58 цитат Гэри Рассела — читать онлайн

Подборка из 58 цитат Гэри Рассела: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Вы не предприняли ничего, чтобы спасти Тремаса. Выполнить свое обещание перед этой бедной сиротой? Конечно, нет. Вы, возможно, сделали бы это, но такая ситуация подходила больше — у вас был Мастер, который путешествовал, сея разрушения, чтобы на его фоне вы выглядели героем. Вы — эгоист, Доктор, и однажды вы проявите это в полной мере. — Он перешел к Тиган. — И эта бедная девочка. Жаждущая вернуться домой, к своей матери, думающей, что потеряла дочь. Вы должны были вернуть ее в Хитроу 28 февраля 1981 года, но всякий раз ошибались в расчетах. Вы нуждаетесь в этих людях вокруг себя — потому, что они разбиты, Доктор. — Лицо Игрушечника восстановилось, но его дикий взгляд наводил на размышления, что он все-таки не владел собой полностью. — Они — сироты, — продолжил Игрушечник. — Они эмоционально сломаны и нуждаются в защитнике. Окружая себя такими, как они, вы чувствуете себя лучше.

   — Вы не предприняли ничего, чтобы спасти Тремаса. Выполнить свое обещание перед этой бедной сиротой? Конечно, нет. Вы, возможно, сделали бы это, но такая ситуация подходила больше — у вас был Мастер, который путешествовал, сея разрушения, чтобы на его фоне вы выглядели героем. Вы — эгоист, Доктор, и однажды вы проявите это в полной мере. — Он перешел к Тиган. — И эта бедная девочка. Жаждущая вернуться домой, к своей матери, думающей, что потеряла дочь. Вы должны были вернуть ее в Хитроу 28 февраля 1981 года, но всякий раз ошибались в расчетах. Вы нуждаетесь в этих людях вокруг себя — потому, что они разбиты, Доктор. — Лицо Игрушечника восстановилось, но его дикий взгляд наводил на размышления, что он все-таки не владел собой полностью. — Они — сироты, — продолжил Игрушечник. — Они эмоционально сломаны и нуждаются в защитнике. Окружая себя такими, как они, вы чувствуете себя лучше.

   — Небесный игрушечник · книга
2. «

   — Что? — Замкнутый круг, Рори. Чтобы остановить Волшебство, нам нужно неповрежденное тело Уив. Все тела Уив повреждены Волшебством, и единственный способ восстановить их — применить Волшебство, что мы не можем сделать…

   — Что? — Замкнутый круг, Рори. Чтобы остановить Волшебство, нам нужно неповрежденное тело Уив. Все тела Уив повреждены Волшебством, и единственный способ восстановить их — применить Волшебство, что мы не можем сделать…

   — Рори Уильямс · книга
3. «

   — Агрессия, Доктор? Вы начинаете мне нравиться. Мне нравится это сражение между нами. Мы еще сыграем с Вами, Доктор. Когда Вы будете лучше подготовлены. Когда Вы будете Повелителем Времени, а не простым галлифрейским студентом. Ах, да, Доктор, все, что Раллон знает… знал… — теперь это часть меня. Я благодарю Вас за то, что помогли мне обрести форму, свою собственную форму. Множество лет я перемещался из тела в тело, существуя не дольше столетия. Но теперь, с помощью Раллона, я смогу играть и управлять целую вечность. Или, по крайней мере, пока не умрет эта Вселенная, и я не отправлюсь к следующей.

   — Агрессия, Доктор? Вы начинаете мне нравиться. Мне нравится это сражение между нами. Мы еще сыграем с Вами, Доктор. Когда Вы будете лучше подготовлены. Когда Вы будете Повелителем Времени, а не простым галлифрейским студентом. Ах, да, Доктор, все, что Раллон знает… знал… — теперь это часть меня. Я благодарю Вас за то, что помогли мне обрести форму, свою собственную форму. Множество лет я перемещался из тела в тело, существуя не дольше столетия. Но теперь, с помощью Раллона, я смогу играть и управлять целую вечность. Или, по крайней мере, пока не умрет эта Вселенная, и я не отправлюсь к следующей.

   — Небесный игрушечник · книга
4. «

   Она же мама, Донна. Это их работа — находить вину в каждом в своей семье. Это в пособии прописано.

   Она же мама, Донна. Это их работа — находить вину в каждом в своей семье. Это в пособии прописано.

