644 цитаты Игоря Ивановича Гарина для тех, кто любит думать

Игорь Иванович Гарин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 644 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Ничего не может иметь более важного значения для обоснования твердой системы здравого и истинного знания как объяснение в начале исследования того, что понимается под словами: вещь, реальность, существование; потому что тщетно станем мы спорить о реальном существовании вещей или притязать на какое-либоо их познание, пока не установим прочно мысла этих слов.

   Ничего не может иметь более важного значения для обоснования твердой системы здравого и истинного знания как объяснение в начале исследования того, что понимается под словами: вещь, реальность, существование; потому что тщетно станем мы спорить о реальном существовании вещей или притязать на какое-либоо их познание, пока не установим прочно мысла этих слов.

   — Пророки и поэты · книга
2. «

   Большая правильность и благоустройство в многогранном гармоническом целом приводит в изумление, и даже обыкновенный разум никогда не бывает в состоянии признать их существование без допущения некоторого разумного виновника мира.

   Большая правильность и благоустройство в многогранном гармоническом целом приводит в изумление, и даже обыкновенный разум никогда не бывает в состоянии признать их существование без допущения некоторого разумного виновника мира.

   — Иммануил Кант · книга
3. «

   Дитя человеческое — это божественное создание, пока оно еще не погрязло в скверне людского хамелеонства.

   Дитя человеческое — это божественное создание, пока оно еще не погрязло в скверне людского хамелеонства.

   — Гёльдерлин · книга
4. «

   Не будем же примитивизировать Бога по образу и подобию своему! Ибо — и это осознано даже простыми религиями — Бог не просто высок, недоступен или несоизмерим с миром, а потусторонен: сознание, интеллект, интуиция — слишком слабые инструменты, чтобы перевалить через ту грань, где законы мироздания перестают быть вершителями порядка и становятся лишь слабыми отблесками божественного мира.

   Не будем же примитивизировать Бога по образу и подобию своему! Ибо — и это осознано даже простыми религиями — Бог не просто высок, недоступен или несоизмерим с миром, а потусторонен: сознание, интеллект, интуиция — слишком слабые инструменты, чтобы перевалить через ту грань, где законы мироздания перестают быть вершителями порядка и становятся лишь слабыми отблесками божественного мира.

   — Пророки и поэты · книга
5. «

   Самое ценное в мыслителе не однозначность, а множественность интерпретаций. И если все вычитывают одно — это не мудрец, а бабочка-однодневка.

   Самое ценное в мыслителе не однозначность, а множественность интерпретаций. И если все вычитывают одно — это не мудрец, а бабочка-однодневка.

   — Ницше · книга
6. «

   О будущем ничего нельзя сказать, потому что невозможно предвидеть его волю, его идеи, его великих людей.

   О будущем ничего нельзя сказать, потому что невозможно предвидеть его волю, его идеи, его великих людей.

   — Фридрих Ницше · книга
7. «

   Истоки сверхчеловека: презрение к каторжникам наживы, к духу торгашества, вызов бюрократии, казарме, ранжиру.

   Истоки сверхчеловека: презрение к каторжникам наживы, к духу торгашества, вызов бюрократии, казарме, ранжиру.

   — Ницше · книга
8. «

   Гуманистическое государство есть государство разлагающееся.

   Гуманистическое государство есть государство разлагающееся.

   — К. Н. Леонтьев · книга
9. «

   Поэт волен петь всё. Ибо, когда появляются табу, исчезает поэзия. Сегодня поэты поют государственные теории так же точно, как раньше в их прешественниках пели соловьи и благоухали розы.

   Поэт волен петь всё. Ибо, когда появляются табу, исчезает поэзия. Сегодня поэты поют государственные теории так же точно, как раньше в их прешественниках пели соловьи и благоухали розы.

   — Пророки и поэты · книга
10. «

    Философии благих намерений, которыми, как известно, устлана дорога в ад, Ницше противопоставил философию трагедии, правды жизни, принятия жизни такой, какова она есть.

