243 цитаты Ольги Громыко, которые захочется сохранить

Ольга Громыко — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 243 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Неправда, что все войны ведутся из-за денег. Месть — тоже неплохой повод.

   Неправда, что все войны ведутся из-за денег. Месть — тоже неплохой повод.

   — Год крысы. Путница · книга
2. «

   Полный идиотизм ситуации усугублялся нашей общей уверенностью, что так оно и надо...

   Полный идиотизм ситуации усугублялся нашей общей уверенностью, что так оно и надо...

   — Вольха Редная · книга
3. «

   ... Девочки, девушки, женщины, старухи и древние развалины посылали вампиру воздушные поцелуи, забрасывая букетами из поздних астр и лентами из кос. Поддавшись общему безумию, я кинула в Лёна огрызком пирожка...

   ... Девочки, девушки, женщины, старухи и древние развалины посылали вампиру воздушные поцелуи, забрасывая букетами из поздних астр и лентами из кос. Поддавшись общему безумию, я кинула в Лёна огрызком пирожка...

   — Вольха Редная · книга
4. «

   Троллий народный инструмент напоминал обрубленное весло с четырьмя струнами и назывался «бздынн». Примерно такие звуки он и издавал.

   Троллий народный инструмент напоминал обрубленное весло с четырьмя струнами и назывался «бздынн». Примерно такие звуки он и издавал.

   — Капкан для некроманта · книга
5. «

   Моя память хранила тысячи заклинаний, но самым эффективным из них было, есть и будет слово «деньги». Оно воскрешает мертвых, исцеляет живых и является сильнейшим противоядием категорическому «нет».

   Моя память хранила тысячи заклинаний, но самым эффективным из них было, есть и будет слово «деньги». Оно воскрешает мертвых, исцеляет живых и является сильнейшим противоядием категорическому «нет».

   — Ведьмины байки · книга
6. «

   Безликий, бездушный шрифт на экране уничтожает все очарование творчества. То ли дело рукопись: шелест бумаги, скрип ручки, каждая строчка – как уникальный рисунок!

   Безликий, бездушный шрифт на экране уничтожает все очарование творчества. То ли дело рукопись: шелест бумаги, скрип ручки, каждая строчка – как уникальный рисунок!

   — Казак · книга
7. «

   — Это самый идиотский план из тобой предложенных. — Такие обычно и срабатывают.

   — Это самый идиотский план из тобой предложенных. — Такие обычно и срабатывают.

   — Шелена · книга
8. «

   – Надо уважать чужие верования. – Я уважаю, – возразил пилот, – кроме тех, которые противоречат моим. – А у тебя они разве есть? – удивился капитан. – Конечно, – и глазом не моргнул Теодор. – Я поклоняюсь Пресвятой Троице: Светлому, Темному и Нефильтрованному. А их здесь не только на вынос – даже на розлив почитать запрещено!

   – Надо уважать чужие верования. – Я уважаю, – возразил пилот, – кроме тех, которые противоречат моим. – А у тебя они разве есть? – удивился капитан. – Конечно, – и глазом не моргнул Теодор. – Я поклоняюсь Пресвятой Троице: Светлому, Темному и Нефильтрованному. А их здесь не только на вынос – даже на розлив почитать запрещено!

   — Космоэколухи · книга
9. «

   – Раз ты мой проводник, иди впереди – так, чтобы я тебя постоянно видел. И только посмей что-нибудь выкинуть! – Приказ имеет обратную силу? – вежливо уточнил Дэн. – Э? – Я фантик от конфеты по дороге выкинул. Вернуться подобрать?

   – Раз ты мой проводник, иди впереди – так, чтобы я тебя постоянно видел. И только посмей что-нибудь выкинуть! – Приказ имеет обратную силу? – вежливо уточнил Дэн. – Э? – Я фантик от конфеты по дороге выкинул. Вернуться подобрать?

   — Вадим · книга
10. «

    Риторика — это искусство дурить людям головы.

    Риторика — это искусство дурить людям головы.

    — Рыска · книга
11. «

    На тот свет всегда успеешь, а этот лежачих не любит.

    На тот свет всегда успеешь, а этот лежачих не любит.

