Что говорил Карен Шахназаров: 65 цитат

Ниже 65 цитат Карена Шахназарова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Я считаю, что Трамп — это начало американской перестройки. Он — аналог Ельцина. Это, конечно, нельзя впрямую... — Ельцина и Горбачёва вместе, в одном флаконе. [реплика Дмитрия Куликова] — Ну, скажем так, хотя по характеру он больше похож на Бориса Николаевича, но, в принципе, он ту же миссию выполняет в отношении американской империи, он, вообще, её разрушает. <...> В данном случае, я думаю, это просто нормальный исторический процесс. <...> Непременно западный мир должен пойти по этому пути, потому что он остался один, соперника не осталось! <...> Теперь возник Китай. Для Америки Китай — конкурент, соперник, но для Западной Европы он не конкурент. Почему они должны в этом смысле быть едины? Вот он начинает естественным образом разрушаться. Это процесс, на мой взгляд, необратим. <...> Разрушение американской империи — это, в принципе, процесс правильный для всего мира, и в том числе для Америки, поскольку это даёт шанс миру перейти от этой бесконечной конфронтации к созданию более правильного общежития на этой планете.

   — Я считаю, что Трамп — это начало американской перестройки. Он — аналог Ельцина. Это, конечно, нельзя впрямую... — Ельцина и Горбачёва вместе, в одном флаконе. [реплика Дмитрия Куликова] — Ну, скажем так, хотя по характеру он больше похож на Бориса Николаевича, но, в принципе, он ту же миссию выполняет в отношении американской империи, он, вообще, её разрушает. <...> В данном случае, я думаю, это просто нормальный исторический процесс. <...> Непременно западный мир должен пойти по этому пути, потому что он остался один, соперника не осталось! <...> Теперь возник Китай. Для Америки Китай — конкурент, соперник, но для Западной Европы он не конкурент. Почему они должны в этом смысле быть едины? Вот он начинает естественным образом разрушаться. Это процесс, на мой взгляд, необратим. <...> Разрушение американской империи — это, в принципе, процесс правильный для всего мира, и в том числе для Америки, поскольку это даёт шанс миру перейти от этой бесконечной конфронтации к созданию более правильного общежития на этой планете.

   — Дмитрий Куликов
2. «

   По поводу России и наших проблем. При всей необходимости бдительности, к ино-агентам, диссидентам, когда мы говорим о внутренних проблемах, которые могут сломать Россию, это не диссиденты. Я прожил бОльшую часть жизни в Советском Союзе... Не диссиденты его уничтожили. И не Солженицын, и не Сахаров. Это был глубинный кризис всей системы. И кризис элит, тех, которые управляли. Здесь опасность.

   По поводу России и наших проблем. При всей необходимости бдительности, к ино-агентам, диссидентам, когда мы говорим о внутренних проблемах, которые могут сломать Россию, это не диссиденты. Я прожил бОльшую часть жизни в Советском Союзе... Не диссиденты его уничтожили. И не Солженицын, и не Сахаров. Это был глубинный кризис всей системы. И кризис элит, тех, которые управляли. Здесь опасность.
3. «

   Империи падают не по причине экономики или политики, а как организм. У тебя может быть много денег и десять автоматов в комнате, но что-то внутри одряхлело и всё, конец.

   Империи падают не по причине экономики или политики, а как организм. У тебя может быть много денег и десять автоматов в комнате, но что-то внутри одряхлело и всё, конец.
4. «

