46 цитат Генри Джеймса — читать онлайн

Подборка из 46 цитат Генри Джеймса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Приятно, когда о тебе существует хорошее мнение.

   Приятно, когда о тебе существует хорошее мнение.

   — миссис Тачит · книга
2. «

   Подлинная радость дана нам только в кипучей деятельности.

   Подлинная радость дана нам только в кипучей деятельности.

   — Женский портрет · книга
3. «

   По мнению Изабеллы, у графини не было души; она напоминала яркую диковинную раковину с отшлифованной поверхностью и невероятно розовым краем, в которой, если ее встряхнуть, что-то побрякивало. Вот это побрякивание и являло собой, очевидно, духовный мир графини — маленький орешек, который свободно перекатывается у нее внутри.

   По мнению Изабеллы, у графини не было души; она напоминала яркую диковинную раковину с отшлифованной поверхностью и невероятно розовым краем, в которой, если ее встряхнуть, что-то побрякивало. Вот это побрякивание и являло собой, очевидно, духовный мир графини — маленький орешек, который свободно перекатывается у нее внутри.

   — Женский портрет · книга
4. «

   Патриотизм – как любовь к ближнему – начинается с родного дома.

   Патриотизм – как любовь к ближнему – начинается с родного дома.

   — мисс Стэкпол · книга
5. «

   Первое, что нужно усвоить во взаимоотношениях с другими людьми, — это то, что им нельзя мешать быть счастливыми — так, как они того хотят.

   Первое, что нужно усвоить во взаимоотношениях с другими людьми, — это то, что им нельзя мешать быть счастливыми — так, как они того хотят.
6. «

   Один Бог знает, как все мы дорожим сегодня краткостью, как высоко ценится сжатость. Но дело ведь не в краткости, а в весомости. Весомость, значимость — в наше время всё. Пытаться втиснуть её в заранее посчитанное, мизерное число слов — дело зряшное, пустая трата времени.

   Один Бог знает, как все мы дорожим сегодня краткостью, как высоко ценится сжатость. Но дело ведь не в краткости, а в весомости. Весомость, значимость — в наше время всё. Пытаться втиснуть её в заранее посчитанное, мизерное число слов — дело зряшное, пустая трата времени.
7. «

   Слишком много думать о замужестве вульгарно – и уж боже упаси гоняться за женихами.

   Слишком много думать о замужестве вульгарно – и уж боже упаси гоняться за женихами.

   — Женский портрет · книга
8. «

   Дорогой, дорогой мой мальчик, обнимаю тебя с нежностью, которую и выразить не могу! Как, должно быть, обижен ты был на мое ужасное, бессердечное молчание в ответ на твое прекрасное, благородное, утонченное письмо! Но, дорогой мой мальчик, я был унылейшим образом болен и только пару дней как вновь — хоть и не до конца — обрел дар слова. Не жалей меня, потому что все уже позади, я выздоравливаю, опасность миновала. Я выбрался — на удивление быстро — из глубокой черной дыры. И когда я был в ней, в этой черноте, я думал о тебе, дорогой мальчик, думал страстно и безнадежно, о твоем последнем письме и о том, как впускаю тебя в свое сердце… Теперь же я обессилен и выжат. И только на пять минут, перед сном, впускаю тебя в свое сердце. И мне лучше, лучше, лучше, мой дорогой мальчик, и не думай о моей болезни. Думай только о моей любви и о том, что я навсегда и навеки твой Генри Джеймс.

   Дорогой, дорогой мой мальчик, обнимаю тебя с нежностью, которую и выразить не могу! Как, должно быть, обижен ты был на мое ужасное, бессердечное молчание в ответ на твое прекрасное, благородное, утонченное письмо! Но, дорогой мой мальчик, я был унылейшим образом болен и только пару дней как вновь — хоть и не до конца — обрел дар слова. Не жалей меня, потому что все уже позади, я выздоравливаю, опасность миновала. Я выбрался — на удивление быстро — из глубокой черной дыры. И когда я был в ней, в этой черноте, я думал о тебе, дорогой мальчик, думал страстно и безнадежно, о твоем последнем письме и о том, как впускаю тебя в свое сердце… Теперь же я обессилен и выжат. И только на пять минут, перед сном, впускаю тебя в свое сердце. И мне лучше, лучше, лучше, мой дорогой мальчик, и не думай о моей болезни. Думай только о моей любви и о том, что я навсегда и навеки твой Генри Джеймс.
9. «

   Я скучаю по тебе совершенно не пропорционально тем трем крошечным дням, которые мы провели вместе (теперь кажется удивительным, что их было всего три).