    — Орсана · книга
12. «

    ... единственным ярким пятном был жизнерадостный плакат в розовых тонах <...> и надпись сверху: «Беременность — естественное состояние женщины». Выходит, до сих пор я пребывала в неестественном?!

    ... единственным ярким пятном был жизнерадостный плакат в розовых тонах <...> и надпись сверху: «Беременность — естественное состояние женщины». Выходит, до сих пор я пребывала в неестественном?!

    — Андрей Уланов · книга
13. «

    В паутине судеб нет ни одной лишней нити, даже самая узкая тропка к чему-то ведет.

    В паутине судеб нет ни одной лишней нити, даже самая узкая тропка к чему-то ведет.

    — Год крысы. Путница · книга
14. «

    – Что это с ним? – Он с утра такой. Наверное, поэтому и выпить предложил. У людей ведь это синоним «поговорить», верно? – И что он тебе рассказал? – Еще ничего, вы его спугнули. – Надо же, какая трепетная лань.

    – Что это с ним? – Он с утра такой. Наверное, поэтому и выпить предложил. У людей ведь это синоним «поговорить», верно? – И что он тебе рассказал? – Еще ничего, вы его спугнули. – Надо же, какая трепетная лань.

    — Станислав Петухов · книга
15. «

    Может, с религиозной точки зрения и правильнее предотвращать зло, но с житейской — наказывать его куда интереснее!

    Может, с религиозной точки зрения и правильнее предотвращать зло, но с житейской — наказывать его куда интереснее!

    — Капкан для некроманта · книга
16. «

    На рассвете, плавно перетекающем в полдень, мы безо всякого восторга постигли древнюю житейскую мудрость: даже самое лучшее вино, выпитое в больших количествах, поутру оборачивается жесточайшим похмельем.

    На рассвете, плавно перетекающем в полдень, мы безо всякого восторга постигли древнюю житейскую мудрость: даже самое лучшее вино, выпитое в больших количествах, поутру оборачивается жесточайшим похмельем.

    — Верные враги · книга
17. «

    Непонятное желание говорить ему гадости переросло в настоятельную потребность

    Непонятное желание говорить ему гадости переросло в настоятельную потребность

    — Шелена · книга
18. «

    Полтора бластера и полудохлый кибер против офигевшего от такой наглости гарнизона из двадцати-тридцати человек и черт знает скольких робокрабов: «Ой, а можно мы вас тут немножко взорвем?!»

    Полтора бластера и полудохлый кибер против офигевшего от такой наглости гарнизона из двадцати-тридцати человек и черт знает скольких робокрабов: «Ой, а можно мы вас тут немножко взорвем?!»

    — Олег · книга
19. «

    Важек увлеченно списывал с копии копии шпаргалки. Патологическая страсть Важека к списыванию не поддавалась объяснению. Выучив конспект наизусть, перечитав кучу основной литературы и пересмотрев гору дополнительной, он не мог удержаться от искушения исписать малюсенькие клочки бумаги одному ему понятными пиктограммами. Почти всегда его ловили, заставляли тянуть второй билет и отвечать без подготовки. Важек неизменно отвечал с блеском, безмерно удивляя экзаменаторов.

    Важек увлеченно списывал с копии копии шпаргалки. Патологическая страсть Важека к списыванию не поддавалась объяснению. Выучив конспект наизусть, перечитав кучу основной литературы и пересмотрев гору дополнительной, он не мог удержаться от искушения исписать малюсенькие клочки бумаги одному ему понятными пиктограммами. Почти всегда его ловили, заставляли тянуть второй билет и отвечать без подготовки. Важек неизменно отвечал с блеском, безмерно удивляя экзаменаторов.

    — Ведьма-хранительница · книга
20. «

    — Съешь его. — Но, Вольха, это же против моих принципов! И потом, он мне не нравится. От него за верс-с-сту разит жареным луком. — Ну и что? Я люблю жареный лук. — Вот ты его и ешь! — Спасибо, я уже позавтракала.

    — Съешь его. — Но, Вольха, это же против моих принципов! И потом, он мне не нравится. От него за верс-с-сту разит жареным луком. — Ну и что? Я люблю жареный лук. — Вот ты его и ешь! — Спасибо, я уже позавтракала.

    — Вольха Редная · книга