Марианна Соломко: 134 фразы, которые разошлись на цитаты

Марианна Соломко — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 134 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Береги безымянный, - Сказала сестра, - Жизнь — экспромт фортепьянный, А любовь — лишь искра.

   — Береги безымянный, - Сказала сестра, - Жизнь — экспромт фортепьянный, А любовь — лишь искра.
2. «

   Заката кровь лилась, алея, Загустевала не спеша, А ты берёзовой аллеей Брела, не зная, что душа Готова к отсоединенью, К отлёту в новый кругозор.

   Заката кровь лилась, алея, Загустевала не спеша, А ты берёзовой аллеей Брела, не зная, что душа Готова к отсоединенью, К отлёту в новый кругозор.
3. «

   Не излечит сердца рану, Время — лучший из врачей.

   Не излечит сердца рану, Время — лучший из врачей.
4. «

   Устали ивы быть плакучими, А пруд — вместилищем их слёз.

   Устали ивы быть плакучими, А пруд — вместилищем их слёз.
5. «

   Носилась дней собачья свора И обгрызала календарь. Тебя несли по коридору, Как догорающий фонарь. Ты был плохим или хорошим, Но больше — между тем и тем - Двумя шагами, что стреножат Непререкаемостью стен.

   Носилась дней собачья свора И обгрызала календарь. Тебя несли по коридору, Как догорающий фонарь. Ты был плохим или хорошим, Но больше — между тем и тем - Двумя шагами, что стреножат Непререкаемостью стен.
6. «

   Сколько б ни жил — согрешил: Чаю не допил с малиною, В тонких застенках души Мучится белая совесть, Жизни прохладная повесть Сдаться в архив не спешит. То, что её сокрушит, Явится тихо с повинною.

   Сколько б ни жил — согрешил: Чаю не допил с малиною, В тонких застенках души Мучится белая совесть, Жизни прохладная повесть Сдаться в архив не спешит. То, что её сокрушит, Явится тихо с повинною.
7. «

   Попросить прощенья и простить. Окрылять очнувшиеся строфы, Не слагая, жизни стих нести До своей назначенной Голгофы.

   Попросить прощенья и простить. Окрылять очнувшиеся строфы, Не слагая, жизни стих нести До своей назначенной Голгофы.
8. «

   Гуляла вольница метели, Свистели шашки, Не шапки — головы летели Хмельны и шатки.

   Гуляла вольница метели, Свистели шашки, Не шапки — головы летели Хмельны и шатки.
9. «

   Стоят тяжёлые сады В последних яблоках и грушах, Опали праздничные рюши - Листва на зеркале воды. Немного яблочных румян - И ощутить в безгласной ветке Рукопожатье ноября, И говорить вдвоём о ветре, О неприкаянности душ, О невозможности избытка. И слышать — где-то связка груш Тревожно бьётся о калитку.

   Стоят тяжёлые сады В последних яблоках и грушах, Опали праздничные рюши - Листва на зеркале воды. Немного яблочных румян - И ощутить в безгласной ветке Рукопожатье ноября, И говорить вдвоём о ветре, О неприкаянности душ, О невозможности избытка. И слышать — где-то связка груш Тревожно бьётся о калитку.
10. «

    Небесной дланью перекрещен Кремль, Под радугой моста спокоен Волхов. Здесь испоконны колокол и крест, И рядом бродит сказка добрым волком.

    Небесной дланью перекрещен Кремль, Под радугой моста спокоен Волхов. Здесь испоконны колокол и крест, И рядом бродит сказка добрым волком.
11. «

    Она простуженный романс Бренчала во дворе-колодце: Вдруг чьё-то сердце отзовётся?.. Но гасли стылые дома.

    Она простуженный романс Бренчала во дворе-колодце: Вдруг чьё-то сердце отзовётся?.. Но гасли стылые дома.
12. «

    Не льется музыкой за ворот Дождливо-ветренный ноктюрн, Твой голос — что осипший город - Неласков, сумрачен и дурн...

    Не льется музыкой за ворот Дождливо-ветренный ноктюрн, Твой голос — что осипший город - Неласков, сумрачен и дурн...
13. «

    Дыши всю жизнь, дыши И счастье разреши Для тела, для души. Несчастье — исключи.

    Дыши всю жизнь, дыши И счастье разреши Для тела, для души. Несчастье — исключи.
14. «

    Ночь разметала созвездий дрожащее вече - Споры согласий, лагуны и локоны вольных галактик. Верно, ненастным дождем осыпается вечность, Наново чтобы воспрять в созидательном пламенном акте.

    Ночь разметала созвездий дрожащее вече - Споры согласий, лагуны и локоны вольных галактик. Верно, ненастным дождем осыпается вечность, Наново чтобы воспрять в созидательном пламенном акте.
15. «

    Кукушка в си-бемоль мажоре Звучит на весь аэродром. И что ей блеск консерваторий, Аплодисментов бурный гром? Природа — вот ее профессор, А ветка — музыкальный класс.

    Кукушка в си-бемоль мажоре Звучит на весь аэродром. И что ей блеск консерваторий, Аплодисментов бурный гром? Природа — вот ее профессор, А ветка — музыкальный класс.
16. «

    Быта горбатый кит Цедит планктон людишек, Весь временной излишек В свой заключил лимит.

    Быта горбатый кит Цедит планктон людишек, Весь временной излишек В свой заключил лимит.
17. «

    Через ненастья свет и мглу Катится капля по стеклу Мимо дождливой грусти клумб, Капля — сама себе Колумб. И — ни следа на льду стекла... Капля, куда же ты стекла?

    Через ненастья свет и мглу Катится капля по стеклу Мимо дождливой грусти клумб, Капля — сама себе Колумб. И — ни следа на льду стекла... Капля, куда же ты стекла?
18. «

    Написала я сто стихов. И спросила себя: «Зачем?» Может есть у меня сто грехов Или сто интересных тем?

    Написала я сто стихов. И спросила себя: «Зачем?» Может есть у меня сто грехов Или сто интересных тем?
19. «

    Ты прежил её измену. Того не зная. Она — шуршащая, как сено, И ледяная, Она — в касанье грубой ласки, В татуировке, Клеймом сомненья, страстью царской, Обманом ловким.

    Ты прежил её измену. Того не зная. Она — шуршащая, как сено, И ледяная, Она — в касанье грубой ласки, В татуировке, Клеймом сомненья, страстью царской, Обманом ловким.
20. «

    Катились шарики мимозы По петроградской мостовой, Как счастья радостные слёзы, Когда мы встретились с тобой.

    Катились шарики мимозы По петроградской мостовой, Как счастья радостные слёзы, Когда мы встретились с тобой.