   Я скучаю по тебе совершенно не пропорционально тем трем крошечным дням, которые мы провели вместе (теперь кажется удивительным, что их было всего три).
10. «

    Его способность видеть всё в розовом свете была так неумеренна, что набрасывала тень на этот прелестный тон.

    Его способность видеть всё в розовом свете была так неумеренна, что набрасывала тень на этот прелестный тон.

    — Европейцы · книга
11. «

    По натуре я человек наблюдательный, хотя, пожалуй, по мне это и не видно. Сколько бы вы ни присматривались ко мне – всё равно я высмотрю в вас больше.

    По натуре я человек наблюдательный, хотя, пожалуй, по мне это и не видно. Сколько бы вы ни присматривались ко мне – всё равно я высмотрю в вас больше.

    — мистер Тачит · книга
12. «

    Многое можно делать в угоду другим, но замуж выходят ради собственного удовольствия.

    Многое можно делать в угоду другим, но замуж выходят ради собственного удовольствия.

    — Женский портрет · книга
13. «

    Её не так-то легко постичь. Её можно зримо представлять себе, отчетливее, чем кого бы то ни было ещё, но рано или поздно начинаешь понимать, что это не значит знать её.

    Её не так-то легко постичь. Её можно зримо представлять себе, отчетливее, чем кого бы то ни было ещё, но рано или поздно начинаешь понимать, что это не значит знать её.

    — Крылья голубки · книга
14. «

    Бывает легче читать между строк, чем строку за строкой.

    Бывает легче читать между строк, чем строку за строкой.
15. «

    Он жертва скептического века: веру в себя он утратил, а чем заменить её – не знает.

    Он жертва скептического века: веру в себя он утратил, а чем заменить её – не знает.

    — Ральф · книга
16. «

    Мы вольны поступать, как нам вздумается. На всем белом свете нет никого, кому мы обязаны отдавать отчет.

    Мы вольны поступать, как нам вздумается. На всем белом свете нет никого, кому мы обязаны отдавать отчет.

    — Гудвуд · книга
17. «

    По её мнению, аристократический образ жизни сочетал в себе высшую степень понимания с высшей степенью свободы, ибо в понимании и коренится чувство долга, а свобода одаряет радостью.

    По её мнению, аристократический образ жизни сочетал в себе высшую степень понимания с высшей степенью свободы, ибо в понимании и коренится чувство долга, а свобода одаряет радостью.

    — Женский портрет · книга
18. «

    Мы замечаем, что нам было хорошо, только когда становится плохо.

    Мы замечаем, что нам было хорошо, только когда становится плохо.

    — лорд Уорбертон · книга
19. «

    ... Как она намеревалась распорядиться собой? Вопрос необычный, потому что большинству женщин не имело смысла его задавать. Большинство женщин никак не распоряжалось собой, они просто неподвижно ждали, кто в более, кто в менее изящной позе, чтобы пришел какой-нибудь мужчина и устроил их судьбу.

    ... Как она намеревалась распорядиться собой? Вопрос необычный, потому что большинству женщин не имело смысла его задавать. Большинство женщин никак не распоряжалось собой, они просто неподвижно ждали, кто в более, кто в менее изящной позе, чтобы пришел какой-нибудь мужчина и устроил их судьбу.

    — Женский портрет · книга
20. «

    Развитый ум способен ловко поворачиваться, делать прыжки, напрягаться, способен даже ставить рекорды, воспитав себя для высоких свершений.

    Развитый ум способен ловко поворачиваться, делать прыжки, напрягаться, способен даже ставить рекорды, воспитав себя для высоких свершений.

    — Женский портрет · книга