527 цитат Ольги Громыко про любовь, время и выбор

Ольга Громыко — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 527 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   – А как же умертвие? – опешил парень. – Если встретишь, скажи, чтобы зашло ко мне попозже.

   – А как же умертвие? – опешил парень. – Если встретишь, скажи, чтобы зашло ко мне попозже.

   — Верховная ведьма · книга
2. «

   — Но нам кажется, что цель у нее была совсем другая! — поспешно добавила девушка. — И какая же? — Похоже, она хотела похитить Теда! — На опыты? — Голос у полицейского стал совсем ласковый, живо напомнив приятелям о Лике.

   — Но нам кажется, что цель у нее была совсем другая! — поспешно добавила девушка. — И какая же? — Похоже, она хотела похитить Теда! — На опыты? — Голос у полицейского стал совсем ласковый, живо напомнив приятелям о Лике.

   — Полина · книга
3. «

   Породистые — они все такие, бестолковые. Их же не по мозгам отбирают, а по всяким там стандартам — чтоб усы погуще или хвост подлиннее, а что у них в черепушках, заводчиков не интересует.

   Породистые — они все такие, бестолковые. Их же не по мозгам отбирают, а по всяким там стандартам — чтоб усы погуще или хвост подлиннее, а что у них в черепушках, заводчиков не интересует.

   — Теодор · книга
4. «

   — Нет! Просто у центавриан на него зуб, нас три недели назад на Маяке такая же тарелка подрезала! — Тогда почему у них на вас, а не у вас на них? — Ну… мы их потом немножко погоняли, — смущенно признался Теодор.

   — Нет! Просто у центавриан на него зуб, нас три недели назад на Маяке такая же тарелка подрезала! — Тогда почему у них на вас, а не у вас на них? — Ну… мы их потом немножко погоняли, — смущенно признался Теодор.

   — Теодор · книга
5. «

   Душераздирающий, с подвыванием стон сменился протяжным всхлипом, преисполненным страдания. За закрытой дверью и задёрнутыми занавесками неприметного домишки в глухом переулке безжалостно истязали человека, причем за его же деньги. На дверной ручке висела табличка с надписью «Обождите», но ко мне, разумеется, это не относилось. - Кричите, кричите, не отвлекайтесь, — вежливо сказала я, проходя мимо удобного, но исключительно непритягательного кресла. Клиент смутился и замолчал, лекарь же счёл мой приход прекрасным поводом сделать перерыв и сменить инструмент.

   Душераздирающий, с подвыванием стон сменился протяжным всхлипом, преисполненным страдания. За закрытой дверью и задёрнутыми занавесками неприметного домишки в глухом переулке безжалостно истязали человека, причем за его же деньги. На дверной ручке висела табличка с надписью «Обождите», но ко мне, разумеется, это не относилось. - Кричите, кричите, не отвлекайтесь, — вежливо сказала я, проходя мимо удобного, но исключительно непритягательного кресла. Клиент смутился и замолчал, лекарь же счёл мой приход прекрасным поводом сделать перерыв и сменить инструмент.

   — Шелена · книга
6. «

   — Эй, цыпа, ты куда? — Топиться. — А-а-а... Эй, постой! Заодно воды набери!

   — Эй, цыпа, ты куда? — Топиться. — А-а-а... Эй, постой! Заодно воды набери!

   — Вольха Редная · книга
7. «

   Ну, что это за глупое женское стремление нравиться всем мужчинам без исключения, даже врагам? Терпеть его не могу... но и перебороть не получается.

   Ну, что это за глупое женское стремление нравиться всем мужчинам без исключения, даже врагам? Терпеть его не могу... но и перебороть не получается.

   — Верные враги · книга
8. «

   Мало кто знает, что серыми бывают не только мышки.

   Мало кто знает, что серыми бывают не только мышки.

   — Верные враги · книга
9. «

   Но мама «всего лишь» беспокоилась о благополучии ненаглядной дочурки, вынося ей мозг нотациями на тему «как выжить в открытом космосе, не потеряв здоровья, рассудка и девственности» (насчет последнего Полина скромно отмалчивалась).

   Но мама «всего лишь» беспокоилась о благополучии ненаглядной дочурки, вынося ей мозг нотациями на тему «как выжить в открытом космосе, не потеряв здоровья, рассудка и девственности» (насчет последнего Полина скромно отмалчивалась).

   — Космопсихолухи · книга
10. «

    Все устаканится, все сложится, Судьба повозку тронет в путь, И мы – такие невозможные — В пути притремся как-нибудь.

    Все устаканится, все сложится, Судьба повозку тронет в путь, И мы – такие невозможные — В пути притремся как-нибудь.

    — Андрей Уланов · книга
11. «

    ... Если перед боем сам себе настроение не поднимешь, враг об этом тем более не позаботится.

    ... Если перед боем сам себе настроение не поднимешь, враг об этом тем более не позаботится.

    — Цветок камалейника · книга
12. «

    — Тетя, а что вы делаете? — Да вот, камушком любуюсь — Как-то странно вы им любуетесь, прям как моя бабушка дохлой крысой. Она их боится — жуть! Всегда меня зовет, чтобы выкинула, а за это дает пряник или яблоко. Только я не выкидываю, а с друзьями на что-нибудь меняюсь. У них тоже бабушки пугливые есть!

