35 цитат Ольги Громыко для поста и дневника

Ольга Громыко — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 35 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — А разве даме нельзя быть образованной и умной? — Рядом с умной и самому надо быть на высоте.

   — А разве даме нельзя быть образованной и умной? — Рядом с умной и самому надо быть на высоте.

   — Год крысы. Путница · книга
2. «

   Так ли мне худо, насколько себя жалко.

   Так ли мне худо, насколько себя жалко.

   — Верные враги · книга
3. «

   Они жили недолго и несчастливо и умерли в один день в жутких конвульсиях.

   Они жили недолго и несчастливо и умерли в один день в жутких конвульсиях.

   — Шелена · книга
4. «

   В паутине судеб нет ни одной лишней нити, даже самая узкая тропка к чему-то ведет.

   В паутине судеб нет ни одной лишней нити, даже самая узкая тропка к чему-то ведет.

   — Год крысы. Путница · книга
5. «

   Добро... должно быть страшным... Чтобы зло боялось.

   Добро... должно быть страшным... Чтобы зло боялось.

   — Капкан для некроманта · книга
6. «

   Итак, согласно этикету, при встрече с Повелителем Догевы я должна была: 1) согнуться в земном поклоне, 2) назвать его полное имя и титулы, 3) дождаться вопроса, 4) назвать свое имя и цель прибытия, 5) вознести хвалу небесам за то, что они даровали мне сей светлый миг встречи, 6) пообещать хорошо себя вести и 7) униженно попросить позволения остаться в Догеве, пока не надоем. И, рассыпавшись в изъявлениях благодарности (даже если получу пинок под зад), отвесить еще один поклон и церемониально вручить свиток. Вместо этого я пустила на него разгоряченную кобылу, без разрешения перешла на панибратское «ты», забросала дурацкими вопросами, забыла его полное имя и призналась, что не жажду его вспоминать. В общем, хуже некуда.

   Итак, согласно этикету, при встрече с Повелителем Догевы я должна была: 1) согнуться в земном поклоне, 2) назвать его полное имя и титулы, 3) дождаться вопроса, 4) назвать свое имя и цель прибытия, 5) вознести хвалу небесам за то, что они даровали мне сей светлый миг встречи, 6) пообещать хорошо себя вести и 7) униженно попросить позволения остаться в Догеве, пока не надоем. И, рассыпавшись в изъявлениях благодарности (даже если получу пинок под зад), отвесить еще один поклон и церемониально вручить свиток. Вместо этого я пустила на него разгоряченную кобылу, без разрешения перешла на панибратское «ты», забросала дурацкими вопросами, забыла его полное имя и призналась, что не жажду его вспоминать. В общем, хуже некуда.

   — Вольха Редная · книга
7. «

   Я не пессимист. Я замерзший, усталый, голодный оптимист.

   Я не пессимист. Я замерзший, усталый, голодный оптимист.

   — Шелена · книга
8. «

   Мнение врагов и дураков не должно значить для тебя ровным счетом ничего. Тут к умным друзьям не успеваешь прислушиваться.

   Мнение врагов и дураков не должно значить для тебя ровным счетом ничего. Тут к умным друзьям не успеваешь прислушиваться.

   — Верные враги · книга
9. «

   Ну, что это за глупое женское стремление нравиться всем мужчинам без исключения, даже врагам? Терпеть его не могу... но и перебороть не получается.

   Ну, что это за глупое женское стремление нравиться всем мужчинам без исключения, даже врагам? Терпеть его не могу... но и перебороть не получается.

   — Верные враги · книга
10. «

    Дивное время — зима. Морозное, жестокое, но — волшебное.

    Дивное время — зима. Морозное, жестокое, но — волшебное.

    — Верные враги · книга
11. «

    ... Девочки, девушки, женщины, старухи и древние развалины посылали вампиру воздушные поцелуи, забрасывая букетами из поздних астр и лентами из кос. Поддавшись общему безумию, я кинула в Лёна огрызком пирожка...

    ... Девочки, девушки, женщины, старухи и древние развалины посылали вампиру воздушные поцелуи, забрасывая букетами из поздних астр и лентами из кос. Поддавшись общему безумию, я кинула в Лёна огрызком пирожка...

    — Вольха Редная · книга
12. «

    Всё должно быть по-честному — или не быть вообще.

    Всё должно быть по-честному — или не быть вообще.

    — Верные враги · книга
13. «

    <...> смерть остается смертью, даже если обозвать её реинкарнацией с потерей памяти. И привлекательнее от этого не кажется.

    <...> смерть остается смертью, даже если обозвать её реинкарнацией с потерей памяти. И привлекательнее от этого не кажется.

    — Верные враги · книга
14. «

    — Я предпочитаю неопытного друга опытному чужаку, — сказал, как отрезал, Лён.

    — Я предпочитаю неопытного друга опытному чужаку, — сказал, как отрезал, Лён.

    — Лён · книга
15. «

    Друг должен быть другом, а враг — врагом, чтобы ты точно знал, кому не следует подставлять спину, а кто встанет за ней каменной стеной.

    Друг должен быть другом, а враг — врагом, чтобы ты точно знал, кому не следует подставлять спину, а кто встанет за ней каменной стеной.

    — Верные враги · книга
16. «

    Жить, чтобы выбрать. Не самого красивого, но самого надежного. Кому без стыда покорится сильная и без опаски доверится слабая. Кто продолжит тебя и продолжится в тебе.

    Жить, чтобы выбрать. Не самого красивого, но самого надежного. Кому без стыда покорится сильная и без опаски доверится слабая. Кто продолжит тебя и продолжится в тебе.

    — Верные враги · книга
17. «

    — А я тебе о чём битый час толкую?! — Мне просто не нравится слушать внутренний голос в твоём исполнении.

    — А я тебе о чём битый час толкую?! — Мне просто не нравится слушать внутренний голос в твоём исполнении.

    — Верные враги · книга
18. «

    ... потому-то только люди ставят любви условия.

    ... потому-то только люди ставят любви условия.

    — Верные враги · книга
19. «

    Ты никогда не лжешь, Лён. Но как талантливо не договариваешь!

    Ты никогда не лжешь, Лён. Но как талантливо не договариваешь!

    — Профессия: ведьма · книга
20. «

    — Я тебе в десятый раз повторяю! — Лучше в первый раз подумай.

    — Я тебе в десятый раз повторяю! — Лучше в первый раз подумай.

    — Верные враги · книга