519 мыслей Фрэнсиса Скотта Фицджеральда без воды

Ниже 519 цитат Фрэнсиса Скотта Фицджеральда — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   ... И слова, более древние, чем Книга бытия, сорвались с ее губ: — Скотина! — прорыдала она. — Ты скотина! Как я тебя ненавижу! Скотина! О!

   ... И слова, более древние, чем Книга бытия, сорвались с ее губ: — Скотина! — прорыдала она. — Ты скотина! Как я тебя ненавижу! Скотина! О!

   — Прекрасные и проклятые · книга
2. «

   Если вы не согласны с моими объяснениями, что со мной, могли бы, по крайней мере, объяснить по-своему, мне это важно, потому что у вас лицо доброго кота, а не такая дурацкая физиономия, какую здесь принято строить.

   Если вы не согласны с моими объяснениями, что со мной, могли бы, по крайней мере, объяснить по-своему, мне это важно, потому что у вас лицо доброго кота, а не такая дурацкая физиономия, какую здесь принято строить.

   — Николь Дайвер · книга
3. «

   С новыми друзьями часто чувствуешь себя лучше, чем со старыми.

   С новыми друзьями часто чувствуешь себя лучше, чем со старыми.

   — Ричард Дайвер · книга
4. «

   ...одно из свойств красоты — отражать лучшее, что есть в человеке, этой красотой любующемся...

   ...одно из свойств красоты — отражать лучшее, что есть в человеке, этой красотой любующемся...

   — Ночь нежна · книга
5. «

   Я не могу сказать с уверенностью, в какой мере моя позиция обусловлена пропагандой, которой я наслушался. Мне-то, конечно, кажется, что это мое глубочайшее убеждение, что другой дороги у меня просто нет.

   Я не могу сказать с уверенностью, в какой мере моя позиция обусловлена пропагандой, которой я наслушался. Мне-то, конечно, кажется, что это мое глубочайшее убеждение, что другой дороги у меня просто нет.

   — По эту сторону рая · книга
6. «

   Если блондинка не умеет поддержать разговор, мы называем ее «куклой», молчаливого блондина считаем болваном. А на ряду с этим мир полон «интересных молчаливых брюнетов» и «томных брюнеток», абсолютно безмозглых, но никто их почему-то за это не винит.

   Если блондинка не умеет поддержать разговор, мы называем ее «куклой», молчаливого блондина считаем болваном. А на ряду с этим мир полон «интересных молчаливых брюнетов» и «томных брюнеток», абсолютно безмозглых, но никто их почему-то за это не винит.

   — По эту сторону рая · книга
7. «

   Каждый человек склонен подозревать за собой хотя бы одну фундаментальную добродетель: я, например, считаю себя одним из немногих честных людей, которые мне известны.

   Каждый человек склонен подозревать за собой хотя бы одну фундаментальную добродетель: я, например, считаю себя одним из немногих честных людей, которые мне известны.

   — Великий Гэтсби · книга
8. «

   Такие люди, как мы, не способны ни одну теорию принять целиком. Если мы делаем то, что нужно сейчас, и один час в день оставляем себе на то, чтобы подумать, мы можем творить чудеса, но что касается той или иной всеобъемлющей системы главенства — тут мы обычно садимся в лужу.

   Такие люди, как мы, не способны ни одну теорию принять целиком. Если мы делаем то, что нужно сейчас, и один час в день оставляем себе на то, чтобы подумать, мы можем творить чудеса, но что касается той или иной всеобъемлющей системы главенства — тут мы обычно садимся в лужу.

   — По эту сторону рая · книга
9. «

   Но я тяжел на подъем и опутан множеством внутренних правил, которые служат тормозом для моих желаний.

   Но я тяжел на подъем и опутан множеством внутренних правил, которые служат тормозом для моих желаний.

   — Великий Гэтсби · книга
10. «

    — Подожди, Глория, — кричал он, — дай мне объяснить! — Ничего не надо объяснять. Поцелуй меня. — Не думаю, что это лучший вариант. Если я чем-то обидел тебя, мы должны это обсудить! Мне не нравятся эти «поцелуй-и-забудь». — Но я не хочу с тобой спорить. Ведь это чудесно, что мы можем поцеловать друг друга и забыть, а вот когда не сможем — настанет время спорить.

    — Подожди, Глория, — кричал он, — дай мне объяснить! — Ничего не надо объяснять. Поцелуй меня. — Не думаю, что это лучший вариант. Если я чем-то обидел тебя, мы должны это обсудить! Мне не нравятся эти «поцелуй-и-забудь». — Но я не хочу с тобой спорить. Ведь это чудесно, что мы можем поцеловать друг друга и забыть, а вот когда не сможем — настанет время спорить.

