Франц Кафка — 514 цитат с глубоким смыслом

Франц Кафка — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 514 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Но я вовсе вас не упрекаю. Вы такой, какой вы есть.

   Но я вовсе вас не упрекаю. Вы такой, какой вы есть.

   — хозяйка · книга
2. «

   Дух лишь тогда делается свободным, когда он перестает быть опорой.

   Дух лишь тогда делается свободным, когда он перестает быть опорой.
3. «

   Нужно было посредничество: зло может соблазнить человека, но не может стать человеком.

   Нужно было посредничество: зло может соблазнить человека, но не может стать человеком.

   — Ангелы не летают · книга
4. «

   Я был холодным и твёрдым, я был мостом, я лежал над пропастью.

   Я был холодным и твёрдым, я был мостом, я лежал над пропастью.

   — Мост · книга
5. «

   Вороны утверждают, что одна-единственная ворона способна уничтожить небо. Это не подлежит сомнению, но не может служить доводом против неба, ибо небо-то как раз и означает невозможность ворон.

   Вороны утверждают, что одна-единственная ворона способна уничтожить небо. Это не подлежит сомнению, но не может служить доводом против неба, ибо небо-то как раз и означает невозможность ворон.

   — Размышления об истинном пути · книга
6. «

   Когда-то, много лет тому назад, я служил на узкоколейке в глубине России, таким покинутым, как там, я никогда не был. Я тогда искал такое место, чем больше одиночество окружало меня, тем приятнее мне было.

   Когда-то, много лет тому назад, я служил на узкоколейке в глубине России, таким покинутым, как там, я никогда не был. Я тогда искал такое место, чем больше одиночество окружало меня, тем приятнее мне было.

   — Воспоминания о дороге на Кальду · книга
7. «

   Меня адвокат принимает, потому что я его клиент. А если и тут не обойтись без чужой помощи, значит, на каждом шагу только и придется, что клянчить и благодарить.

   Меня адвокат принимает, потому что я его клиент. А если и тут не обойтись без чужой помощи, значит, на каждом шагу только и придется, что клянчить и благодарить.

   — Йозеф К. · книга
8. «

   — Ах, — сказала мышь, — мир становится всё теснее и теснее с каждым днём. Сначала он был таким широким, что мне делалось страшно, я бежала дальше и была счастлива, что наконец видела вдали справа и слева стены, но эти длинные стены с такой быстротой надвигаются друг на друга, что вот я уже добежала до последней комнаты, а там в углу стоит мышеловка, в которую я могу заскочить. — Тебе надо только изменить направление бега, — сказала кошка и сожрала мышь.

   — Ах, — сказала мышь, — мир становится всё теснее и теснее с каждым днём. Сначала он был таким широким, что мне делалось страшно, я бежала дальше и была счастлива, что наконец видела вдали справа и слева стены, но эти длинные стены с такой быстротой надвигаются друг на друга, что вот я уже добежала до последней комнаты, а там в углу стоит мышеловка, в которую я могу заскочить. — Тебе надо только изменить направление бега, — сказала кошка и сожрала мышь.

   — Маленькая басня · книга
9. «

   Это выглядело так, будто он хотел широкой спиной заслонить от меня ангела смерти, стоящего позади него, а потом начал потихоньку отступать в сторону.

   Это выглядело так, будто он хотел широкой спиной заслонить от меня ангела смерти, стоящего позади него, а потом начал потихоньку отступать в сторону.
10. «

    — Наверно, мы нигилистические, а может, даже самоубийственные мысли, рождающиеся в голове Бога. Наш мир всего лишь дурной каприз Бога, день, когда он был не в настроении. Макс Брод: Но тогда, значит, где-то вне этой, ведомой нам, ипостаси мира, может существовать надежда? — О да, сколько угодно, бесконечно много надежды, но только не для нас.