    Философии благих намерений, которыми, как известно, устлана дорога в ад, Ницше противопоставил философию трагедии, правды жизни, принятия жизни такой, какова она есть.

    — Ницше · книга
11. «

    Кто согрешит против одной заповеди, грешит против всех.

    Кто согрешит против одной заповеди, грешит против всех.

    — Иаков · книга
12. «

    Шеллинг — поэт науки, скажет затем Герцен, но это не вполне точно: Шеллинг не воспел науку, а впервые открыл ее поэтическую суть. Ибо наука — тоже откровение, субъективность, личностность, вдохновенность, заинтересованность, заражение, борьба идей.

    Шеллинг — поэт науки, скажет затем Герцен, но это не вполне точно: Шеллинг не воспел науку, а впервые открыл ее поэтическую суть. Ибо наука — тоже откровение, субъективность, личностность, вдохновенность, заинтересованность, заражение, борьба идей.

    — Пророки и поэты · книга
13. «

    Восторгаясь мощью Шекспира, нередко уподобляемого Бетховену, Ницше видел в нем правдивого хрониста самой жизни со всеми ее страстями, терзаниями, корчами, нарушениями справедливости, душевной раздвоенностью и смутой.

    Восторгаясь мощью Шекспира, нередко уподобляемого Бетховену, Ницше видел в нем правдивого хрониста самой жизни со всеми ее страстями, терзаниями, корчами, нарушениями справедливости, душевной раздвоенностью и смутой.

    — Ницше · книга
14. «

    Скромность — удел ничтожества, а гению незачем унижать себя самобичеванием. Подавляя в людях честолюбие, общество ведет их и себя к гибели.

    Скромность — удел ничтожества, а гению незачем унижать себя самобичеванием. Подавляя в людях честолюбие, общество ведет их и себя к гибели.

    — И. В. Гёте · книга
15. «

    Глупости свойственно увлекать в одну сторону тело, в другую душу и отрывать их друг от друга, направляя в противоположные стороны.

    Глупости свойственно увлекать в одну сторону тело, в другую душу и отрывать их друг от друга, направляя в противоположные стороны.

    — Пророки и поэты · книга
16. «

    Отношение Ницше к человеку — средневековое, шекспировское: венец творения и пригоршня праха.

    Отношение Ницше к человеку — средневековое, шекспировское: венец творения и пригоршня праха.

    — Ницше · книга
17. «

    Не наш внешний опыт, а наша внутренняя глубина дает нам представление о мире. Мир-из-себя — вот основа нашего знания и, естетвенно, нашей веры.

    Не наш внешний опыт, а наша внутренняя глубина дает нам представление о мире. Мир-из-себя — вот основа нашего знания и, естетвенно, нашей веры.

    — Франк · книга
18. «

    Нынешняя культура — модернистская культура прозрения, боли, абсурда — обязана своим появлением гениям страданий. Не знаю, что будет завтра, но сегодня — лишь они истинны, искренни, абсолютно честны.

    Нынешняя культура — модернистская культура прозрения, боли, абсурда — обязана своим появлением гениям страданий. Не знаю, что будет завтра, но сегодня — лишь они истинны, искренни, абсолютно честны.

    — Пророки и поэты · книга
19. «

    Шеллинг полагал, что должно существовать какое-то общее основание бесконечного влечения ко злу, и объяснял его существованием некой злой первосущности, отпавшей от бога.

    Шеллинг полагал, что должно существовать какое-то общее основание бесконечного влечения ко злу, и объяснял его существованием некой злой первосущности, отпавшей от бога.

    — Пророки и поэты · книга
20. «

    Дай сердцу верить в ложь, дай опьяниться снами, в тени ресниц твоих позволь дремать часами, как в грезах, утопать в зрачках любимых глаз.

    Дай сердцу верить в ложь, дай опьяниться снами, в тени ресниц твоих позволь дремать часами, как в грезах, утопать в зрачках любимых глаз.

    — Бодлер · книга