226 сильных цитат Ивана Сергеевича Тургенева

Иван Сергеевич Тургенев — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 226 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Старая шутка смерть, а каждому внове.

   Старая шутка смерть, а каждому внове.

   — Евгений Базаров · книга
2. «

   Воспоминаний много, а вспомнить нечего, и впереди передо мной — длинная, длинная дорога, а цели нет... Мне и не хочется идти.

   Воспоминаний много, а вспомнить нечего, и впереди передо мной — длинная, длинная дорога, а цели нет... Мне и не хочется идти.

   — Анна Сергеевна Одинцова · книга
3. «

   Я не в состоянии передать чувство, с которым я удалился. Я бы не желал, чтобы оно когда-нибудь повторилось; но я почел бы себя несчастливым, если бы я никогда его не испытал.

   Я не в состоянии передать чувство, с которым я удалился. Я бы не желал, чтобы оно когда-нибудь повторилось; но я почел бы себя несчастливым, если бы я никогда его не испытал.

   — Владимир · книга
4. «

   Стоит только повторять ей десять дней сряду, что у ней в устах рай, а в очах блаженство и что остальные женщины перед ней простые тряпки, и на одиннадцатый день она сама скажет, что у ней в устах рай и в очах блаженство, и полюбит вас.

   Стоит только повторять ей десять дней сряду, что у ней в устах рай, а в очах блаженство и что остальные женщины перед ней простые тряпки, и на одиннадцатый день она сама скажет, что у ней в устах рай и в очах блаженство, и полюбит вас.

   — Рудин · книга
5. «

   У нас у всех есть один якорь, с которого, если сам не захочешь, никогда не сорвёшься: чувство долга.

   У нас у всех есть один якорь, с которого, если сам не захочешь, никогда не сорвёшься: чувство долга.

   — Софья Николаевна · книга
6. «

   Жизнь ей улыбалась; но бывают улыбки хуже слёз.

   Жизнь ей улыбалась; но бывают улыбки хуже слёз.
7. «

   – Вы честолюбивы, – заметил я, – вы хотите прожить не даром, след за собой оставить… – А разве это невозможно? «Невозможно», – чуть было не повторил я… Но я взглянул в ее светлые глаза и только промолвил: – Попытайтесь.

   – Вы честолюбивы, – заметил я, – вы хотите прожить не даром, след за собой оставить… – А разве это невозможно? «Невозможно», – чуть было не повторил я… Но я взглянул в ее светлые глаза и только промолвил: – Попытайтесь.

   — Ася · книга
8. «

   Она мать — ну и права.

   Она мать — ну и права.

   — Евгений Базаров · книга
9. «

   — Происходит! — повторил Базаров, — точно я государство какое или общество! Во всяком случае, это вовсе не любопытно; и притом разве человек всегда может громко сказать все, что в нем «происходит»?

   — Происходит! — повторил Базаров, — точно я государство какое или общество! Во всяком случае, это вовсе не любопытно; и притом разве человек всегда может громко сказать все, что в нем «происходит»?

   — Евгений Базаров · книга
10. «

    Коли может женщина получасовую беседу поддержать, это уж знак хороший.

    Коли может женщина получасовую беседу поддержать, это уж знак хороший.

    — Евгений Базаров · книга
11. «

    Она была молода, красива; высший свет её знал; об ней осведомлялись даже сановники. Дамы ей завидовали, мужчины за ней волочились... два-три человека тайно и глубоко любили её. Жизнь ей улыбалась; но бывают улыбки хуже слёз. Нежное кроткое сердце... и такая сила, такая жажда жертвы! Помогать нуждающимся в помощи... она не ведала другого счастия... не ведала — и не изведала. Всякое другое счастье прошло мимо. Но она с этим давно помирилась — и вся, пылая огнем неугасимой веры, отдалась на служение ближним. Какие заветные клады схоронила она там, в глубине души, в самом её тайнике, никто не знал никогда — а теперь, конечно, не узнает. Да и к чему? Жертва принесена... дело сделано. Но горестно думать, что никто не сказал спасибо даже её трупу — хоть она сама и стыдилась и чуждалась всякого спасибо. Пусть же не оскорбится её милая тень этим поздним цветком, который я осмеливаюсь возложить на её могилу!

    Она была молода, красива; высший свет её знал; об ней осведомлялись даже сановники. Дамы ей завидовали, мужчины за ней волочились... два-три человека тайно и глубоко любили её. Жизнь ей улыбалась; но бывают улыбки хуже слёз. Нежное кроткое сердце... и такая сила, такая жажда жертвы! Помогать нуждающимся в помощи... она не ведала другого счастия... не ведала — и не изведала. Всякое другое счастье прошло мимо. Но она с этим давно помирилась — и вся, пылая огнем неугасимой веры, отдалась на служение ближним. Какие заветные клады схоронила она там, в глубине души, в самом её тайнике, никто не знал никогда — а теперь, конечно, не узнает. Да и к чему? Жертва принесена... дело сделано. Но горестно думать, что никто не сказал спасибо даже её трупу — хоть она сама и стыдилась и чуждалась всякого спасибо. Пусть же не оскорбится её милая тень этим поздним цветком, который я осмеливаюсь возложить на её могилу!
12. «

    Главное дело: жить нормально и не поддаваться увлечениям. А то что пользы? Куда бы волна ни понесла — все худо; человек хоть на камне стой, да на своих ногах.

    Главное дело: жить нормально и не поддаваться увлечениям. А то что пользы? Куда бы волна ни понесла — все худо; человек хоть на камне стой, да на своих ногах.

    — Лушин · книга
13. «

    Федор Иваныч, вот вы теперь идете возле меня… А уж вы так далеко, далеко от меня.

    Федор Иваныч, вот вы теперь идете возле меня… А уж вы так далеко, далеко от меня.

    — Лиза Калитина · книга
14. «

    Без сосредоточенности можно сильно чувствовать, понимать, но творить – трудно. Дерево сосредоточивается в течение целой зимы, чтобы весной покрыться листьями и цветами.

    Без сосредоточенности можно сильно чувствовать, понимать, но творить – трудно. Дерево сосредоточивается в течение целой зимы, чтобы весной покрыться листьями и цветами.
15. «

    Я ничьих мнений не разделяю; я имею свои.

    Я ничьих мнений не разделяю; я имею свои.

    — Евгений Базаров · книга
16. «

    Всякая молитва сводится на следующее: «Великий Боже, сделай, чтобы дважды два — не было четыре».

    Всякая молитва сводится на следующее: «Великий Боже, сделай, чтобы дважды два — не было четыре».
17. «

    Люди, избалованные в детстве, сохраняют особый отпечаток до конца жизни.

    Люди, избалованные в детстве, сохраняют особый отпечаток до конца жизни.
18. «

    Предавший один раз, предаст и второй.

    Предавший один раз, предаст и второй.
19. «

    Кусок мяса лучше куска хлеба даже с химической точки зрения.

    Кусок мяса лучше куска хлеба даже с химической точки зрения.

    — Евгений Базаров · книга
20. «

    Утро туманное, утро седое, Нивы печальные, снегом покрытые, Нехотя вспомнишь и время былое, Вспомнишь и лица, давно позабытые.

    Утро туманное, утро седое, Нивы печальные, снегом покрытые, Нехотя вспомнишь и время былое, Вспомнишь и лица, давно позабытые.