    — Прекрасные и проклятые · книга
11. «

    Никакая ощутимая, реальная прелесть не может сравниться с тем, что способен накопить человек в глубинах своей фантазии.

    Никакая ощутимая, реальная прелесть не может сравниться с тем, что способен накопить человек в глубинах своей фантазии.

    — Ник · книга
12. «

    Он никогда не мог взять в толк, почему люди стараются подражать именно тому, кому невозможно подражать.

    Он никогда не мог взять в толк, почему люди стараются подражать именно тому, кому невозможно подражать.

    — Прекрасные и проклятые · книга
13. «

    — Иногда, когда я бываю особенно неотразима, мне приходит в голову — к чему растрачивать все это на одного мужчину? — А я, когда ты бываешь особенно не в духе, часто думаю, к чему растрачивать все это на одну семью?

    — Иногда, когда я бываю особенно неотразима, мне приходит в голову — к чему растрачивать все это на одного мужчину? — А я, когда ты бываешь особенно не в духе, часто думаю, к чему растрачивать все это на одну семью?

    — По эту сторону рая · книга
14. «

    Тройной румянец на ее щеках был порожден молодостью, вином и косметикой

    Тройной румянец на ее щеках был порожден молодостью, вином и косметикой

    — О, рыжая Ведьма! · книга
15. «

    ...человек должен быть мастером своего дела, а если он перестал быть мастером, значит он уже ничем не лучше других, и главное — это утвердиться в жизни, пока ты ещё не перестал быть мастером своего дела.

    ...человек должен быть мастером своего дела, а если он перестал быть мастером, значит он уже ничем не лучше других, и главное — это утвердиться в жизни, пока ты ещё не перестал быть мастером своего дела.

    — Николь Дайвер · книга
16. «

    Я арабский шейх, Люблю тебя больше всех. Я примчусь к тебе во сне На быстроногом скакуне.

    Я арабский шейх, Люблю тебя больше всех. Я примчусь к тебе во сне На быстроногом скакуне.

    — Великий Гэтсби · книга
17. «

    Мой отец на производстве фильмов делал бизнес, как делают бизнес на хлопке и стали, и меня это мало тревожило. Прозу Голливуда я принимала с безропотностью привидения, назначенного обитать в таком-то доме. Я знала, что кинобизнесом надлежит возмущаться, но возмущение упорно не желало приходить.

    Мой отец на производстве фильмов делал бизнес, как делают бизнес на хлопке и стали, и меня это мало тревожило. Прозу Голливуда я принимала с безропотностью привидения, назначенного обитать в таком-то доме. Я знала, что кинобизнесом надлежит возмущаться, но возмущение упорно не желало приходить.

    — Сесилия Брейди · книга
18. «

    — Вам кто-нибудь говорил, что у вас пронзительные глаза? Эмори постарался сделать их ещё пронзительнее. Ему показалось, — или только почудилось? — что она под столом коснулась ногой его ноги. Впрочем, это могла быть просто ножка стола. Трудно сказать. А если всё-таки?... Он стал соображать, как бы им уединиться в маленькой гостиной на втором этаже.

    — Вам кто-нибудь говорил, что у вас пронзительные глаза? Эмори постарался сделать их ещё пронзительнее. Ему показалось, — или только почудилось? — что она под столом коснулась ногой его ноги. Впрочем, это могла быть просто ножка стола. Трудно сказать. А если всё-таки?... Он стал соображать, как бы им уединиться в маленькой гостиной на втором этаже.

    — Эмори Блейн · книга
19. «

    ...нельзя позволять себе любить чрезмерно: он знал, как может отец напортить дочери или мать сыну, приучив к чрезмерно тесным узам, — после, оторвавшись от дома, дети будут искать у спутника жизни ту же нерассуждающую нежность, и, быть может, не найдя её, ожесточатся и на любовь, и на саму жизнь.

    ...нельзя позволять себе любить чрезмерно: он знал, как может отец напортить дочери или мать сыну, приучив к чрезмерно тесным узам, — после, оторвавшись от дома, дети будут искать у спутника жизни ту же нерассуждающую нежность, и, быть может, не найдя её, ожесточатся и на любовь, и на саму жизнь.

    — Опять Вавилон · книга
20. «

    Коллис привык получать удовольствие от жизни и неодобрительно относился ко всему, что могло это удовольствие испортить.

    Коллис привык получать удовольствие от жизни и неодобрительно относился ко всему, что могло это удовольствие испортить.

    — Ночь нежна · книга