    — Тетя, а что вы делаете? — Да вот, камушком любуюсь — Как-то странно вы им любуетесь, прям как моя бабушка дохлой крысой. Она их боится — жуть! Всегда меня зовет, чтобы выкинула, а за это дает пряник или яблоко. Только я не выкидываю, а с друзьями на что-нибудь меняюсь. У них тоже бабушки пугливые есть!

    — Вольха Редная · книга
13. «

    Я все равно останусь с ним, а он — со мной, и — что там какая-то смерть! — даже брак не разлучит нас...

    Я все равно останусь с ним, а он — со мной, и — что там какая-то смерть! — даже брак не разлучит нас...

    — Вольха Редная · книга
14. «

    — Я — славный, — иронично сообщил Альк. — А я милый. — Жар с нежностью поглядел на подружку. — Я еще и красивый. Значит, я первый.

    — Я — славный, — иронично сообщил Альк. — А я милый. — Жар с нежностью поглядел на подружку. — Я еще и красивый. Значит, я первый.

    — Альк · книга
15. «

    Тихие задумчивые озера с поволокой вечернего тумана, кристальные окошки родников, утоляющие жажду ценой ломоты в зубах, инеистые глыбы льда, задорно журчащие ручьи, а при необходимости — взмученный яростью поток, сметающий всё на своем пути. Вода уступчива и снисходительна, однако не стоит обольщаться. Она может принять любую форму, но удержать ее в горстях ты не сумеешь, как не старайся. Как и удержаться на плаву, если ты — топор. Хороший такой топор, мрачно подумала я, увесистый, прям гномья секира на стальной ручке. Даже не булькнет. Будешь потом ракам справки предъявлять о гидродинамически рассчитанной форме лезвия и облегченном сплаве...

    Тихие задумчивые озера с поволокой вечернего тумана, кристальные окошки родников, утоляющие жажду ценой ломоты в зубах, инеистые глыбы льда, задорно журчащие ручьи, а при необходимости — взмученный яростью поток, сметающий всё на своем пути. Вода уступчива и снисходительна, однако не стоит обольщаться. Она может принять любую форму, но удержать ее в горстях ты не сумеешь, как не старайся. Как и удержаться на плаву, если ты — топор. Хороший такой топор, мрачно подумала я, увесистый, прям гномья секира на стальной ручке. Даже не булькнет. Будешь потом ракам справки предъявлять о гидродинамически рассчитанной форме лезвия и облегченном сплаве...

    — Верные враги · книга
16. «

    Я всегда завидовала людям, которые в лёгкой и доступной форме способны так донести свои мысли, убеждения и мораль, что они дойдут до ВСЕХ, а не только до горстки эстетов, предпочитающих «настоящую литературу». Настоящая — это где все страдают и в конце умирают? Написанная так, что понять и прочувствовать её могут от силы 10% читателей? Причем судя по их отзывам, большая часть из них ничего в ней не поняла, зато гордится и хвастается тем, что сумела ее осилить? (Это я ещё не упоминаю «настоящие» книги, после которых возникает ощущение, будто ты в грязи вымазался, мир дерьмо и все люди сволочи; их поклонники тоже меня презрирают и грозятся сжечь вместе с моими дешёвыми поделками).

    Я всегда завидовала людям, которые в лёгкой и доступной форме способны так донести свои мысли, убеждения и мораль, что они дойдут до ВСЕХ, а не только до горстки эстетов, предпочитающих «настоящую литературу». Настоящая — это где все страдают и в конце умирают? Написанная так, что понять и прочувствовать её могут от силы 10% читателей? Причем судя по их отзывам, большая часть из них ничего в ней не поняла, зато гордится и хвастается тем, что сумела ее осилить? (Это я ещё не упоминаю «настоящие» книги, после которых возникает ощущение, будто ты в грязи вымазался, мир дерьмо и все люди сволочи; их поклонники тоже меня презрирают и грозятся сжечь вместе с моими дешёвыми поделками).
17. «

    Плазменная винтовка, (Могучее оружие) В руках глупца. А лучше бы наоборот.

    Плазменная винтовка, (Могучее оружие) В руках глупца. А лучше бы наоборот.

    — Киборг Ворон · книга
18. «

    Непонятное желание говорить ему гадости переросло в настоятельную потребность

    Непонятное желание говорить ему гадости переросло в настоятельную потребность

    — Шелена · книга
19. «

    Его почти убили, а капитан, похоже, готов поднять подчиненного даже из гроба, чтобы заставить на себя вкалывать!

    Его почти убили, а капитан, похоже, готов поднять подчиненного даже из гроба, чтобы заставить на себя вкалывать!

    — Фрэнк · книга
20. «

    Завтрак прошёл в атмосфере всеобщего уважения и предельной вежливости, как в президентском дворце после подписания мирного договора с заолтанцами (мирным он стал совершенно случайно, и обе стороны боялись лишний раз дыхнуть в сторону друг друга, чтобы не обнулить успешные переговоры).

    Завтрак прошёл в атмосфере всеобщего уважения и предельной вежливости, как в президентском дворце после подписания мирного договора с заолтанцами (мирным он стал совершенно случайно, и обе стороны боялись лишний раз дыхнуть в сторону друг друга, чтобы не обнулить успешные переговоры).

    — Космопсихолухи · книга