331 цитата Фредрика Бакмана, которые захочется сохранить

Подборка из 331 цитата Фредрика Бакмана: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Какая удивительная власть у мест, где ты никогда не был.

   Какая удивительная власть у мест, где ты никогда не был.

   — Здесь была Бритт-Мари · книга
2. «

   Подростками Давид и Пернилла подарили ему кружку с надписью: «Скупи все и умри чемпионом!» Они-то считали это «иронией», а Кент сделал жизненным девизом.

   Подростками Давид и Пернилла подарили ему кружку с надписью: «Скупи все и умри чемпионом!» Они-то считали это «иронией», а Кент сделал жизненным девизом.

   — Здесь была Бритт-Мари · книга
3. «

   Дорогой мой, проблема среднего класса в том, что вы думаете, будто для богатых есть слишком дешевые вещи. Что неправда. Это для бедных есть слишком дорогие.

   Дорогой мой, проблема среднего класса в том, что вы думаете, будто для богатых есть слишком дешевые вещи. Что неправда. Это для бедных есть слишком дорогие.

   — Зара · книга
4. «

   «Печь плюшки — дело серьёзное, это вам не в тапки срать», — сказала бабушка, которая сроду ничего не пекла. И которая, надеялась Эльса, не станет использовать тапки для подобных целей.

   «Печь плюшки — дело серьёзное, это вам не в тапки срать», — сказала бабушка, которая сроду ничего не пекла. И которая, надеялась Эльса, не станет использовать тапки для подобных целей.

   — Бабушка · книга
5. «

   Уве же ценил только то, что можно увидеть, пощупать. Бетон и цемент. Стекло и железо. Инструмент. Предсказуемые вещи. Прямые углы и чёткие инструкции. Проектные модели и чертежи. Предметы, которые можно изобразить на бумаге. Сам Уве состоял из двух цветов – чёрного и белого. Она раскрасила его мир. Дала ему остальные цвета.

   Уве же ценил только то, что можно увидеть, пощупать. Бетон и цемент. Стекло и железо. Инструмент. Предсказуемые вещи. Прямые углы и чёткие инструкции. Проектные модели и чертежи. Предметы, которые можно изобразить на бумаге. Сам Уве состоял из двух цветов – чёрного и белого. Она раскрасила его мир. Дала ему остальные цвета.

   — Вторая жизнь Уве · книга
6. «

   Од­на­жды он слы­шал: что­бы мо­раль­но под­го­то­вить­ся к ро­ди­тель­ству, надо съез­дить на рок-фе­сти­валь и по­жить в од­ной па­лат­ке с тол­сты­ми об­ку­рен­ны­ми при­я­те­ля­ми. С утра до ве­че­ра ты ша­та­ешь­ся как сом­нам­бу­ла, в по­сто­ян­ном со­сто­я­нии остро­го недо­сы­па, твоя одеж­да вся пе­ре­ма­за­на едой, ко­то­рую лишь в ред­ких слу­ча­ях ел ты сам, в ушах веч­ный звон. Сто­ит тебе прой­ти мимо лужи, как ка­кой-ни­будь иди­от, хи­хи­кая, тут же прыг­нет в нее дву­мя но­га­ми, а как толь­ко ты уеди­нишь­ся в сор­ти­ре, в дверь сра­зу на­чи­на­ют ко­ло­тить и тре­бо­вать, что­бы ты вы­шел. Тебя бу­дят сре­ди ночи, что­бы по­де­лить­ся с то­бой неки­ми со­кро­вен­ны­ми мыс­ля­ми, а утром ты неред­ко про­сы­па­ешься в чьей-то луже.

   Од­на­жды он слы­шал: что­бы мо­раль­но под­го­то­вить­ся к ро­ди­тель­ству, надо съез­дить на рок-фе­сти­валь и по­жить в од­ной па­лат­ке с тол­сты­ми об­ку­рен­ны­ми при­я­те­ля­ми. С утра до ве­че­ра ты ша­та­ешь­ся как сом­нам­бу­ла, в по­сто­ян­ном со­сто­я­нии остро­го недо­сы­па, твоя одеж­да вся пе­ре­ма­за­на едой, ко­то­рую лишь в ред­ких слу­ча­ях ел ты сам, в ушах веч­ный звон. Сто­ит тебе прой­ти мимо лужи, как ка­кой-ни­будь иди­от, хи­хи­кая, тут же прыг­нет в нее дву­мя но­га­ми, а как толь­ко ты уеди­нишь­ся в сор­ти­ре, в дверь сра­зу на­чи­на­ют ко­ло­тить и тре­бо­вать, что­бы ты вы­шел. Тебя бу­дят сре­ди ночи, что­бы по­де­лить­ся с то­бой неки­ми со­кро­вен­ны­ми мыс­ля­ми, а утром ты неред­ко про­сы­па­ешься в чьей-то луже.

   — Медвежий угол · книга
7. «

   Быть особенной – лучший способ быть не такой, как все.

   Быть особенной – лучший способ быть не такой, как все.

   — Бабушка велела кланяться и передать, что просит прощения · книга
8. «

   Лучшее и худшее случается само, а вот то, что между... Оно-то и заставляет нас жить дальше.

   Лучшее и худшее случается само, а вот то, что между... Оно-то и заставляет нас жить дальше.

   — Три новеллы · книга
9. «

   Если у тебя есть бабушка, считай, что за тобой целая армия. Право внуков — знать, что есть человек, который всегда на твоей стороне. Независимо от обстоятельств. Даже если ты ошибаешься. Особенно если ты ошибаешься.

   Если у тебя есть бабушка, считай, что за тобой целая армия. Право внуков — знать, что есть человек, который всегда на твоей стороне. Независимо от обстоятельств. Даже если ты ошибаешься. Особенно если ты ошибаешься.

