539 цитат Оноре де Бальзака: от иронии до философии

Подборка из 539 цитат Оноре де Бальзака: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Благородные люди легче прощают обиду, нанесенную им самим, чем несправедливость вообще.

   Благородные люди легче прощают обиду, нанесенную им самим, чем несправедливость вообще.
2. «

   Желать сжигает нас, а мочь — разрушает, но знать даёт нашему слабому организму вечно пребывать в спокойном состоянии.

   Желать сжигает нас, а мочь — разрушает, но знать даёт нашему слабому организму вечно пребывать в спокойном состоянии.

   — Хозяин лавки древностей (антиквар) · книга
3. «

   Он всего лишь талантливый человек, у которого нет ни покровителей, ни друзей, ни соломенного тюфяка, ни навеса, чтобы укрыться от дождя, — настоящий социальный нуль, бесполезный государству.

   Он всего лишь талантливый человек, у которого нет ни покровителей, ни друзей, ни соломенного тюфяка, ни навеса, чтобы укрыться от дождя, — настоящий социальный нуль, бесполезный государству.

   — Шагреневая кожа · книга
4. «

   Я никогда не утомляю своего организма и потому все еще отличаюсь крепким здоровьем.

   Я никогда не утомляю своего организма и потому все еще отличаюсь крепким здоровьем.

   — Старик · книга
5. «

   В отсутствие отца Евгения имела счастье открыто заняться возлюбленным своим кузеном, безбоязненно излить на него сокровища своей жалости — одного из высочайших проявлений превосходства женщины, единственного, какое она желала бы дать почувствовать любимому, единственного, где она считает простительным если мужчина допускает, чтоб над ним взяли верх.

   В отсутствие отца Евгения имела счастье открыто заняться возлюбленным своим кузеном, безбоязненно излить на него сокровища своей жалости — одного из высочайших проявлений превосходства женщины, единственного, какое она желала бы дать почувствовать любимому, единственного, где она считает простительным если мужчина допускает, чтоб над ним взяли верх.

   — Евгения Гранде · книга
6. «

   Он был бы смелым, если бы не любил так сильно; чем выше он ценит счастье, которое могла бы дать ему женщина, тем меньше надеется его добиться.

   Он был бы смелым, если бы не любил так сильно; чем выше он ценит счастье, которое могла бы дать ему женщина, тем меньше надеется его добиться.

   — Покинутая женщина · книга
7. «

   Мужчина находит в недостатках любимой женщины лишь основания ещё больше её любить.

   Мужчина находит в недостатках любимой женщины лишь основания ещё больше её любить.
8. «

   Человек — шут, танцующий над пропастью!

   Человек — шут, танцующий над пропастью!

   — Шагреневая кожа · книга
9. «

   — Убить того, кого любишь? — спросила она тихо. — Конечно, если он разлюбил.

   — Убить того, кого любишь? — спросила она тихо. — Конечно, если он разлюбил.

   — Мари · книга
10. «

    Борьба не страшила меня, но я не хотел умереть, не изведав счастья взаимной любви.

    Борьба не страшила меня, но я не хотел умереть, не изведав счастья взаимной любви.

    — Феликс де Ванденес · книга
11. «

    Влюбленный хочет нарядить свою возлюбленную в шелка, облечь её в мягкие ткани Востока, а чаще всего обладает ею на убогой постели. Честолюбец, мечтая о власти, пресмыкается в грязи раболепства. Торговец дышит сырым, нездоровым воздухом в своей лавчонке, чтобы воздвигнуть обширный особняк, откуда его сын, наследник скороспелого богатства, будет изгнан, проиграв тяжбу против родного брата.

    Влюбленный хочет нарядить свою возлюбленную в шелка, облечь её в мягкие ткани Востока, а чаще всего обладает ею на убогой постели. Честолюбец, мечтая о власти, пресмыкается в грязи раболепства. Торговец дышит сырым, нездоровым воздухом в своей лавчонке, чтобы воздвигнуть обширный особняк, откуда его сын, наследник скороспелого богатства, будет изгнан, проиграв тяжбу против родного брата.

    — Шагреневая кожа · книга
12. «

    Любовь — наивный ручеек, что струится по камешкам, меж трав и цветов, но вот ручей становится речкой, рекой, меняет свою природу и вид от каждого нового притока, затем впадает в неизмеримый океан, который умам несовершенным кажется лишь однообразием, а великие души погружает в бесконечное созерцание.

    Любовь — наивный ручеек, что струится по камешкам, меж трав и цветов, но вот ручей становится речкой, рекой, меняет свою природу и вид от каждого нового притока, затем впадает в неизмеримый океан, который умам несовершенным кажется лишь однообразием, а великие души погружает в бесконечное созерцание.

    — Рафаэль де Валентен · книга
13. «

    Страсти, не находя выхода, мельчают, возвеличивая малое.

    Страсти, не находя выхода, мельчают, возвеличивая малое.

    — Утраченные иллюзии · книга
14. «

    Сердце человеческое нуждается в отдыхе, когда поднимается на вершины привязанности, но редко останавливается на крутом склоне враждебных чувств.

    Сердце человеческое нуждается в отдыхе, когда поднимается на вершины привязанности, но редко останавливается на крутом склоне враждебных чувств.

    — Отец Горио · книга
15. «

    Любовь живет лишь доверием.

    Любовь живет лишь доверием.

    — Лилия долины · книга
16. «

    Мы собственные свои судьи, палачи на службе у справедливости, которая царит на земле и которая выше суда людского и ниже суда божьего.

    Мы собственные свои судьи, палачи на службе у справедливости, которая царит на земле и которая выше суда людского и ниже суда божьего.

    — Рафаель · книга
17. «

    Деньги обретают значение лишь с той минуты, когда исчезает чувство.

    Деньги обретают значение лишь с той минуты, когда исчезает чувство.

    — Дельфина · книга
18. «

    Все бедные доли — сестры, у них одинаковый язык, одинаковое великодушие — великодушие тех, кто ничего не имея, щедр на чувство и жертвует своим временем и собою самим.

    Все бедные доли — сестры, у них одинаковый язык, одинаковое великодушие — великодушие тех, кто ничего не имея, щедр на чувство и жертвует своим временем и собою самим.

    — Рафаель · книга
19. «

    Куда ухожу — не знаю, но ухожу отсюда.

    Куда ухожу — не знаю, но ухожу отсюда.

    — Дервиль · книга
20. «

    Есть что-то великое и ужасное в самоубийстве. Для большинства людей падение не страшно, как для детей, которые падают с такой малой высоты, что не ушибаются, но когда разбился великий человек, то это значит, что он упал с большой высоты, что он поднялся до небес и узрел некий недоступный рай.

    Есть что-то великое и ужасное в самоубийстве. Для большинства людей падение не страшно, как для детей, которые падают с такой малой высоты, что не ушибаются, но когда разбился великий человек, то это значит, что он упал с большой высоты, что он поднялся до небес и узрел некий недоступный рай.

    — Шагреневая кожа · книга