609 афоризмов Франца Вертфоллена

Подборка из 609 цитат Франца Вертфоллена: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   И здесь не в словах, Кэтти, дело, но в ощущении, видении том внутреннем, когда всякая неуравновешенность, грусть, тоска, злость, зависть – выбор. И выбор уродливый, потому что неосознаваемый и неосознанный, выбор из слабости, неспособности внутренней на счастье.

   И здесь не в словах, Кэтти, дело, но в ощущении, видении том внутреннем, когда всякая неуравновешенность, грусть, тоска, злость, зависть – выбор. И выбор уродливый, потому что неосознаваемый и неосознанный, выбор из слабости, неспособности внутренней на счастье.

   — католический священник · книга
2. «

   Мама! Я такого еще ни разу! Это ж целые скульптуры – башни, ладьи, замки из вафель, трубочек, печений, сливок, нуги, карамели... Счастье у Штази и Франца – одинаковое. Так вспоминаешь, что вообще-то не рабыней работаешь – гувернанткой, и не у Нерона, а у мальчика лет девяти, который очень даже способен брови в сливках искупать. Долго еще перед глазами стоять будет – девочка в голубом платьице, воротник на плечах, тычет серебряной вилочкой темно-зеленый трюфель, солнце ей нежно разноцветьем по шее стекает, венки все выделяя, а мальчик через стол, собиравшийся ложку в ладью втыкать, замер, глазами за солнечным соком следует – по шее, по венкам, по коже – губы влажные, вишневые от холода и сиропа. А на него – через стол – подросток – на золотые отблески в волосах ребенка бессердечного, как звездный мальчик Уайльда. На золотые отблески глазами зелеными – купорос. И стол, на котором тают замки, ладьи и башни. И ты – несуразная и недоделанная для этого мира бессмертных.

   Мама! Я такого еще ни разу! Это ж целые скульптуры – башни, ладьи, замки из вафель, трубочек, печений, сливок, нуги, карамели... Счастье у Штази и Франца – одинаковое. Так вспоминаешь, что вообще-то не рабыней работаешь – гувернанткой, и не у Нерона, а у мальчика лет девяти, который очень даже способен брови в сливках искупать. Долго еще перед глазами стоять будет – девочка в голубом платьице, воротник на плечах, тычет серебряной вилочкой темно-зеленый трюфель, солнце ей нежно разноцветьем по шее стекает, венки все выделяя, а мальчик через стол, собиравшийся ложку в ладью втыкать, замер, глазами за солнечным соком следует – по шее, по венкам, по коже – губы влажные, вишневые от холода и сиропа. А на него – через стол – подросток – на золотые отблески в волосах ребенка бессердечного, как звездный мальчик Уайльда. На золотые отблески глазами зелеными – купорос. И стол, на котором тают замки, ладьи и башни. И ты – несуразная и недоделанная для этого мира бессмертных.

   — Викторианский роман о несчастной Эмилии · книга
3. «

   Эмоции не созданы для того, чтобы в них застревать. Они проживаются ярко и выходят из вашего тела бесследно. Нельзя вариться в эмоциях. Это изнашивает ваш мозг, и ваше тело начинает стареть.

   Эмоции не созданы для того, чтобы в них застревать. Они проживаются ярко и выходят из вашего тела бесследно. Нельзя вариться в эмоциях. Это изнашивает ваш мозг, и ваше тело начинает стареть.

   — Шот жизни · книга
4. «

   Счастье — это прежде всего ваш выбор. Выбор, не зависящий от обстоятельств и того, где вы находитесь. Когда вы не делаете выбора быть счастливым — генерировать в себе счастье, взаимодействовать с миром, строить себе будущее, то вам остается только жалость к себе и всевозрастающая фрустрация.

   Счастье — это прежде всего ваш выбор. Выбор, не зависящий от обстоятельств и того, где вы находитесь. Когда вы не делаете выбора быть счастливым — генерировать в себе счастье, взаимодействовать с миром, строить себе будущее, то вам остается только жалость к себе и всевозрастающая фрустрация.

   — Вакцина от идиократии · книга
5. «

   Если мы об интеллекте, силе воли, целеустремленности, то у обывателя их нет, на то он и обыватель. Почему-то еще какие-то полвека назад, это не вызывало проблем. Лишь последнее десятилетие, максимум два, все внезапно решили, что каждый — талант, гений нераскрытый и заслуживает персонального рога изобилия.

   Если мы об интеллекте, силе воли, целеустремленности, то у обывателя их нет, на то он и обыватель. Почему-то еще какие-то полвека назад, это не вызывало проблем. Лишь последнее десятилетие, максимум два, все внезапно решили, что каждый — талант, гений нераскрытый и заслуживает персонального рога изобилия.
6. «

   Конечно же, конечно, красота спутник божественности. И красота подавляет. По крайней мере, такая красота – красота как продолжение воли, когда тело, лицо – лишь слепок с внутреннего поражающего просто комка энергии. Действительно, теперь я готов поверить – древнегреческие божества светились. Вакх или Аполлон красотой, как силой и волей, исходили.

