22 лучших цитаты — Марк Михаловски

Марк Михаловски — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 22 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Интересно, – сказал человек-ящерица, направляясь, слегка прихрамывая, к Донне. — Что? — Вас беспокоило повреждение механизма, но дверь вас не заботила. — Что? — Это потому, что тот механизм имел гуманоидную форму, был похож на человека? — Нет, конечно же, нет. — Тогда почему? – Мезант был искренне озадачен. – У того прибора самосознания было ненамного больше, чем у этой двери; он чувствовал боль или страдание не больше, чем эта дверь. И тем не менее, он вызвал в вас эмоциональный отклик, которого не вызвала дверь. — Поверить не могу, что мы вообще обсуждаем это, – ошарашенно смотрела на него Донна. – Тот робот не имел ничего общего с дверью, и вы это знаете. — По всем важным пунктам он имел общее. Имел. Мезант снова покачал головой и Донна поняла, что ему и вправду тяжело понять разницу. — Это, – сказала она как можно твёрже. – Была. Дверь. — А то, – возразил Мезант таким же тоном. — Был. Робот.

   — Интересно, – сказал человек-ящерица, направляясь, слегка прихрамывая, к Донне. — Что? — Вас беспокоило повреждение механизма, но дверь вас не заботила. — Что? — Это потому, что тот механизм имел гуманоидную форму, был похож на человека? — Нет, конечно же, нет. — Тогда почему? – Мезант был искренне озадачен. – У того прибора самосознания было ненамного больше, чем у этой двери; он чувствовал боль или страдание не больше, чем эта дверь. И тем не менее, он вызвал в вас эмоциональный отклик, которого не вызвала дверь. — Поверить не могу, что мы вообще обсуждаем это, – ошарашенно смотрела на него Донна. – Тот робот не имел ничего общего с дверью, и вы это знаете. — По всем важным пунктам он имел общее. Имел. Мезант снова покачал головой и Донна поняла, что ему и вправду тяжело понять разницу. — Это, – сказала она как можно твёрже. – Была. Дверь. — А то, – возразил Мезант таким же тоном. — Был. Робот.

   — Донна Ноубл · книга
2. «

   — Итак, — начала Марта, сложив руки на груди. Она оперлась на поручни, окружавшие центральную консоль машины времени. — Полет в ТАРДИС. В чём вообще его суть? Откуда-то из-под её ног, приглушенный решеткой, на которой она стояла, и странного вида инструментом во рту, раздался голос Доктора: — Мпфффф… мммм… мпфффф. Марта с понимающим видом кивнула. — Всё это хорошо и замечательно, — сказала она, — но ведь это не ответ на мой вопрос?

   — Итак, — начала Марта, сложив руки на груди. Она оперлась на поручни, окружавшие центральную консоль машины времени. — Полет в ТАРДИС. В чём вообще его суть? Откуда-то из-под её ног, приглушенный решеткой, на которой она стояла, и странного вида инструментом во рту, раздался голос Доктора: — Мпфффф… мммм… мпфффф. Марта с понимающим видом кивнула. — Всё это хорошо и замечательно, — сказала она, — но ведь это не ответ на мой вопрос?

   — Доктор · книга
3. «

   — Как? – Буни качал головой. – То есть, когда?.. — Когда я её обнаружил внутри Мамы. Ей там было не место. Не просто физически, а просто это было неправильно по отношению к Маме. Вот я и... – он скривил смущённое лицо. – стырил её. Мама не замечала бомбу внутри себя, а когда бомбы не стало, она тем более не заметила. А затем у меня её забрал Огмуни. У Донны расширились глаза. — Позволь заметить, – сказала она, – что если тебе когда-нибудь доведётся осматривать меня, и вздумается вынуть один из моих органов, ты у меня получишь!– и в её глазах блеснул озорной огонёк. – Запомни это, Доктор. — Вот одна из особенностей органических форм жизни: они не любят, когда из них что-то вынимают.

   — Как? – Буни качал головой. – То есть, когда?.. — Когда я её обнаружил внутри Мамы. Ей там было не место. Не просто физически, а просто это было неправильно по отношению к Маме. Вот я и... – он скривил смущённое лицо. – стырил её. Мама не замечала бомбу внутри себя, а когда бомбы не стало, она тем более не заметила. А затем у меня её забрал Огмуни. У Донны расширились глаза. — Позволь заметить, – сказала она, – что если тебе когда-нибудь доведётся осматривать меня, и вздумается вынуть один из моих органов, ты у меня получишь!– и в её глазах блеснул озорной огонёк. – Запомни это, Доктор. — Вот одна из особенностей органических форм жизни: они не любят, когда из них что-то вынимают.