   Корабль нарушил территориальные воды, чтобы подтвердить свои ценности. Вопрос ценностей. Продвижение Западом своих ценностей. Я вспоминаю старую историю. Если в ней покопаться, можно обнаружить интересные сюжеты. Одним из таких сюжетов было завоевание испанцами Перу. Давняя история, но очень показательная. Я напомню. Франсиско Писарро захватил верховного инку, царя перуанцев. Предложил наполнить комнату, в которой они находились, золотом на высоту его руки. ее наполнили золотом. И после этого Писарро приговорил инку к сожжению, поскольку тот был еретиком и не был христианином. Инка согласился принять христианство. И был крещен в католической религии. Надо сказать, испанцы проявили большое милосердие. Отменили сожжение. Инка был умерщвлен с помощью гарроты. Известная испанская старинная казнь, когда человека лишают жизни удушением. В своем роде это было продвижением ценностей. Мне, конечно, возразят, что это — мракобесие, старинная история. Ничего в жизни старинного не бывает. Человеческое время настолько сжато, что для нас то, что происходит в истории, имеет аналогии в нашем сегодняшнем дне. И поэтому те, кто подвергает сомнению решимость бороться за свои ценности любым путем, очень наивные люди.

   Корабль нарушил территориальные воды, чтобы подтвердить свои ценности. Вопрос ценностей. Продвижение Западом своих ценностей. Я вспоминаю старую историю. Если в ней покопаться, можно обнаружить интересные сюжеты. Одним из таких сюжетов было завоевание испанцами Перу. Давняя история, но очень показательная. Я напомню. Франсиско Писарро захватил верховного инку, царя перуанцев. Предложил наполнить комнату, в которой они находились, золотом на высоту его руки. ее наполнили золотом. И после этого Писарро приговорил инку к сожжению, поскольку тот был еретиком и не был христианином. Инка согласился принять христианство. И был крещен в католической религии. Надо сказать, испанцы проявили большое милосердие. Отменили сожжение. Инка был умерщвлен с помощью гарроты. Известная испанская старинная казнь, когда человека лишают жизни удушением. В своем роде это было продвижением ценностей. Мне, конечно, возразят, что это — мракобесие, старинная история. Ничего в жизни старинного не бывает. Человеческое время настолько сжато, что для нас то, что происходит в истории, имеет аналогии в нашем сегодняшнем дне. И поэтому те, кто подвергает сомнению решимость бороться за свои ценности любым путем, очень наивные люди.
5. «

   Когда ты знаешь исторические события такого масштаба, как падение империи, революции, они разворачиваются примерно по одному и тому же сценарию.

   Когда ты знаешь исторические события такого масштаба, как падение империи, революции, они разворачиваются примерно по одному и тому же сценарию.
6. «

   По поводу странности мира. Тот, кто любит читать историю, видит, что странности никакой нет. Мир всегда такой. Такой есть, и, видимо, таким будет. К сожалению или к счастью, но это так.

   По поводу странности мира. Тот, кто любит читать историю, видит, что странности никакой нет. Мир всегда такой. Такой есть, и, видимо, таким будет. К сожалению или к счастью, но это так.
7. «

   Россия каким-то образом постоянно воспроизводится как империя. Причем, я думаю, это происходит помимо воли лидеров. Это примерно то же самое бывает в кино. Ты снимаешь фильм, и ты вдруг чувствуешь, что не ты снимаешь фильм, а у него как бы свои законы, и если ты начинаешь нарушать эти законы, то все рухнет. И ты должен следовать этой логике, которая помимо тебя вдруг возникает. И выдающиеся политические лидеры — это прежде всего люди, которые наделены сверх-интуицией, которая помогает им идти вместе с историей, а не против истории.

   Россия каким-то образом постоянно воспроизводится как империя. Причем, я думаю, это происходит помимо воли лидеров. Это примерно то же самое бывает в кино. Ты снимаешь фильм, и ты вдруг чувствуешь, что не ты снимаешь фильм, а у него как бы свои законы, и если ты начинаешь нарушать эти законы, то все рухнет. И ты должен следовать этой логике, которая помимо тебя вдруг возникает. И выдающиеся политические лидеры — это прежде всего люди, которые наделены сверх-интуицией, которая помогает им идти вместе с историей, а не против истории.
8. «

   Происходит установление диктатуры. Мы говорим элита-элита. Это — буржуазия. Крупная американская буржуазия. Как называл Маркс и Ленин. Которая контролирует страну, и почувствовала, что если изменить систему, это будет угрожать ее существованию. Она пытается, и это не впервые в истории, компенсировать это установлением диктатуры. Как могут развиваться события дальше? Когда происходят такие кризисы, есть два пути. Первое. Когда у элиты есть какие-то соображения, и она сверху проводит необходимые изменения. Тогда это может обойтись без революции. Второе. Она не понимает этого. Или понимает, но не может, не хочет. Тогда — как бы это не подавлять, оно все равно выльется в острые революционные формы.

