, что ложью держится их жизнь, а правда разрушает ее.

    — Звериный быт · книга
18. «

    И Варваре, и Грушиной церковные обряды казались смешными. Они беспрестанно хихикали. Слова о том, что жена должна прилепиться к своему мужу, вызвали у них особенную веселость.

    И Варваре, и Грушиной церковные обряды казались смешными. Они беспрестанно хихикали. Слова о том, что жена должна прилепиться к своему мужу, вызвали у них особенную веселость.

    — Мелкий бес · книга
19. «

    Читал раз пушкинские стихи: Встает заря во мгле холодной, На нивах шум работ умолк, С своей волчихою голодной Выходит на дорогу волк. Постойте, — сказал Передонов, — это надо хорошенько понять. Тут аллегория скрывается. Волки попарно ходят: волк с волчихою голодной. Волк — сытый, а волчиха — голодная. Жена всегда после мужа должна есть.

    Читал раз пушкинские стихи: Встает заря во мгле холодной, На нивах шум работ умолк, С своей волчихою голодной Выходит на дорогу волк. Постойте, — сказал Передонов, — это надо хорошенько понять. Тут аллегория скрывается. Волки попарно ходят: волк с волчихою голодной. Волк — сытый, а волчиха — голодная. Жена всегда после мужа должна есть.

    — Мелкий бес · книга
20. «

    Смертная казнь, милостивый государь, не варварство! — кричал он. — Наука признала, что есть врожденные преступники. Этим, батенька, все сказано. Их истреблять надо, а не кормить на государственный счет. Он — злодей, а ему на всю жизнь обеспечен теплый угол в каторжной тюрьме. Он убил, поджег, растлил, а плательщик налогов отдувается своим карманом на его содержание. Нет-с, вешать много справедливее и дешевле.

    Смертная казнь, милостивый государь, не варварство! — кричал он. — Наука признала, что есть врожденные преступники. Этим, батенька, все сказано. Их истреблять надо, а не кормить на государственный счет. Он — злодей, а ему на всю жизнь обеспечен теплый угол в каторжной тюрьме. Он убил, поджег, растлил, а плательщик налогов отдувается своим карманом на его содержание. Нет-с, вешать много справедливее и дешевле.

    — Авиновицкий Александр Алексеевич · книга