91 цитата Гастона Леру: от иронии до философии

Гастон Леру — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 91 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Эти сверхъестественные красные розы, которые, казалось, цвели на снегу, были единственными островками жизни среди этого царства мертвых.

   Эти сверхъестественные красные розы, которые, казалось, цвели на снегу, были единственными островками жизни среди этого царства мертвых.

   — Призрак Оперы · книга
2. «

   Любви слишком грустно на земле.

   Любви слишком грустно на земле.

   — Кристина · книга
3. «

   Хозяйка уклончиво отвечала, что так как она думала, что влюбленные поссорились, удалилась, жалея молодых людей, которые растрачивают на пустые ссоры драгоценные часы, дарованные им Господом Богом на этой земле.

   Хозяйка уклончиво отвечала, что так как она думала, что влюбленные поссорились, удалилась, жалея молодых людей, которые растрачивают на пустые ссоры драгоценные часы, дарованные им Господом Богом на этой земле.

   — Призрак Оперы · книга
4. «

   Можно ли вменять в вину блестящему светскому человеку, холостяку, который мог позволить себе любые развлечения, то, что он часа два после ужина проводил в компании танцовщицы, которая хоть и не блистала умом, зато обладала самыми очаровательными глазками.

   Можно ли вменять в вину блестящему светскому человеку, холостяку, который мог позволить себе любые развлечения, то, что он часа два после ужина проводил в компании танцовщицы, которая хоть и не блистала умом, зато обладала самыми очаровательными глазками.

   — Призрак Оперы · книга
5. «

   Красивая женщина имеет право любить самого уродливого монстра, особенно если монстр умеет очаровывать музыкой так, как этот, а красивая женщина оказывается выдающейся певицей.

   Красивая женщина имеет право любить самого уродливого монстра, особенно если монстр умеет очаровывать музыкой так, как этот, а красивая женщина оказывается выдающейся певицей.

   — перс · книга
6. «

   Доэ утверждал, что всех великих композиторов и музыкантов Ангел музыки посещал хотя бы раз в жизни. Иногда он приходил к их постели, как это случилось с Лоттой, и поэтому появлялись вундеркинды, которые в шесть лет играли на скрипке лучше, чем пятидесятилетние мужчины, что, согласитесь, весьма необычно. Иногда он прилетал и к непослушным детям, которые не хотели учить уроки или упражняться. А к детям со злым сердцем и нечистой совестью Ангел музыки вообще не являлся. Его никто никогда не видел, но многие слышали — слышали те, кому это было предопределено. Чаще всего Ангел спускался к людям, когда те меньше всего ждали его, когда они пребывали в унынии или печали. Вдруг они слышали небесные звуки и божественный голос, запоминавшийся на всю жизнь. У людей, которых посещал Ангел, в груди загоралось какое-то пламя, они начинали ощущать некую пульсацию, несвойственную другим смертным. Когда же они прикасались к инструменту или открывали рот, чтобы петь, то издавали звуки такой красоты, перед которыми меркли все другие звуки на земле. Те, кто не знал, что этих людей посетил Ангел музыки, называли их гениями.

   Доэ утверждал, что всех великих композиторов и музыкантов Ангел музыки посещал хотя бы раз в жизни. Иногда он приходил к их постели, как это случилось с Лоттой, и поэтому появлялись вундеркинды, которые в шесть лет играли на скрипке лучше, чем пятидесятилетние мужчины, что, согласитесь, весьма необычно. Иногда он прилетал и к непослушным детям, которые не хотели учить уроки или упражняться. А к детям со злым сердцем и нечистой совестью Ангел музыки вообще не являлся. Его никто никогда не видел, но многие слышали — слышали те, кому это было предопределено. Чаще всего Ангел спускался к людям, когда те меньше всего ждали его, когда они пребывали в унынии или печали. Вдруг они слышали небесные звуки и божественный голос, запоминавшийся на всю жизнь. У людей, которых посещал Ангел, в груди загоралось какое-то пламя, они начинали ощущать некую пульсацию, несвойственную другим смертным. Когда же они прикасались к инструменту или открывали рот, чтобы петь, то издавали звуки такой красоты, перед которыми меркли все другие звуки на земле. Те, кто не знал, что этих людей посетил Ангел музыки, называли их гениями.

   — Призрак Оперы · книга
7. «

   Сегодня я отдала вам душу, и я мертва.