   Конечно же, конечно, красота спутник божественности. И красота подавляет. По крайней мере, такая красота – красота как продолжение воли, когда тело, лицо – лишь слепок с внутреннего поражающего просто комка энергии. Действительно, теперь я готов поверить – древнегреческие божества светились. Вакх или Аполлон красотой, как силой и волей, исходили.

   — Ян · книга
7. «

   Каждый человечек в интернете находит себе контент, на который способен. Технологии сами по себе никого не лишают ни человечности, ни способности коммуницировать. Технологии всего лишь — отражение людей. Какие люди, такие и технологии. Как можно обвинять Facebook в зависимости от лайков? Если вы депрессивите, что у вас посты лайков не собирают, причем здесь Facebook и его алгоритмы? Надо в себя посмотреть и подумать: что я за неуверенная тварь, что я не могу жить без лайков?

   Каждый человечек в интернете находит себе контент, на который способен. Технологии сами по себе никого не лишают ни человечности, ни способности коммуницировать. Технологии всего лишь — отражение людей. Какие люди, такие и технологии. Как можно обвинять Facebook в зависимости от лайков? Если вы депрессивите, что у вас посты лайков не собирают, причем здесь Facebook и его алгоритмы? Надо в себя посмотреть и подумать: что я за неуверенная тварь, что я не могу жить без лайков?
8. «

   Будто сила – не выборы. Простые выборы того, что сложно. Каждый день. Ежечасно.

   Будто сила – не выборы. Простые выборы того, что сложно. Каждый день. Ежечасно.

   — Герхард · книга
9. «

   Если б жила, я б не правильной быть хотела, а… а вот живой. Я б не боялась признаться себе: этот человек за две встречи стал моим счастьем. Я живу встречами с ним, и без него мой мир – серость. Я б не боялась признаться тебе: вы гипнотизируете меня, господин барон, один ваш шепот выводит мои нервные окончания из строя. Я б не боялась спросить тебя там в Вероне – в чем дело? Я ясно вижу, ты не хочешь жениться, в чем дело? И могла бы то разрешить. Я б не боялась чувствовать всё, как живые чувствуют – ужас, боль, нежность, зависть.

   Если б жила, я б не правильной быть хотела, а… а вот живой. Я б не боялась признаться себе: этот человек за две встречи стал моим счастьем. Я живу встречами с ним, и без него мой мир – серость. Я б не боялась признаться тебе: вы гипнотизируете меня, господин барон, один ваш шепот выводит мои нервные окончания из строя. Я б не боялась спросить тебя там в Вероне – в чем дело? Я ясно вижу, ты не хочешь жениться, в чем дело? И могла бы то разрешить. Я б не боялась чувствовать всё, как живые чувствуют – ужас, боль, нежность, зависть.

   — Сцены семейной жизни · книга
10. «

    Нет работы тебя не достойной. Любая работа, которая двигает тебя к цели — вот это оно. И она должна быть тобой сделана.

    Нет работы тебя не достойной. Любая работа, которая двигает тебя к цели — вот это оно. И она должна быть тобой сделана.
11. «

    Когда вы подошли ко мне на свадьбе, у меня было ощущение, что я падаю. Что я лечу в какую-то нору, или черную дыру, которой не будет дна. И всё так странно. Такое зазеркалье. Всё так страньше и страньше. И радостнее. Всё – свежо. Но страшно. С вами с первых секунд было страшно. До мурашек. Вот с вами я волновалась. После Альбертины, на следующий день мы поехали смотреть римские развалины, помните? Ты сказал, заедешь с утра, но не сказал во сколько. Я встала собираться в шесть. Я в жизни не пробовала столько причесок. И это так глупо! Это же развалины, я только выходя, поняла уже, что все равно буду в шляпе. Какой ты был красивый! Когда ты так прямо вбежал на стену, чуть покачнулся из-за поехавшего кирпича, и такой тоненький, легкий, твердый. Прямо скульптура. Древнеримское божество. Вакх. И это так страшно. Я помню, у меня было такое – «ах»! И взрыв… притяжения. И ужас. Не знаю, почему ужас. Просто. Как ты улыбаешься! Как ты улыбался тогда! Я так боялась тебе наскучить. Помню, я думала – я самое скучное существо на Земле. До того дня я никогда не задумывалась – скучна я, нет. А в твоем кабриолете, я думала: боже мой! Я же совсем не остроумна. Он скучает со мной!

