239 цитат Генри Филдинга — читать онлайн

Ниже 239 цитат Генри Филдинга — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Замечено, что безутешное горе и бурная радость действуют на человека почти одинаково, и когда они обрушиваются на нас врасплох, то могут вызвать такое потрясение и замешательство, что мы лишаемся всех своих способностей.

   Замечено, что безутешное горе и бурная радость действуют на человека почти одинаково, и когда они обрушиваются на нас врасплох, то могут вызвать такое потрясение и замешательство, что мы лишаемся всех своих способностей.

   — История Тома Джонса, найдёныша · книга
2. «

   Мошенником, как и порохом, надо пользоваться осторожно: оба они равно подвержены взрыву и одинаково могут как уничтожить того, кто ими пользуется, так и послужить к исполнению его злого умысла против другого человека или животного.

   Мошенником, как и порохом, надо пользоваться осторожно: оба они равно подвержены взрыву и одинаково могут как уничтожить того, кто ими пользуется, так и послужить к исполнению его злого умысла против другого человека или животного.

   — Джонатан Уайльд · книга
3. «

   Наставительные книги пошли ему впрок и научили его не жаловаться на свое положение в этом мире, не сожалеть о своей участи и не завидовать доле ближних, стоящих выше его.

   Наставительные книги пошли ему впрок и научили его не жаловаться на свое положение в этом мире, не сожалеть о своей участи и не завидовать доле ближних, стоящих выше его.

   — История приключений Джозефа Эндруса и его друга Абраама Адамса · книга
4. «

   Торговля, как доказывает Аристотель, недостойна философа, а если ведется так, как сейчас, она противоестественна.

   Торговля, как доказывает Аристотель, недостойна философа, а если ведется так, как сейчас, она противоестественна.

   — Адамс · книга
5. «

   Чтобы путешественник стал приятным собеседником для умного человека, необходимо, чтобы он не только много повидал, но и посмотрел сквозь пальцы на многое из того, что видел.

   Чтобы путешественник стал приятным собеседником для умного человека, необходимо, чтобы он не только много повидал, но и посмотрел сквозь пальцы на многое из того, что видел.

   — Дневник путешествия в Лиссабон · книга
6. «

   Немногие думают о смерти до того, как попадут в ее пасть.

   Немногие думают о смерти до того, как попадут в ее пасть.

   — История Тома Джонса, найдёныша · книга
7. «

   Всякая страсть в чрезмерности своей становится преступной, и даже сама любовь, если мы ее не подчиняем долгу, порой заставляет нас пренебрегать им.

   Всякая страсть в чрезмерности своей становится преступной, и даже сама любовь, если мы ее не подчиняем долгу, порой заставляет нас пренебрегать им.

   — Адамс · книга
8. «

   Герой, хоть и любил целомудренную Летицию с необычайной нежностью, не принадлежал к той низменной плаксивой породе сметных, которые, как принято говорить, держатся за юбку женщины, — словом, к тем, кто отмечен клеймом постоянства — этого жалкого, мелкого, низкого порока, почему-то именуемого добродетелью.

   Герой, хоть и любил целомудренную Летицию с необычайной нежностью, не принадлежал к той низменной плаксивой породе сметных, которые, как принято говорить, держатся за юбку женщины, — словом, к тем, кто отмечен клеймом постоянства — этого жалкого, мелкого, низкого порока, почему-то именуемого добродетелью.

   — История жизни покойного Джонатана Уайлда Великого · книга
9. «

   Что касается познаний, то их можно приобрести не бывши в школе, равно как и бывши в ней — не научиться ничему.

   Что касается познаний, то их можно приобрести не бывши в школе, равно как и бывши в ней — не научиться ничему.

   — История Тома Джонса, найдёныша · книга
10. «

    Я убеждена, что, отказываясь — даже из благороднейших побуждений — от своих прав на женщину, однажды ею подтвержденных, мужчина этим отречением оскорбляет женщину.

    Я убеждена, что, отказываясь — даже из благороднейших побуждений — от своих прав на женщину, однажды ею подтвержденных, мужчина этим отречением оскорбляет женщину.

    — Анна Болейн · книга
11. «

    Он осужден быть ростовщиком и давать пассажирам деньги безвозмездно. Вы увидите, с какими муками он расстается с каждой гинеей. Никакой смертник так не молил о высылке в колонии, как он, выслушав приговор, домогался ада — при условии, что его деньги останутся при нем.

    Он осужден быть ростовщиком и давать пассажирам деньги безвозмездно. Вы увидите, с какими муками он расстается с каждой гинеей. Никакой смертник так не молил о высылке в колонии, как он, выслушав приговор, домогался ада — при условии, что его деньги останутся при нем.