   Происходит установление диктатуры. Мы говорим элита-элита. Это — буржуазия. Крупная американская буржуазия. Как называл Маркс и Ленин. Которая контролирует страну, и почувствовала, что если изменить систему, это будет угрожать ее существованию. Она пытается, и это не впервые в истории, компенсировать это установлением диктатуры. Как могут развиваться события дальше? Когда происходят такие кризисы, есть два пути. Первое. Когда у элиты есть какие-то соображения, и она сверху проводит необходимые изменения. Тогда это может обойтись без революции. Второе. Она не понимает этого. Или понимает, но не может, не хочет. Тогда — как бы это не подавлять, оно все равно выльется в острые революционные формы.
9. «

   На свете не так много режиссёров, которым удалось снять пятнадцать полнометражных фильмов. Я это сделал. Но счастье в ином: мне повезло снимать лишь то, что сам хотел. Это немыслимая удача, фантастическая!

   На свете не так много режиссёров, которым удалось снять пятнадцать полнометражных фильмов. Я это сделал. Но счастье в ином: мне повезло снимать лишь то, что сам хотел. Это немыслимая удача, фантастическая!
10. «

    На мой взгляд Россия остается империей. Просто империи бывают в разных стадиях. Например, Россия уже не расширяющаяся империя. Россия удерживает свои территории. Такие периоды были в истории каждой империи. Проблема России в 90-е годы была именно в том, что политическая элита в эти годы отменила эту мысль. Объявила, что Россия — не империя, отчасти убедила в этом население. Но историческая логика всё равно остаётся. Выяснилось, что Россия действует и определяет имперскую политику. И Путин сейчас восстанавливает империю. Империи бывают разные. Есть чисто колониальные империи, такие как Британия, Португалия. Есть империи идеократические, какой является Россия. И это надо изучать. В 90-е годы нас объявили национальным государством, но это не так. Национальное государство и империя ведут совершенно разную политику. Негативное отношение к империи осталось от В. И. Ленина, который перечеркнул империи. Но империи сделали много хорошего на протяжении истории. Это не только завоевания. Это и развитие культуры, коммуникаций. Пора снять клеймо с империи и понять себя.

    На мой взгляд Россия остается империей. Просто империи бывают в разных стадиях. Например, Россия уже не расширяющаяся империя. Россия удерживает свои территории. Такие периоды были в истории каждой империи. Проблема России в 90-е годы была именно в том, что политическая элита в эти годы отменила эту мысль. Объявила, что Россия — не империя, отчасти убедила в этом население. Но историческая логика всё равно остаётся. Выяснилось, что Россия действует и определяет имперскую политику. И Путин сейчас восстанавливает империю. Империи бывают разные. Есть чисто колониальные империи, такие как Британия, Португалия. Есть империи идеократические, какой является Россия. И это надо изучать. В 90-е годы нас объявили национальным государством, но это не так. Национальное государство и империя ведут совершенно разную политику. Негативное отношение к империи осталось от В. И. Ленина, который перечеркнул империи. Но империи сделали много хорошего на протяжении истории. Это не только завоевания. Это и развитие культуры, коммуникаций. Пора снять клеймо с империи и понять себя.
11. «

    Возвращаясь к тезису «Россия — увядающая страна». Первый раз я услышал это от Ксении Собчак. На мой взгляд, американские политологи очень по-разному оценивают ситуацию. Многие, наоборот считают, что Америка — увядающая страна. Я тоже так считаю. Для этого есть простые и академичные доказательства. Сейчас — 15% мирового производства, 70 лет назад — 60%. Такого падения в истории еще не было. Я считаю, что падение уже произошло. Когда событие происходит оно оценивается спустя десятилетия. Древний Рим упал гораздо раньше, чем его взяли вандалы. Его уже фактически не было, а инерция — была. Именно с этим связана такая активная атака на Россию. Нет времени. Америка хочет повторить 90-е годы и компенсировать за счет России отставание от Китая. Китай невозможно одолеть, если не одолеть Россию.