    Когда вы подошли ко мне на свадьбе, у меня было ощущение, что я падаю. Что я лечу в какую-то нору, или черную дыру, которой не будет дна. И всё так странно. Такое зазеркалье. Всё так страньше и страньше. И радостнее. Всё – свежо. Но страшно. С вами с первых секунд было страшно. До мурашек. Вот с вами я волновалась. После Альбертины, на следующий день мы поехали смотреть римские развалины, помните? Ты сказал, заедешь с утра, но не сказал во сколько. Я встала собираться в шесть. Я в жизни не пробовала столько причесок. И это так глупо! Это же развалины, я только выходя, поняла уже, что все равно буду в шляпе. Какой ты был красивый! Когда ты так прямо вбежал на стену, чуть покачнулся из-за поехавшего кирпича, и такой тоненький, легкий, твердый. Прямо скульптура. Древнеримское божество. Вакх. И это так страшно. Я помню, у меня было такое – «ах»! И взрыв… притяжения. И ужас. Не знаю, почему ужас. Просто. Как ты улыбаешься! Как ты улыбался тогда! Я так боялась тебе наскучить. Помню, я думала – я самое скучное существо на Земле. До того дня я никогда не задумывалась – скучна я, нет. А в твоем кабриолете, я думала: боже мой! Я же совсем не остроумна. Он скучает со мной!

    — Элеонора фон Вертфоллен · книга
12. «

    Когда мужа застрелили, он упал, я поняла, что меня ждет всё то же самое, у меня было столько ярости. Столько ненависти! Но не к режиму. Не к Гитлеру. Вообще. На себя скорее. За то, что я столько ждала, ждала, ждала, когда начнется жизнь, она так и не началась, а вот теперь уже всё.

    Когда мужа застрелили, он упал, я поняла, что меня ждет всё то же самое, у меня было столько ярости. Столько ненависти! Но не к режиму. Не к Гитлеру. Вообще. На себя скорее. За то, что я столько ждала, ждала, ждала, когда начнется жизнь, она так и не началась, а вот теперь уже всё.

    — Наталье. Из Колумбии. С любовью · книга
13. «

    Юный, о, юный,

    Юный, о, юный,

    — Эстрейя · книга
14. «

    Когда ты хочешь получить всё и сразу, ты по сути не хочешь жить, ты хочешь сразу сдохнуть. Потому что жизнь — это процесс, это не перебежки от «ачивки» до «ачивки». Это процесс построения себя.

    Когда ты хочешь получить всё и сразу, ты по сути не хочешь жить, ты хочешь сразу сдохнуть. Потому что жизнь — это процесс, это не перебежки от «ачивки» до «ачивки». Это процесс построения себя.
15. «

    Человек – ленив и труслив, как любое животное. Мысль – это труд. Выбор – ответственность. Массы не любят думать и не хотят выбирать. Когда ты заставляешь их делать выбор – любой – будь то горошек в консервах или их жизненный путь – ты делаешь их несчастными. Инстинкт самосохранения заставляет людей убегать от несчастья. Люди бегут от мысли и выбора. Именно этой их потребности, а не развитию всяческих свобод и самовыражений, и служат все социальные сети: подумайте, решите и проживите за меня. Соответственно за вас думают, проживают и богатеют тоже за вас.

    Человек – ленив и труслив, как любое животное. Мысль – это труд. Выбор – ответственность. Массы не любят думать и не хотят выбирать. Когда ты заставляешь их делать выбор – любой – будь то горошек в консервах или их жизненный путь – ты делаешь их несчастными. Инстинкт самосохранения заставляет людей убегать от несчастья. Люди бегут от мысли и выбора. Именно этой их потребности, а не развитию всяческих свобод и самовыражений, и служат все социальные сети: подумайте, решите и проживите за меня. Соответственно за вас думают, проживают и богатеют тоже за вас.

    — Не книга. Азбука современного человека · книга
16. «

    Для того, чтобы по-настоящему научиться учиться чему-либо, чтобы это меняло вашу жизнь, ты должен уметь слышать правду о себе.

    Для того, чтобы по-настоящему научиться учиться чему-либо, чтобы это меняло вашу жизнь, ты должен уметь слышать правду о себе.

    — Шот жизни · книга
17. «

    Интеллект — это умение любой маленький факт сделать себе полезным. Умение менять себя и вовлекаться в жизнь. Строить мир. Делать пусть даже совсем крохотные вещи, но делать, а не рассуждать о них.

    Интеллект — это умение любой маленький факт сделать себе полезным. Умение менять себя и вовлекаться в жизнь. Строить мир. Делать пусть даже совсем крохотные вещи, но делать, а не рассуждать о них.

    — Вакцина от идиократии · книга
18. «

    Если кто-то заметно умнее тебя, ты не споришь с ним, ты вдумываешься.

    Если кто-то заметно умнее тебя, ты не споришь с ним, ты вдумываешься.
19. «

    Тебе не с кем бороться, кроме себя.

    Тебе не с кем бороться, кроме себя.
20. «

    Прикрыв рот салфеткой, принцесса захохотала переливчатым смехом существа, пережившего всё, и даже готового на большее.

    Прикрыв рот салфеткой, принцесса захохотала переливчатым смехом существа, пережившего всё, и даже готового на большее.

    — О Летучих змеях. Неаполь · книга