   Сегодня я отдала вам душу, и я мертва.

   — Кристина Доэ · книга
8. «

   Лучше быть в безопасности, чем потом сожалеть.

   Лучше быть в безопасности, чем потом сожалеть.

   — перс · книга
9. «

   Они «играли в сердца», как другие играют в мяч; но поскольку это были их сердца, которые они перебрасывали туда-сюда, требовалось большое искусство, чтобы ловить их, не причиняя друг другу боли.

   Они «играли в сердца», как другие играют в мяч; но поскольку это были их сердца, которые они перебрасывали туда-сюда, требовалось большое искусство, чтобы ловить их, не причиняя друг другу боли.

   — Призрак Оперы · книга
10. «

    Бывают такие моменты, когда чрезмерная наивность кажется такой чудовищной, что становится ненавистной.

    Бывают такие моменты, когда чрезмерная наивность кажется такой чудовищной, что становится ненавистной.

    — Призрак Оперы · книга
11. «

    Только что он познал любовь и ненависть. И все это в один вечер. Он знал, кого любит, теперь оставалось узнать, кого он ненавидит.

    Только что он познал любовь и ненависть. И все это в один вечер. Он знал, кого любит, теперь оставалось узнать, кого он ненавидит.

    — Призрак Оперы · книга
12. «

    У него было благородное сердце и чистая совесть.

    У него было благородное сердце и чистая совесть.

    — Призрак Оперы · книга
13. «

    Это был безмятежный, чистый источник гармонии, из которого верующие могли пить безопасно и преданно, в полной уверенности, что они пьют музыкальное изящество. И их искусство, прикоснувшись к божественному, преобразится.

    Это был безмятежный, чистый источник гармонии, из которого верующие могли пить безопасно и преданно, в полной уверенности, что они пьют музыкальное изящество. И их искусство, прикоснувшись к божественному, преобразится.

    — Призрак Оперы · книга
14. «

    Ангел, благословенный небом, Мой дух стремится к тебе на покой!

    Ангел, благословенный небом, Мой дух стремится к тебе на покой!

    — Призрак Оперы · книга
15. «

    Он был готов все вытерпеть, все простить — он был влюблен.

    Он был готов все вытерпеть, все простить — он был влюблен.

    — Призрак Оперы · книга
16. «

    Порицая себя за глупость, он тем не менее не мог найти лучшего выхода из этой смехотворной ситуации, как упорствовать в своей неистовой решимости вести себя отвратительно.

    Порицая себя за глупость, он тем не менее не мог найти лучшего выхода из этой смехотворной ситуации, как упорствовать в своей неистовой решимости вести себя отвратительно.

    — Призрак Оперы · книга
17. «

    Теперь идите, Кристина Доэ: вы можете дать человеческим существам немного небесной музыки!

    Теперь идите, Кристина Доэ: вы можете дать человеческим существам немного небесной музыки!

    — Эрик · книга
18. «

    Он обвинял, проклинал себя, просил меня простить его. Он признался в обмане. Сказал, что любит меня. Он положил к моим ногам свою огромную, трагическую любовь. Он похитил меня из-за любви, но он уважал меня, раболепствовал передо мной, он жаловался, плакал.

    Он обвинял, проклинал себя, просил меня простить его. Он признался в обмане. Сказал, что любит меня. Он положил к моим ногам свою огромную, трагическую любовь. Он похитил меня из-за любви, но он уважал меня, раболепствовал передо мной, он жаловался, плакал.

    — Кристина Доэ · книга
19. «

    Он очень любил здешнее море, говоря, что оно того же цвета, что у него на родине, и, часто стоя на пляже, наигрывал свои самые печальные напевы и уверял, что море замолкает, чтобы их послушать.

    Он очень любил здешнее море, говоря, что оно того же цвета, что у него на родине, и, часто стоя на пляже, наигрывал свои самые печальные напевы и уверял, что море замолкает, чтобы их послушать.

    — Призрак Оперы · книга
20. «

    Знаете, друг мой, в музыке бывает так, что внешний мир перестает существовать и не остается больше ничего, кроме звуков, которые поражают вас прямо в сердце.

    Знаете, друг мой, в музыке бывает так, что внешний мир перестает существовать и не остается больше ничего, кроме звуков, которые поражают вас прямо в сердце.

    — Призрак Оперы · книга