    Возвращаясь к тезису «Россия — увядающая страна». Первый раз я услышал это от Ксении Собчак. На мой взгляд, американские политологи очень по-разному оценивают ситуацию. Многие, наоборот считают, что Америка — увядающая страна. Я тоже так считаю. Для этого есть простые и академичные доказательства. Сейчас — 15% мирового производства, 70 лет назад — 60%. Такого падения в истории еще не было. Я считаю, что падение уже произошло. Когда событие происходит оно оценивается спустя десятилетия. Древний Рим упал гораздо раньше, чем его взяли вандалы. Его уже фактически не было, а инерция — была. Именно с этим связана такая активная атака на Россию. Нет времени. Америка хочет повторить 90-е годы и компенсировать за счет России отставание от Китая. Китай невозможно одолеть, если не одолеть Россию.
12. «

    Я считаю, что у нас до сих пор внутри сидит советская идеология. На мой взгляд, она была правильная. Россия декларирует интернационализм, уважение к другим народам, право других народов на голос. И все это было в советское время. Это говорили и русские философы, писатели в 18 и 19 веке. Это свойственно России и русской культуре. Эта идеология есть. Хотя она не сформирована в некий орден религиозный, каким был КПСС. Поразительно, что Россия из прагматической экономической западной теории сделала религию. А КПСС — это был религиозный орден. Русские — не атеисты. Они каждый раз умудряются найти веру в том моменте, который им нужен. Поэтому у коммунистов всегда была проблема с другими церквями.

    Я считаю, что у нас до сих пор внутри сидит советская идеология. На мой взгляд, она была правильная. Россия декларирует интернационализм, уважение к другим народам, право других народов на голос. И все это было в советское время. Это говорили и русские философы, писатели в 18 и 19 веке. Это свойственно России и русской культуре. Эта идеология есть. Хотя она не сформирована в некий орден религиозный, каким был КПСС. Поразительно, что Россия из прагматической экономической западной теории сделала религию. А КПСС — это был религиозный орден. Русские — не атеисты. Они каждый раз умудряются найти веру в том моменте, который им нужен. Поэтому у коммунистов всегда была проблема с другими церквями.
13. «

    В финале этого года есть большой элемент недосказанности. Конечно, ковид изменил жизнь очень сильно. К атеистам вопрос: как по-другому объяснить, кроме как не фактором существования некоей силы, которая это регулирует. Много положительного есть в этой истории. Конечно, трагедия, много человек умерло. Но при этом некое прояснение в головах произошло. На меня это сильно подействовало. Мы приобрели положительный опыт. История с ковидом сказалась на политических событиях, многие процессы были ускорены, какие-то вещи были обнажены.

    В финале этого года есть большой элемент недосказанности. Конечно, ковид изменил жизнь очень сильно. К атеистам вопрос: как по-другому объяснить, кроме как не фактором существования некоей силы, которая это регулирует. Много положительного есть в этой истории. Конечно, трагедия, много человек умерло. Но при этом некое прояснение в головах произошло. На меня это сильно подействовало. Мы приобрели положительный опыт. История с ковидом сказалась на политических событиях, многие процессы были ускорены, какие-то вещи были обнажены.
14. «

    Надеюсь, что когда-то это дойдет до культуры, потому что это очень важная сфера — идеология. Наша руководящая элита не в полной мере осознала это. Я думаю, что мы не выиграли бы войну, если бы поколение, которое пришло на фронт, не было воспитано на советском кино, на блистательной советской литературе, и на той культуре, которая была уже к этому времени выработана.