    — Хозяин · книга
12. «

    Как драпировка не меняет портрета, так, сколько бы мода ни менялась в разные времена, сходство от этого не уменьшается.

    Как драпировка не меняет портрета, так, сколько бы мода ни менялась в разные времена, сходство от этого не уменьшается.

    — История приключений Джозефа Эндруса и его друга Абраама Адамса · книга
13. «

    По нашим наблюдениям, в разных обстоятельствах человек до неузнаваемости меняется: он может расщедриться, проигравшись в карты, а при выигрыше не оторвет от сердца ни гроша.

    По нашим наблюдениям, в разных обстоятельствах человек до неузнаваемости меняется: он может расщедриться, проигравшись в карты, а при выигрыше не оторвет от сердца ни гроша.

    — Юлиан · книга
14. «

    Эпос, как и драма, делится на трагедию и комедию. Гомер, отец эпической поэзии, дал нам образцы и того и другого.

    Эпос, как и драма, делится на трагедию и комедию. Гомер, отец эпической поэзии, дал нам образцы и того и другого.

    — История приключений Джозефа Эндруса и его друга Абраама Адамса · книга
15. «

    Доброта сердца и откровенный характер, хотя бы они давали большое душевное наслаждение и наполняли умы благородной гордостью, ни в коем случае — увы! — не ведут к преуспеянию в свете. Благоразумие и осмотрительность необходимы даже наилучшему из людей. Они являются как бы стражами добродетели, без которых она всегда в опасности. Недостаточно, чтобы намерения ваши и даже ваши поступки были сами по себе благородны, — нужно ещё позаботиться, чтобы они и казались такими. Как бы ни была прекрасна ваша внутренняя сущность, вы всегда должны сохранять приличную внешность. Необходимо постоянно следить за ней, иначе злоба и зависть постараются так вас очернить, что проницательность и доброта неспособны будут проникнуть сквозь толщу клеветы и разглядеть внутреннюю красоту.

    Доброта сердца и откровенный характер, хотя бы они давали большое душевное наслаждение и наполняли умы благородной гордостью, ни в коем случае — увы! — не ведут к преуспеянию в свете. Благоразумие и осмотрительность необходимы даже наилучшему из людей. Они являются как бы стражами добродетели, без которых она всегда в опасности. Недостаточно, чтобы намерения ваши и даже ваши поступки были сами по себе благородны, — нужно ещё позаботиться, чтобы они и казались такими. Как бы ни была прекрасна ваша внутренняя сущность, вы всегда должны сохранять приличную внешность. Необходимо постоянно следить за ней, иначе злоба и зависть постараются так вас очернить, что проницательность и доброта неспособны будут проникнуть сквозь толщу клеветы и разглядеть внутреннюю красоту.

    — История Тома Джонса, найдёныша · книга
16. «

    Милосердие нам, джентльменам, не к лицу: это чисто пасторское свойство, хотя я не стану утверждать, что и пасторы-то всегда обладают им.

    Милосердие нам, джентльменам, не к лицу: это чисто пасторское свойство, хотя я не стану утверждать, что и пасторы-то всегда обладают им.

    — Паунс · книга
17. «

    Что может побудить человека сесть и написать на листе бумаги перечень глупых, бессмысленных, неправдоподобных выдумок, это было бы очень трудно решить, если бы тут же не возникал ответ: Тщеславие. Тщеславная уверенность, что ты знаешь больше других, вот, не считая, пожалуй, голода, единственное, что заставляет нас писать.

    Что может побудить человека сесть и написать на листе бумаги перечень глупых, бессмысленных, неправдоподобных выдумок, это было бы очень трудно решить, если бы тут же не возникал ответ: Тщеславие. Тщеславная уверенность, что ты знаешь больше других, вот, не считая, пожалуй, голода, единственное, что заставляет нас писать.

    — Дневник путешествия в Лиссабон · книга
18. «

    Ставшему на пьедестал оставшиеся внизу кажутся бесконечно далекими, он видит один кишащий муравейник.

    Ставшему на пьедестал оставшиеся внизу кажутся бесконечно далекими, он видит один кишащий муравейник.

    — Анна Болейн · книга
19. «

    Человек способен сделать то, что он уже делал, и что если он поступил бесчестно однажды, то может поступить бесчестно и впредь.

    Человек способен сделать то, что он уже делал, и что если он поступил бесчестно однажды, то может поступить бесчестно и впредь.

    — История Тома Джонса, найдёныша · книга
20. «

    Каждому из нас суждено когда-нибудь умереть, так не все ли равно, как это случится.

    Каждому из нас суждено когда-нибудь умереть, так не все ли равно, как это случится.

    — История Тома Джонса, найдёныша · книга