   — Доктор · книга
5. «

   — Вы видите? Миллионы крошечных атомов. Каждый удивительной сложности и красоты. Индивидуально они — ничто, но, соединившись, создают нечто очень красивое. — Это — маргаритка, Доктор, — проворчал Магнус. — Это белое, желтое и зеленое. Трудно назвать это красивым. Доктор покачал головой. — Нет, это — ошибка, которую я сделал. Смотрите внимательней. Красота находится не в его внешности, а в том, что он представляет. Почему? Почему маргаритки существуют? Почему они выбрали такой способ существования? Почему не красные? Почему не три фута высотой или ярд шириной? — Потому, что это — часть Вселенной, — спокойно ответила Милленния. — Академия учит нас, что высшая математика ищет причины создания, исследуя и … — Разве ты не видишь, Милленния? — мягко прервал Доктор. — Жизнь намного сложнее, чем это место. Эта Академия. Эта планета. Я думал, что всё, что мы, Дека, можем — это мечтать. Что это — наша судьба, чтобы находиться здесь и сожалеть о том, что мы родились для того, чтобы мечтать. Но нет. Нет, я вижу теперь, что мы можем что-то изменить. Мы можем быть столь же важными в нашей Вселенной, как и каждая из этих молекул. Вот настоящая красота этого цветка. Так намного яснее, чем когда мы видим все сразу, идя через луга около холмов. — Или наступаем на маргаритки, когда идем по ним, чтобы возвратиться к пескам.

   — Вы видите? Миллионы крошечных атомов. Каждый удивительной сложности и красоты. Индивидуально они — ничто, но, соединившись, создают нечто очень красивое. — Это — маргаритка, Доктор, — проворчал Магнус. — Это белое, желтое и зеленое. Трудно назвать это красивым. Доктор покачал головой. — Нет, это — ошибка, которую я сделал. Смотрите внимательней. Красота находится не в его внешности, а в том, что он представляет. Почему? Почему маргаритки существуют? Почему они выбрали такой способ существования? Почему не красные? Почему не три фута высотой или ярд шириной? — Потому, что это — часть Вселенной, — спокойно ответила Милленния. — Академия учит нас, что высшая математика ищет причины создания, исследуя и … — Разве ты не видишь, Милленния? — мягко прервал Доктор. — Жизнь намного сложнее, чем это место. Эта Академия. Эта планета. Я думал, что всё, что мы, Дека, можем — это мечтать. Что это — наша судьба, чтобы находиться здесь и сожалеть о том, что мы родились для того, чтобы мечтать. Но нет. Нет, я вижу теперь, что мы можем что-то изменить. Мы можем быть столь же важными в нашей Вселенной, как и каждая из этих молекул. Вот настоящая красота этого цветка. Так намного яснее, чем когда мы видим все сразу, идя через луга около холмов. — Или наступаем на маргаритки, когда идем по ним, чтобы возвратиться к пескам.

   — Доктор · книга
6. «

   — Обещаю, — сказал он, про себя добавив. — Я напишу триста строчек: «Я не потеряю членов семьи Ноубл в Лондоне». — Они — это все, что у меня есть, — сказала она и вышла из комнаты. Доктор лизнул указательный палец и выставил его. Да, окружающая температура комнаты действительно упала на несколько градусов.

   — Обещаю, — сказал он, про себя добавив. — Я напишу триста строчек: «Я не потеряю членов семьи Ноубл в Лондоне». — Они — это все, что у меня есть, — сказала она и вышла из комнаты. Доктор лизнул указательный палец и выставил его. Да, окружающая температура комнаты действительно упала на несколько градусов.

   — Сильвия Ноубл · книга
7. «

   Что вообще было разумного в том, чтобы быть влюбленным? Что разумного в том, чтобы делать кому-то предложение только для того, чтобы быть раздавленным?

   Что вообще было разумного в том, чтобы быть влюбленным? Что разумного в том, чтобы делать кому-то предложение только для того, чтобы быть раздавленным?

   — Доктор Кто. Прекрасный хаос. · книга
8. «

   — Мифы о людях, завлечённых покинуть их дома на живой планете — вся эта магия и мистика. Но это всё просто химия и камни. — Верят и в более ужасные вещи. — Но они не настоящие. — Поэтому Венера и не ловушка, Чарли. Место мифов, легенд, и с заманчивой тайной, несомненно, но этих людей не притягивает ничего зловещего, только любопытство.