    Надеюсь, что когда-то это дойдет до культуры, потому что это очень важная сфера — идеология. Наша руководящая элита не в полной мере осознала это. Я думаю, что мы не выиграли бы войну, если бы поколение, которое пришло на фронт, не было воспитано на советском кино, на блистательной советской литературе, и на той культуре, которая была уже к этому времени выработана.
15. «

    Я в силу своей старомодности вернусь к материалистическим вещам. Которые лично мне объясняют, куда чего движется. А это — марксизм. Я не думаю, что то, что происходит, говорит о серьезном кризисе западной цивилизации. Когда мы говорим, что она летит в стену, мы летим в стену вместе с ней. Потому что мы туда переехали, и мы там остаемся. И нам надо куда-то пересесть, чтобы не лететь. Такие признаки были перед серьезными революционными катаклизмами. А возможно Запад уже вступил в серьезную революционную ситуацию. Революция — это длительный процесс. Это движение ведет к серьезному переустройству мира. Связано это с тем, что современные технологии, современное политическое устройство общества не отвечает тем технологиям, которые появились. Революционный процесс идет, и прежде всего он идет на Западе. Мы движемся в ту же сторону, что и опасно, и прискорбно. Чем это может закончиться? Тоталитарными обществами. Так всегда заканчиваются революции. Это как идет огромная волна, а впереди — пена. Волна еще не упала, а пена уже пришла. Кто здесь уцелеет? Какие-то государства не уцелеют. Мы имеем дело с переустройством всего мира. Какое место во всем этом занимать нам — это надо думать. Тот поезд, в который мы сели в 1991 году — это не наш поезд.

    Я в силу своей старомодности вернусь к материалистическим вещам. Которые лично мне объясняют, куда чего движется. А это — марксизм. Я не думаю, что то, что происходит, говорит о серьезном кризисе западной цивилизации. Когда мы говорим, что она летит в стену, мы летим в стену вместе с ней. Потому что мы туда переехали, и мы там остаемся. И нам надо куда-то пересесть, чтобы не лететь. Такие признаки были перед серьезными революционными катаклизмами. А возможно Запад уже вступил в серьезную революционную ситуацию. Революция — это длительный процесс. Это движение ведет к серьезному переустройству мира. Связано это с тем, что современные технологии, современное политическое устройство общества не отвечает тем технологиям, которые появились. Революционный процесс идет, и прежде всего он идет на Западе. Мы движемся в ту же сторону, что и опасно, и прискорбно. Чем это может закончиться? Тоталитарными обществами. Так всегда заканчиваются революции. Это как идет огромная волна, а впереди — пена. Волна еще не упала, а пена уже пришла. Кто здесь уцелеет? Какие-то государства не уцелеют. Мы имеем дело с переустройством всего мира. Какое место во всем этом занимать нам — это надо думать. Тот поезд, в который мы сели в 1991 году — это не наш поезд.
16. «

    Абсолютно допустимо не любить Карла Маркса, Владимира Ленина. Так же можно не терпеть Исаака Ньютона и Альберта Эйнштейна. Но нельзя отменить теорию относительности и закон тяготения. Это вопрос не о том, хорошо или плохо. Это вопрос о том, что эти люди открыли какие-то законы, не всемирные, как нас учили в школе, но они действительно работают. Сегодняшний мир переживает кризис либерально-экономической модели. И об этом только ленивые не говорят. И куда движется мир? Он движется видимо в сторону социализма, который и предрекал Карл Маркс. Все считали, что это случилось в 1917 году. Карл Маркс не сказал, что это будет в 1917 году. Он сказал, что эта модель должна преобразоваться в следующую. Но весь вопрос в том, что никто не может найти точную экономическую модель социализма, которая бы работала. Все вспоминают советскую модель, которая работала только отчасти. И весь вопрос в том, что Китай как раз ее нашел. И поэтому Китай оказался впереди. Я понимаю, что для российского истеблишмента это нетерпимо, потому что российский истеблишмент весь прозападный. Он не может смириться с мыслью, что какой-то Китай окажется лидером. Но надо смиряться. Так же как надо смиряться с тем, что у Карла Маркса действительно есть грамотные идеи. С этим ничего не поделаешь. А что касается того, что происходит в США. Я абсолютно уверен, что британская разведка в 1917 году очень много делала для того, чтобы разрушить российскую империю. Но при этом я понимаю, что если бы в Российской Империи не было бы глубинных проблем, никакая британская разведка ничего не смогла бы сделать. Так же как я понимаю, что и ЦРУ, и НБ работало в 1989-1991 году в Советском Союзе. Я жил в Советском Союзе. В нем действительно было масса проблем. И в этом была причина. То же самое происходит в Америке. Это все равно есть некое внутреннее противоречие страны. И с этим ничего не поделаешь.