   — Доктор · книга
4. «

   — Я прислушиваюсь, когда есть к чему прислушиваться, – угрюмо сказал Буни. — Вы прислушиваетесь тогда, когда говорят то, что вы хотите услышать. Это не одно и то же.

   — Я прислушиваюсь, когда есть к чему прислушиваться, – угрюмо сказал Буни. — Вы прислушиваетесь тогда, когда говорят то, что вы хотите услышать. Это не одно и то же.

   — Доктор · книга
5. «

   — Учёные постоянно с ума сходят. Особенно самые умные. Он замолчал и посмотрел на Лайен: — О том, чтобы сходили с ума не самые умные, как-то слышать не приходится, правда? Только гении. Забавно это.

   — Учёные постоянно с ума сходят. Особенно самые умные. Он замолчал и посмотрел на Лайен: — О том, чтобы сходили с ума не самые умные, как-то слышать не приходится, правда? Только гении. Забавно это.

   — Доктор · книга
6. «

   — Студентка мединститута, помнишь? Высшее образование. Бровь Доктора вопросительно приподнялась. — Водительские права, — добавила Марта. Вторая бровь последовала за первой. — Марта, Марта, Марта, — отечески начал Доктор, отчего она немедленно захотела влепить ему пощечину. — В управлении ТАРДИС ум — не главное. Дело не только в том, чтобы нажать на эту кнопку, а потом потянуть за тот рычаг. Всё гораздо сложнее, — он потянулся к консоли и провёл рукой по изогнутой керамической грани пульта управления. — Дело в интуиции и воображении, дело в ощущении своего движения сквозь Вихрь Времени. — В том, чтобы пнуть её как следует, когда она не работает, вот в чём дело.

   — Студентка мединститута, помнишь? Высшее образование. Бровь Доктора вопросительно приподнялась. — Водительские права, — добавила Марта. Вторая бровь последовала за первой. — Марта, Марта, Марта, — отечески начал Доктор, отчего она немедленно захотела влепить ему пощечину. — В управлении ТАРДИС ум — не главное. Дело не только в том, чтобы нажать на эту кнопку, а потом потянуть за тот рычаг. Всё гораздо сложнее, — он потянулся к консоли и провёл рукой по изогнутой керамической грани пульта управления. — Дело в интуиции и воображении, дело в ощущении своего движения сквозь Вихрь Времени. — В том, чтобы пнуть её как следует, когда она не работает, вот в чём дело.

   — Доктор · книга
7. «

   — Но вы – старые боги, – крикнул Энчикка, почти извиняясь. – Жизнь идёт дальше, джэфти смотрят в будущее, а не в прошлое. — Эти двое, может быть, и старые боги, солнышко, – сказала Донна, кивая в направлении Огмуни и Мезанта, – но я-то нет! Я ваш новый Бог... ваша новая Богиня, — поправилась она. Театральным жестом она продемонстрировала себя: — Узрите: Я! Снова раздался ропот, и она увидела, что некоторые из джэфти трогают свои волосы. Свои рыжие волосы. — Да! – закричала она. – Узрите меня, узрите Донну, – она шагнула вперёд и сделала движение головой как в рекламе шампуня. – Узрите – Рыжая Богиня!

   — Но вы – старые боги, – крикнул Энчикка, почти извиняясь. – Жизнь идёт дальше, джэфти смотрят в будущее, а не в прошлое. — Эти двое, может быть, и старые боги, солнышко, – сказала Донна, кивая в направлении Огмуни и Мезанта, – но я-то нет! Я ваш новый Бог... ваша новая Богиня, — поправилась она. Театральным жестом она продемонстрировала себя: — Узрите: Я! Снова раздался ропот, и она увидела, что некоторые из джэфти трогают свои волосы. Свои рыжие волосы. — Да! – закричала она. – Узрите меня, узрите Донну, – она шагнула вперёд и сделала движение головой как в рекламе шампуня. – Узрите – Рыжая Богиня!