   — Мифы о людях, завлечённых покинуть их дома на живой планете — вся эта магия и мистика. Но это всё просто химия и камни. — Верят и в более ужасные вещи. — Но они не настоящие. — Поэтому Венера и не ловушка, Чарли. Место мифов, легенд, и с заманчивой тайной, несомненно, но этих людей не притягивает ничего зловещего, только любопытство.

   — Доктор · книга
9. «

   — Возвращайся скорей, Доктор, — пробормотал он. — Не только когда мы в тебе нуждаемся. Загляни как-нибудь на чашечку чая.

   — Возвращайся скорей, Доктор, — пробормотал он. — Не только когда мы в тебе нуждаемся. Загляни как-нибудь на чашечку чая.

   — Уилфред Мотт · книга
10. «

    — Хорошо, Игрушечник, я буду играть по Вашим правилам. Шахматы. Карты. Рамми. Во что бы Вы ни хотели — но верните все на свои места, или я не смогу помочь Вам! И мир распался вокруг него.

    — Хорошо, Игрушечник, я буду играть по Вашим правилам. Шахматы. Карты. Рамми. Во что бы Вы ни хотели — но верните все на свои места, или я не смогу помочь Вам! И мир распался вокруг него.

    — Доктор · книга
11. «

    — Что ж, я пропустил их. Но я поймал тебя. Я сообщу кардиналу Зассе о твоем опоздании, и она примет должные меры. — У меня есть более интересное предложение, — ответил Мортимус. — Если ты хочешь внести меня в список, то добавь в самый длинный. Знаешь, тот, с именами всех наставников и студентов, которые презирают тебя, Рансибл. Он, должно быть, постоянно пополняется.

    — Что ж, я пропустил их. Но я поймал тебя. Я сообщу кардиналу Зассе о твоем опоздании, и она примет должные меры. — У меня есть более интересное предложение, — ответил Мортимус. — Если ты хочешь внести меня в список, то добавь в самый длинный. Знаешь, тот, с именами всех наставников и студентов, которые презирают тебя, Рансибл. Он, должно быть, постоянно пополняется.

    — Разделённая верность · книга
12. «

    — Встаньте. Объясните классу философию Галлифрея. Доктор встал и, что неудивительно, стал запинаться, ведь он нуждался в данных. Точный и краткий ответ мог занять несколько дней. Он так и сказал. — Неверно. — Голос Делокс походил на скрип дерева, пораженного молнией. Она указала на Рансибла. — Вы. — Повиновение. Честь. Понимание. Верность. Уважение. Делокс махнула рукой. — Почти. Вы забыли сказать «традиция». Традиция так же важна, как и все прочие качества.

    — Встаньте. Объясните классу философию Галлифрея. Доктор встал и, что неудивительно, стал запинаться, ведь он нуждался в данных. Точный и краткий ответ мог занять несколько дней. Он так и сказал. — Неверно. — Голос Делокс походил на скрип дерева, пораженного молнией. Она указала на Рансибла. — Вы. — Повиновение. Честь. Понимание. Верность. Уважение. Делокс махнула рукой. — Почти. Вы забыли сказать «традиция». Традиция так же важна, как и все прочие качества.

    — Доктор · книга
13. «

    — Кабинет профессора Мелвилля этажом выше, пункт управления Антенной системой в задней части, через сады и налево. — Скучный кабинет или захватывающий телескоп? Доктор улыбнулся, выглядя слегка жутко в синем свете своей звуковой отвертки. — Ты пытаешься повлиять на мой выбор, Донна Ноубл? — Конечно, телескоп, нет, Доктор. Я бы, телескоп, и не подумала бы пытаться, телескоп, говорить тебе, что делать и куда идти.

    — Кабинет профессора Мелвилля этажом выше, пункт управления Антенной системой в задней части, через сады и налево. — Скучный кабинет или захватывающий телескоп? Доктор улыбнулся, выглядя слегка жутко в синем свете своей звуковой отвертки. — Ты пытаешься повлиять на мой выбор, Донна Ноубл? — Конечно, телескоп, нет, Доктор. Я бы, телескоп, и не подумала бы пытаться, телескоп, говорить тебе, что делать и куда идти.

    — Доктор · книга
14. «

    — Хозяин, если это существо так досаждает Вам, почему бы не позволить верному слуге убить его? — Человеку глупо бороться с тем, что он не может убить, Стефан. Запомни это. Это не плоть и кровь Доктора, мой друг. Именно его душа, его упрямый дух нужен мне. Нет смысла убивать его.