    Абсолютно допустимо не любить Карла Маркса, Владимира Ленина. Так же можно не терпеть Исаака Ньютона и Альберта Эйнштейна. Но нельзя отменить теорию относительности и закон тяготения. Это вопрос не о том, хорошо или плохо. Это вопрос о том, что эти люди открыли какие-то законы, не всемирные, как нас учили в школе, но они действительно работают. Сегодняшний мир переживает кризис либерально-экономической модели. И об этом только ленивые не говорят. И куда движется мир? Он движется видимо в сторону социализма, который и предрекал Карл Маркс. Все считали, что это случилось в 1917 году. Карл Маркс не сказал, что это будет в 1917 году. Он сказал, что эта модель должна преобразоваться в следующую. Но весь вопрос в том, что никто не может найти точную экономическую модель социализма, которая бы работала. Все вспоминают советскую модель, которая работала только отчасти. И весь вопрос в том, что Китай как раз ее нашел. И поэтому Китай оказался впереди. Я понимаю, что для российского истеблишмента это нетерпимо, потому что российский истеблишмент весь прозападный. Он не может смириться с мыслью, что какой-то Китай окажется лидером. Но надо смиряться. Так же как надо смиряться с тем, что у Карла Маркса действительно есть грамотные идеи. С этим ничего не поделаешь. А что касается того, что происходит в США. Я абсолютно уверен, что британская разведка в 1917 году очень много делала для того, чтобы разрушить российскую империю. Но при этом я понимаю, что если бы в Российской Империи не было бы глубинных проблем, никакая британская разведка ничего не смогла бы сделать. Так же как я понимаю, что и ЦРУ, и НБ работало в 1989-1991 году в Советском Союзе. Я жил в Советском Союзе. В нем действительно было масса проблем. И в этом была причина. То же самое происходит в Америке. Это все равно есть некое внутреннее противоречие страны. И с этим ничего не поделаешь.
17. «

    Запад можно понять. С их точки зрения Россия обманула их. Потому что в 1991 году Россия полностью отказалась от своего прошлого, объявила, что она — не империя, и все, мы никогда империей не будем. Мы захотели быть частью западного мира. Пришли к ним. сели в их вагон. Сказали, что мы будем делать все как вы скажете. И потом вдруг каким-то образом эта страна выросла, и опять стала сегодня сверх-державой, которая имеет огромное влияние, а по многим параметрам, например по вооружению, вдруг обогнала. Мы и сами не можем понять, как это получилось. Потому что я хорошо помню 90-е годы, когда было полное ощущение, что нашей стране — конец, и она уже никогда не поднимется. Видимо, потому что в стране есть большая часть пассионарных людей, который каждый на своем месте смогли что-то сохранить.

    Запад можно понять. С их точки зрения Россия обманула их. Потому что в 1991 году Россия полностью отказалась от своего прошлого, объявила, что она — не империя, и все, мы никогда империей не будем. Мы захотели быть частью западного мира. Пришли к ним. сели в их вагон. Сказали, что мы будем делать все как вы скажете. И потом вдруг каким-то образом эта страна выросла, и опять стала сегодня сверх-державой, которая имеет огромное влияние, а по многим параметрам, например по вооружению, вдруг обогнала. Мы и сами не можем понять, как это получилось. Потому что я хорошо помню 90-е годы, когда было полное ощущение, что нашей стране — конец, и она уже никогда не поднимется. Видимо, потому что в стране есть большая часть пассионарных людей, который каждый на своем месте смогли что-то сохранить.
18. «