    — Наверно, мы нигилистические, а может, даже самоубийственные мысли, рождающиеся в голове Бога. Наш мир всего лишь дурной каприз Бога, день, когда он был не в настроении. Макс Брод: Но тогда, значит, где-то вне этой, ведомой нам, ипостаси мира, может существовать надежда? — О да, сколько угодно, бесконечно много надежды, но только не для нас.
11. «

    Каким бы он нам ни казался, он слуга Закона, а значит причастен к Закону, значит суду человеческому не подлежит.

    Каким бы он нам ни казался, он слуга Закона, а значит причастен к Закону, значит суду человеческому не подлежит.

    — Священник · книга
12. «

    Чем дольше медлишь у двери, тем более чужим становишься.

    Чем дольше медлишь у двери, тем более чужим становишься.

    — Возвращение домой · книга
13. «

    Мученики не недооценивают тела, они стараются возвысить его на кресте. В этом они едины со своими противниками.

    Мученики не недооценивают тела, они стараются возвысить его на кресте. В этом они едины со своими противниками.

    — Размышления об истинном пути · книга
14. «

    Нет нужды выходить из дома. Оставайся за своим столом и прислушивайся. Даже не прислушивайся, жди. Даже не жди, будь неподвижен и одинок. И мир откроется тебе, он не может иначе.

    Нет нужды выходить из дома. Оставайся за своим столом и прислушивайся. Даже не прислушивайся, жди. Даже не жди, будь неподвижен и одинок. И мир откроется тебе, он не может иначе.
15. «

    Ты говоришь «хорошо», а сам знаешь, что это невозможно.

    Ты говоришь «хорошо», а сам знаешь, что это невозможно.

    — Замок · книга
16. «

    Чти начальника своего!

    Чти начальника своего!

    — Офицер · книга
17. «

    У человека есть свобода воли, причем троякая. Во-первых, он был свободен, когда пожелал этой жизни; теперь он, правда, уже не может взять ее назад, ибо он уже не тот, кто тогда хотел ее, тот он лишь в той мере, в какой, живя, исполняет свою тогдашнюю волю. Во-вторых, он свободен, поскольку может выбрать манеру ходьбы и путь этой жизни. В-третьих, он свободен, поскольку тот, кто некогда будет существовать снова, обладает волей, чтобы заставить себя при любых условиях идти через жизнь и таким способом прийти к себе, причем дорогой хоть и избираемой, но настолько запутанной, что она ни одной дольки этой жизни не оставляет нетронутой. Это троякость свободной воли, но это ввиду одновременности и одинаковости, одинаковость по сути в такой степени, что не остается места для воли, ни свободной, ни несвободной...

    У человека есть свобода воли, причем троякая. Во-первых, он был свободен, когда пожелал этой жизни; теперь он, правда, уже не может взять ее назад, ибо он уже не тот, кто тогда хотел ее, тот он лишь в той мере, в какой, живя, исполняет свою тогдашнюю волю. Во-вторых, он свободен, поскольку может выбрать манеру ходьбы и путь этой жизни. В-третьих, он свободен, поскольку тот, кто некогда будет существовать снова, обладает волей, чтобы заставить себя при любых условиях идти через жизнь и таким способом прийти к себе, причем дорогой хоть и избираемой, но настолько запутанной, что она ни одной дольки этой жизни не оставляет нетронутой. Это троякость свободной воли, но это ввиду одновременности и одинаковости, одинаковость по сути в такой степени, что не остается места для воли, ни свободной, ни несвободной...
18. «

    ... «подальше отсюда» — вот моя цель.

    ... «подальше отсюда» — вот моя цель.

    — Отъезд · книга
19. «

    Скрывать не приходится — он несколько скудоумен и в связи с этим слишком высокого мнения о себе.

    Скрывать не приходится — он несколько скудоумен и в связи с этим слишком высокого мнения о себе.
20. «

    Эта Деревня принадлежит Замку, и тот, кто здесь живет или ночует, фактически живет и ночует в Замке. А без разрешения графа это никому не дозволяется.

    Эта Деревня принадлежит Замку, и тот, кто здесь живет или ночует, фактически живет и ночует в Замке. А без разрешения графа это никому не дозволяется.

    — Шварцер · книга