    — Хозяин, если это существо так досаждает Вам, почему бы не позволить верному слуге убить его? — Человеку глупо бороться с тем, что он не может убить, Стефан. Запомни это. Это не плоть и кровь Доктора, мой друг. Именно его душа, его упрямый дух нужен мне. Нет смысла убивать его.

    — Небесный игрушечник · книга
15. «

    Старая Донна ушла бы одна, тотчас же. Старая Донна начала бы спор со своей мамой, бросаясь словами вроде «отношение», «что бы ни…» и «эгоистичный». Новая Донна не бросалась. Потому что новая Донна, хотя и разочаровывающая, понимала, что Сильвия Ноубл сегодня, возможно, хотела и нуждалась в том, чтобы выплакаться.

    Старая Донна ушла бы одна, тотчас же. Старая Донна начала бы спор со своей мамой, бросаясь словами вроде «отношение», «что бы ни…» и «эгоистичный». Новая Донна не бросалась. Потому что новая Донна, хотя и разочаровывающая, понимала, что Сильвия Ноубл сегодня, возможно, хотела и нуждалась в том, чтобы выплакаться.

    — Донна Ноубл · книга
16. «

    Эми пожала плечами. — Освещение в Мэнсе не очень хорошее. Возможно, рисунок запечатлелся в её голове и все, что она видела, всего лишь игра воображения. — Ну, это ты так говоришь. Тебе ведь нужна Энола, чтобы получить доступ к кораблю. — Что? — удивилась девушка. — Ну, ты же не настоящая Эми Понд, верно? Давай будем откровенны. — В каком смысле она не Эми? — потребовал ответа Рори. — Черт возьми, Рори, твой брак не будет успешным, если ты даже не можешь сказать, которая Эми Эми, — он посмотрел на девушку.

    Эми пожала плечами. — Освещение в Мэнсе не очень хорошее. Возможно, рисунок запечатлелся в её голове и все, что она видела, всего лишь игра воображения. — Ну, это ты так говоришь. Тебе ведь нужна Энола, чтобы получить доступ к кораблю. — Что? — удивилась девушка. — Ну, ты же не настоящая Эми Понд, верно? Давай будем откровенны. — В каком смысле она не Эми? — потребовал ответа Рори. — Черт возьми, Рори, твой брак не будет успешным, если ты даже не можешь сказать, которая Эми Эми, — он посмотрел на девушку.

    — Рори Уильямс · книга
17. «

    И оба мужчины вдруг поежились. Как будто кто-то ходил по их могилам. По могиле целой планеты. — Прекрасный хаос, — тихо сказал Доктор.

    И оба мужчины вдруг поежились. Как будто кто-то ходил по их могилам. По могиле целой планеты. — Прекрасный хаос, — тихо сказал Доктор.

    — Уилфред Мотт · книга
18. «

    Адрик знал, что часто обманывался в отношении других людей. По крайней мере, он знал, что другие так думали о нем. Но — нет, у него всегда был план. Он всегда симулировал соглашение, будучи готов в последнюю минуту вернуться к Доктору.

    Адрик знал, что часто обманывался в отношении других людей. По крайней мере, он знал, что другие так думали о нем. Но — нет, у него всегда был план. Он всегда симулировал соглашение, будучи готов в последнюю минуту вернуться к Доктору.

    — Адрик · книга
19. «

    — Это — ловушка, командир, и я думаю, что нам стоит уйти отсюда как можно быстрее. — Ловушка? — Дитер нахмурилась. — Для кого? — Для меня, — ответил Доктор. — И я почти попал в нее. — Поправка, Доктор, — сказала Таунсенд. — Вы попали в нее.

    — Это — ловушка, командир, и я думаю, что нам стоит уйти отсюда как можно быстрее. — Ловушка? — Дитер нахмурилась. — Для кого? — Для меня, — ответил Доктор. — И я почти попал в нее. — Поправка, Доктор, — сказала Таунсенд. — Вы попали в нее.

    — Доктор · книга
20. «

    — Молодой человек, скажите на милость, что творится на Земле! Доктор опешил. — Что? Нет! Приходите в ужас, женщина! Испытайте шок! Поразитесь! Испугайтесь! Что угодно! Почему вы не боитесь? — Чего? — Черт возьми, ох уж эта британская невозмутимость!

    — Молодой человек, скажите на милость, что творится на Земле! Доктор опешил. — Что? Нет! Приходите в ужас, женщина! Испытайте шок! Поразитесь! Испугайтесь! Что угодно! Почему вы не боитесь? — Чего? — Черт возьми, ох уж эта британская невозмутимость!

    — Доктор · книга