   — Бабушка велела кланяться и передать, что просит прощения · книга
10. «

    Хоккей не может изменить жизнь человека. Может лишь предложить другую жизнь. Выход наверх.

    Хоккей не может изменить жизнь человека. Может лишь предложить другую жизнь. Выход наверх.

    — Мы против вас · книга
11. «

    Люди всегда предпочтут простую ложь сложной правде, потому что у лжи есть одно сокрушительное преимущество: правда должна объяснять все, что случилось, а лжи достаточно выглядеть убедительно.

    Люди всегда предпочтут простую ложь сложной правде, потому что у лжи есть одно сокрушительное преимущество: правда должна объяснять все, что случилось, а лжи достаточно выглядеть убедительно.

    — Мы против вас · книга
12. «

    Он вернулся с двумя чистыми чашками. Не то чтобы Джек начал пить кофе — просто он понимал, что сейчас отцу не хочется пить кофе в одиночку.

    Он вернулся с двумя чистыми чашками. Не то чтобы Джек начал пить кофе — просто он понимал, что сейчас отцу не хочется пить кофе в одиночку.

    — Джек · книга
13. «

    Нужны годы, чтобы узнать человека. Целая жизнь. Именно это делает дом домом.

    Нужны годы, чтобы узнать человека. Целая жизнь. Именно это делает дом домом.

    — Здесь была Бритт-Мари · книга
14. «

    Уве называли бирюком. Фигня это, не был Уве никаким бирюком. Ну не улыбался каждому направо и налево. Что ж его – в преступники записать за это? Что до Уве, у него на сей счёт было своё мнение. Просто, когда хоронишь ту единственную, на которой сошёлся свет клином, что-то в тебе надламывается. И время не в силах залечить эту рану.

    Уве называли бирюком. Фигня это, не был Уве никаким бирюком. Ну не улыбался каждому направо и налево. Что ж его – в преступники записать за это? Что до Уве, у него на сей счёт было своё мнение. Просто, когда хоронишь ту единственную, на которой сошёлся свет клином, что-то в тебе надламывается. И время не в силах залечить эту рану.

    — Вторая жизнь Уве · книга
15. «

    Вот что бы вы сделали, увидев человека, стоящего на парапете? Подобрать нужные слова тут очень трудно, с этим не поспоришь. Но вы бы постарались любой ценой удержать его от прыжка. Пусть вы о нем ничего не знаете, но где-то глубоко, на уровне инстинкта в нас заложено стремление предотвратить попытку самоубийства.

    Вот что бы вы сделали, увидев человека, стоящего на парапете? Подобрать нужные слова тут очень трудно, с этим не поспоришь. Но вы бы постарались любой ценой удержать его от прыжка. Пусть вы о нем ничего не знаете, но где-то глубоко, на уровне инстинкта в нас заложено стремление предотвратить попытку самоубийства.

    — Тревожные люди · книга
16. «

    Такие вещи нам неподвластны – как любовь. Наверное, это правда: до определенного возраста ребенок любит отца и мать безрассудно и безусловно, только за то, что они – его родители. Родители, братья и сестры будут любить тебя всю оставшуюся жизнь – по той же причине. Так в чем же правда? Нет никакой правды. Мы знаем о Вселенной только то, что она безгранична; мы знаем о Боге только то, что ничего не знаем. Единственное, что мама-пастор требовала от своей семьи: делать все, что от них зависит. Посадить яблоню, даже если знаешь, что завтра настанет конец света. Спасать тех, кого можно спасти.

    Такие вещи нам неподвластны – как любовь. Наверное, это правда: до определенного возраста ребенок любит отца и мать безрассудно и безусловно, только за то, что они – его родители. Родители, братья и сестры будут любить тебя всю оставшуюся жизнь – по той же причине. Так в чем же правда? Нет никакой правды. Мы знаем о Вселенной только то, что она безгранична; мы знаем о Боге только то, что ничего не знаем. Единственное, что мама-пастор требовала от своей семьи: делать все, что от них зависит. Посадить яблоню, даже если знаешь, что завтра настанет конец света. Спасать тех, кого можно спасти.

    — Тревожные люди · книга
17. «

    …никто из обожателей никогда не смотрел на неё такими глазами, как этот паренёк, который опустился возле неё на лавку. Будто она – единственная девушка на свете.

    …никто из обожателей никогда не смотрел на неё такими глазами, как этот паренёк, который опустился возле неё на лавку. Будто она – единственная девушка на свете.

    — Вторая жизнь Уве · книга
18. «

    Участь родителей — быть слишком маленьким одеялом: как ни пытаешься всех укрыть, все равно кто-то мёрзнет.

    Участь родителей — быть слишком маленьким одеялом: как ни пытаешься всех укрыть, все равно кто-то мёрзнет.

    — Медвежий угол · книга
19. «

    Мама вздохнула так громко, что Эльсе показалось, будто её вздох сквозняком проник к ней в комнату и шевельнул простыню на кровати.

    Мама вздохнула так громко, что Эльсе показалось, будто её вздох сквозняком проник к ней в комнату и шевельнул простыню на кровати.

    — Бабушка велела кланяться и передать, что просит прощения · книга
20. «

    Однажды вы спросили меня, почему я люблю свою работу, а я рассказала, почему она у меня хорошо получается. В последние дни у меня неожиданно появилось много времени, чтобы подумать об этом, и я поняла, что люблю свою работу, потому что верю в нее.

    Однажды вы спросили меня, почему я люблю свою работу, а я рассказала, почему она у меня хорошо получается. В последние дни у меня неожиданно появилось много времени, чтобы подумать об этом, и я поняла, что люблю свою работу, потому что верю в нее.

    — Зара · книга