    Я не очень сведущ, как там по-научному идеология описывается. Я вам могу сказать, как я ее представляю себе. Для меня идеология — это мировоззрение. Взгляд на жизнь, если хотите. У меня есть идеология. Я в зависимости от нее совершаю те или иные поступки. Из-за нее я делаю так или так.<...> в чем разница между западным взглядом и российским. Это отношение к Богу. На Западе — Бог во мне. Я — Бог, в принципе, по существу. А в России Бог — вне меня. Это принципиальная разница. Причем этот Бог вне меня, — это имеет отношение… Не только это ислам, это вообще восточный взгляд, иудаизм. А это принципиальная разница. Потому что если Бог во мне, я мораль устанавливаю. Сегодня я, Геббельс, установил свою мораль. А завтра другой установит мораль. А если Бог вовне, это значит мораль, нравственность существует помимо меня. И значит я должен постичь ее, я должен к ней стремиться. И это принципиальная разница.

    Я не очень сведущ, как там по-научному идеология описывается. Я вам могу сказать, как я ее представляю себе. Для меня идеология — это мировоззрение. Взгляд на жизнь, если хотите. У меня есть идеология. Я в зависимости от нее совершаю те или иные поступки. Из-за нее я делаю так или так.<...> в чем разница между западным взглядом и российским. Это отношение к Богу. На Западе — Бог во мне. Я — Бог, в принципе, по существу. А в России Бог — вне меня. Это принципиальная разница. Причем этот Бог вне меня, — это имеет отношение… Не только это ислам, это вообще восточный взгляд, иудаизм. А это принципиальная разница. Потому что если Бог во мне, я мораль устанавливаю. Сегодня я, Геббельс, установил свою мораль. А завтра другой установит мораль. А если Бог вовне, это значит мораль, нравственность существует помимо меня. И значит я должен постичь ее, я должен к ней стремиться. И это принципиальная разница.
19. «

    Огромное преимущество у России и российского общества перед Западом и западным обществом состоит в том, что мы, на самом деле, гораздо лучше их знаем, чем они нас. У меня много друзей на Западе, такова моя профессия. Они ничего не знают. Они ничего не читают. Их ничего не интересует. У нас знают американскую литературу, читают Хемингуэя, Марка Твена, современную литературу, смотрят кино, слушают музыку. Там этого ничего не знают. В определенной степени это — позиция. Из этого я делаю вывод — зависимость есть, но есть и преимущество. То, что они делают, на мой взгляд, показывает их неспособность в критический момент понять нашу психологию и как мы будем действовать. Классический пример — поход Наполеона, когда он пришел в Москву и начал писать письма Александру. Он искренне думал, что коли он занял Москву, — всё, перемирие. На что Александр сказал: нет, перемирие будет тогда, когда вы будете изгнаны из России.

    Огромное преимущество у России и российского общества перед Западом и западным обществом состоит в том, что мы, на самом деле, гораздо лучше их знаем, чем они нас. У меня много друзей на Западе, такова моя профессия. Они ничего не знают. Они ничего не читают. Их ничего не интересует. У нас знают американскую литературу, читают Хемингуэя, Марка Твена, современную литературу, смотрят кино, слушают музыку. Там этого ничего не знают. В определенной степени это — позиция. Из этого я делаю вывод — зависимость есть, но есть и преимущество. То, что они делают, на мой взгляд, показывает их неспособность в критический момент понять нашу психологию и как мы будем действовать. Классический пример — поход Наполеона, когда он пришел в Москву и начал писать письма Александру. Он искренне думал, что коли он занял Москву, — всё, перемирие. На что Александр сказал: нет, перемирие будет тогда, когда вы будете изгнаны из России.
20. «

    Эта стадия капитализма — это многонациональные корпорации. Им не нужен человек. Им не нужен религиозный человек. Это мешает. Потому что такой человек может думать, он становится плохим потребителем.

    Эта стадия капитализма — это многонациональные корпорации. Им не нужен человек. Им не нужен религиозный человек. Это мешает. Потому что такой человек может думать, он становится плохим потребителем.