   — Донна Ноубл · книга
8. «

   Сначала старость, потом красота. Сначала горшки, потом чайники.

   Сначала старость, потом красота. Сначала горшки, потом чайники.

   — Доктор · книга
9. «

   — Мы сильно опоздали, — тихо сказал Доктор таким мрачным тоном, какого Марта никогда раньше не слышала. — Они сделали это. Они сбросили бомбу. Не оборачиваясь, он протянул руку и нащупал руку Марты. Если таков финал, то пусть уж он будет таким. Они вдвоем. Вместе. — Было весело, — прошептал он, глядя на неё. Он почувствовал, как её пальцы дрогнули в его руке. — Даже лучше, — сказала Марта без тени печали. — Смит и Джонс. — Смит и Джонс. Больше ничего не нужно было говорить. Они ждали. Молча. И ждали. И подождали еще немного, просто для ровного счета. — Возможно, она всё ещё падает, — предположила Марта. — Возможно. Поэтому они подождали ещё чуть-чуть. Пока конец кабеля — тот, которому вообще-то следовало быть прикрепленным к маленькой коробочке с огромной ручкой на крышке — взметнулся в воздухе, как язык змеи, — и исчез в скважине вслед за бомбой. — Знаешь, — медленно сказал Доктор, будто пытаясь не выглядеть слишком самонадеянным, — я всегда говорил, что лучшие фейерверки делают китайцы, — он взглянул на Марту. — А этот какой-то фиговый, скажи? И прежде чем она успела что-либо ответить, он крепко схватил её в объятия и поднял, покружив в воздухе полных три оборота, после чего резко поставил обратно на землю, продолжая смеяться.

   — Мы сильно опоздали, — тихо сказал Доктор таким мрачным тоном, какого Марта никогда раньше не слышала. — Они сделали это. Они сбросили бомбу. Не оборачиваясь, он протянул руку и нащупал руку Марты. Если таков финал, то пусть уж он будет таким. Они вдвоем. Вместе. — Было весело, — прошептал он, глядя на неё. Он почувствовал, как её пальцы дрогнули в его руке. — Даже лучше, — сказала Марта без тени печали. — Смит и Джонс. — Смит и Джонс. Больше ничего не нужно было говорить. Они ждали. Молча. И ждали. И подождали еще немного, просто для ровного счета. — Возможно, она всё ещё падает, — предположила Марта. — Возможно. Поэтому они подождали ещё чуть-чуть. Пока конец кабеля — тот, которому вообще-то следовало быть прикрепленным к маленькой коробочке с огромной ручкой на крышке — взметнулся в воздухе, как язык змеи, — и исчез в скважине вслед за бомбой. — Знаешь, — медленно сказал Доктор, будто пытаясь не выглядеть слишком самонадеянным, — я всегда говорил, что лучшие фейерверки делают китайцы, — он взглянул на Марту. — А этот какой-то фиговый, скажи? И прежде чем она успела что-либо ответить, он крепко схватил её в объятия и поднял, покружив в воздухе полных три оборота, после чего резко поставил обратно на землю, продолжая смеяться.

   — Марта Джонс · книга
10. «

    — Кто-то похитил ценное сокровище. — Не такое уж оно и ценное, – возразил служитель. Доктор обиженно на него посмотрел: — Я имел в виду Донну.

    — Кто-то похитил ценное сокровище. — Не такое уж оно и ценное, – возразил служитель. Доктор обиженно на него посмотрел: — Я имел в виду Донну.

    — Доктор · книга
11. «

    — А что это за планета? — Он с Даллендафа. — А, – сказал Доктор, хотя ему это ничего не сказало. – А вы? — Родилась на Пупопе, росла... где только не росла. — Не может быть! – улыбаясь во весь рот, воскликнул Доктор. — Вы её знаете? — Нет... но разве не превосходно, что есть планета, которая называется Пупоп?

    — А что это за планета? — Он с Даллендафа. — А, – сказал Доктор, хотя ему это ничего не сказало. – А вы? — Родилась на Пупопе, росла... где только не росла. — Не может быть! – улыбаясь во весь рот, воскликнул Доктор. — Вы её знаете? — Нет... но разве не превосходно, что есть планета, которая называется Пупоп?

