Гюстав Флобер: 152 высказываний о главном

Подборка из 152 цитаты Гюстава Флобера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Для детей не существует будущего. Как их ни пичкали положением: «Трудиться почетно, и богачи бывают иногда несчастны», — они знавали тружеников, никакого почета не снискавших, и вспоминали замок, где люди жили как будто хорошо.

   Для детей не существует будущего. Как их ни пичкали положением: «Трудиться почетно, и богачи бывают иногда несчастны», — они знавали тружеников, никакого почета не снискавших, и вспоминали замок, где люди жили как будто хорошо.

   — Бувар и Пекюше · книга
2. «

   Я встречал немного людей с более восхитительной манерой вести беседу (я говорю о Тургеневе).

   Я встречал немного людей с более восхитительной манерой вести беседу (я говорю о Тургеневе).

   — Письма · книга
3. «

   Не трогайте кумиров руками. Позолота остаётся на пальцах.

   Не трогайте кумиров руками. Позолота остаётся на пальцах.
4. «

   Сговариваться друг с другом нужно лгунам, люди праведные об этом не думают! Смущаясь душою, будем искать прибежище в Церкви. Она всегда непогрешима.

   Сговариваться друг с другом нужно лгунам, люди праведные об этом не думают! Смущаясь душою, будем искать прибежище в Церкви. Она всегда непогрешима.

   — Жефруа · книга
5. «

   Без идеи не может быть ничего великого! Без великого не может быть ничего прекрасного.

   Без идеи не может быть ничего великого! Без великого не может быть ничего прекрасного.
6. «

   Ей хотелось умереть и в то же время хотелось жить в Париже.

   Ей хотелось умереть и в то же время хотелось жить в Париже.

   — Госпожа Бовари · книга
7. «

   Всякая душа измеряется огромностью своего стремления.

   Всякая душа измеряется огромностью своего стремления.
8. «

   Дитя! ты думаешь, что будешь любить меня всегда; всегда! как высокомерно звучит это слово в устах человека! Ведь ты любила уже и раньше, не правда ли, — как и я; вспомни, — и тогда ты говорила, — навеки. Я поступаю жестоко, я огорчаю тебя... Но предпочитаю омрачить твое счастье теперь, чем сознательно преувеличивать его, как делают все, чтобы потом утрата счастья заставляла еще больше страдать... Кто знает? Может быть, ты мне будешь благодарна потом за то, что у меня хватило мужества не быть чересчур нежным.

   Дитя! ты думаешь, что будешь любить меня всегда; всегда! как высокомерно звучит это слово в устах человека! Ведь ты любила уже и раньше, не правда ли, — как и я; вспомни, — и тогда ты говорила, — навеки. Я поступаю жестоко, я огорчаю тебя... Но предпочитаю омрачить твое счастье теперь, чем сознательно преувеличивать его, как делают все, чтобы потом утрата счастья заставляла еще больше страдать... Кто знает? Может быть, ты мне будешь благодарна потом за то, что у меня хватило мужества не быть чересчур нежным.
9. «

   Вам случалось находить в книге вашу собственную мысль, но только прежде не додуманную вами, какой-нибудь неясный образ, теперь как бы обращающийся к вам издалека и удивительно полно выражающий тончайшие ваши ощущения?

   Вам случалось находить в книге вашу собственную мысль, но только прежде не додуманную вами, какой-нибудь неясный образ, теперь как бы обращающийся к вам издалека и удивительно полно выражающий тончайшие ваши ощущения?

   — Госпожа Бовари · книга
10. «

    Действие для некоторых людей тем неосуществимее, чем сильнее желание. Недоверие к самим себе гнетет их, боязнь не понравиться их пугает.

    Действие для некоторых людей тем неосуществимее, чем сильнее желание. Недоверие к самим себе гнетет их, боязнь не понравиться их пугает.

    — Воспитание чувств · книга
11. «

    А как вы думаете (ведь вы большой психолог), можно ли одинаково любить двух людей? Можно ли дважды испытать одно и то же чувство? Я думаю, что нет, ибо наша индивидуальность меняется каждую минуту своего существования.

    А как вы думаете (ведь вы большой психолог), можно ли одинаково любить двух людей? Можно ли дважды испытать одно и то же чувство? Я думаю, что нет, ибо наша индивидуальность меняется каждую минуту своего существования.

    — Письма · книга
12. «

    Нравственный смысл искусства для каждого заключается в потакании его интересам.

    Нравственный смысл искусства для каждого заключается в потакании его интересам.

    — Пекюше · книга
13. «

    Существует, однако способ находить сюжеты. Берешь наудачу какое-нибудь заглавие, а из него вытекает фабула; разрабатываешь пословицу, соединяешь несколько происшествий в одно.

    Существует, однако способ находить сюжеты. Берешь наудачу какое-нибудь заглавие, а из него вытекает фабула; разрабатываешь пословицу, соединяешь несколько происшествий в одно.

    — Бувар · книга
14. «

    Пресса опасна только благодаря преувеличенному значению, какое ей предают.

    Пресса опасна только благодаря преувеличенному значению, какое ей предают.

    — Письма · книга
15. «

    Буржуа свирепы, а рабочие завистливы, священники угодливы, а народ, в конце концов, принимает всех тиранов, лишь бы ему дали уткнуться мордой в кормушку.

    Буржуа свирепы, а рабочие завистливы, священники угодливы, а народ, в конце концов, принимает всех тиранов, лишь бы ему дали уткнуться мордой в кормушку.

    — Пекюше · книга
16. «

    Чтобы поднять дух больного, надо смеяться над его недугом и отрицать его страдания.

    Чтобы поднять дух больного, надо смеяться над его недугом и отрицать его страдания.

    — Лексикон прописных истин · книга
17. «

    Будем верить, не понимая.

    Будем верить, не понимая.

    — кюре · книга
18. «

    С тех пор, как мы признались, что любим друг друга, ты постоянно спрашиваешь себя, — почему я не решаюсь прибавить «навеки». Почему? Потому что я угадываю будущее и потому что вообще склонен к антитезам. Всегда, когда я вижу ребенка, то думаю о том, что он состарится; когда я вижу колыбель, то вспоминаю о могиле. Когда я смотрю на женщину, мне представляется ее старческие мощи. Радостные картины наводят на меня грусть, а грустные мало меня трогают... Я слишком много страдаю в глубине души, чтобы еще проливать слезы; прочитанное волнует меня сильнее, чем действительные страдания.

    С тех пор, как мы признались, что любим друг друга, ты постоянно спрашиваешь себя, — почему я не решаюсь прибавить «навеки». Почему? Потому что я угадываю будущее и потому что вообще склонен к антитезам. Всегда, когда я вижу ребенка, то думаю о том, что он состарится; когда я вижу колыбель, то вспоминаю о могиле. Когда я смотрю на женщину, мне представляется ее старческие мощи. Радостные картины наводят на меня грусть, а грустные мало меня трогают... Я слишком много страдаю в глубине души, чтобы еще проливать слезы; прочитанное волнует меня сильнее, чем действительные страдания.
19. «

    Так мало людей, которые любят то, что люблю я, которых волнует то, что волнует мня!

    Так мало людей, которые любят то, что люблю я, которых волнует то, что волнует мня!

    — Письма · книга
20. «

    Весь мир замыкался для него в пределы шелковистого обхвата её платьев.

    Весь мир замыкался для него в пределы шелковистого обхвата её платьев.

    — Госпожа Бовари · книга