    — Доктор · книга
12. «

    — Откуда нам знать, что… — Ну, — перебил Доктор. — Всегда можно попробовать спросить…

    — Откуда нам знать, что… — Ну, — перебил Доктор. — Всегда можно попробовать спросить…

    — Кол · книга
13. «

    — Как долго длится обратный отсчёт у бомбы? Буни оторвал взгляд от пола. — Одна минута. — Хорошо, – сказал Доктор. – Значит, у нас осталось три с половиной минуты на то, чтобы поругаться, высказать друг другу всё, и принять решение. Он набрал в грудь воздуха: — Отлично... Полно времени... Начинаем! Ссорьтесь!

    — Как долго длится обратный отсчёт у бомбы? Буни оторвал взгляд от пола. — Одна минута. — Хорошо, – сказал Доктор. – Значит, у нас осталось три с половиной минуты на то, чтобы поругаться, высказать друг другу всё, и принять решение. Он набрал в грудь воздуха: — Отлично... Полно времени... Начинаем! Ссорьтесь!

    — Доктор · книга
14. «

    Доверяй своим инстинктам, — сказала Тай. — Разве не это сказал Доктор Кэнди? Просто доверяй своим чувствам. Это все, что может сделать любой из нас.

    Доверяй своим инстинктам, — сказала Тай. — Разве не это сказал Доктор Кэнди? Просто доверяй своим чувствам. Это все, что может сделать любой из нас.

    — Тай · книга
15. «

    — У этого поселения, — продолжил он, жестикулируя, — есть название? — Старое называлось Воскресенском, у нынешнего, которое мы отстроили заново, будет такое же название. — Человеческое воображение, — сказал он с усмешкой, — его нельзя недооценивать.

    — У этого поселения, — продолжил он, жестикулируя, — есть название? — Старое называлось Воскресенском, у нынешнего, которое мы отстроили заново, будет такое же название. — Человеческое воображение, — сказал он с усмешкой, — его нельзя недооценивать.

    — Доктор · книга
16. «

    — Я уже потерял счет, сколько раз я пел вам дифирамбы, рассказывая всем о том, насколько бесконечно изобретательны, насколько невероятно отважны вы, люди. Выхватывая победу из когтей поражения, сражаясь, не смотря ни на какие препятствия, и так далее, и так далее, — он хмуро уставился на Тай. — Я предпочитаю забывать о тех случаях, когда вы тупы, упрямы и отказываетесь учиться на собственных ошибках.

    — Я уже потерял счет, сколько раз я пел вам дифирамбы, рассказывая всем о том, насколько бесконечно изобретательны, насколько невероятно отважны вы, люди. Выхватывая победу из когтей поражения, сражаясь, не смотря ни на какие препятствия, и так далее, и так далее, — он хмуро уставился на Тай. — Я предпочитаю забывать о тех случаях, когда вы тупы, упрямы и отказываетесь учиться на собственных ошибках.

    — Доктор · книга
17. «

    Отличная штука – ненависть. Близкая родственница страха.

    Отличная штука – ненависть. Близкая родственница страха.

    — Сияющая темнота · книга
18. «

    План Б. Или План А, наверное. Зависит от того, придумаю ли я План В.

    План Б. Или План А, наверное. Зависит от того, придумаю ли я План В.

    — Доктор · книга
19. «

    — Факты остаются фактами, – сказал Мезант. — А высокомерная, упрямая чушь остаётся высокомерной упрямой чушью.

    — Факты остаются фактами, – сказал Мезант. — А высокомерная, упрямая чушь остаётся высокомерной упрямой чушью.

    — Доктор · книга
20. «

    — Но меня беспокоит не нехватка кислорода — что вы думаете об этом? Сэм внимательно посмотрел на россыпь красных точек. — Колотые ранки? На неё что-то напало? — О да! — сердито ответил Доктор. — Что-то очень большое. Что-то очень, очень большое. — Что? — Ну, если бы я знал что, я бы не назвал это «что-то очень большое», не так ли? — резко ответил он и покачал головой.

    — Но меня беспокоит не нехватка кислорода — что вы думаете об этом? Сэм внимательно посмотрел на россыпь красных точек. — Колотые ранки? На неё что-то напало? — О да! — сердито ответил Доктор. — Что-то очень большое. Что-то очень, очень большое. — Что? — Ну, если бы я знал что, я бы не назвал это «что-то очень большое», не так ли? — резко ответил он и покачал головой.

    — Доктор · книга