79 цитат Осипа Мандельштама для поста и дневника

Ниже 79 цитат Осипа Мандельштама — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Свобода — это вам не хрупкая графиня, Жеманница из Сен-Жермен, С черненной бровкою и ротиком в кармине И томной слабостью колен, - Нет, это женщина грудастая, большая, Чей голос груб и власть сильна, Она смугла лицом, и, бедрами качая, Проходит площадью она. Ей нравится народ могучий и крикливый, И барабанный перекат, Пороховой дымок и дальние наплывы, Колоколов густой набат. Ее любовники простонародной масти, И чресла сильные свои Для сильных бережет и не боится власти Рук, не отмытых от крови.

   Свобода — это вам не хрупкая графиня, Жеманница из Сен-Жермен, С черненной бровкою и ротиком в кармине И томной слабостью колен, - Нет, это женщина грудастая, большая, Чей голос груб и власть сильна, Она смугла лицом, и, бедрами качая, Проходит площадью она. Ей нравится народ могучий и крикливый, И барабанный перекат, Пороховой дымок и дальние наплывы, Колоколов густой набат. Ее любовники простонародной масти, И чресла сильные свои Для сильных бережет и не боится власти Рук, не отмытых от крови.
2. «

   Жизнь упала, как зарница, Как в стакан воды — ресница. Изолгавшись на корню, Никого я не виню.

   Жизнь упала, как зарница, Как в стакан воды — ресница. Изолгавшись на корню, Никого я не виню.
3. «

   Логика есть царство неожиданности.

   Логика есть царство неожиданности.
4. «

   Бессонница. Гомер. Тугие паруса. Я список кораблей прочёл до середины: Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный, Что над Элладою когда-то поднялся.

   Бессонница. Гомер. Тугие паруса. Я список кораблей прочёл до середины: Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный, Что над Элладою когда-то поднялся.
5. «

   Где милая Троя? Где царский, где девичий дом? Он будет разрушен, высокий Приамов скворешник. И падают стрелы сухим деревянным дождем, И стрелы другие растут на земле, как орешник.

   Где милая Троя? Где царский, где девичий дом? Он будет разрушен, высокий Приамов скворешник. И падают стрелы сухим деревянным дождем, И стрелы другие растут на земле, как орешник.
6. «

   Чего ты жалуешься, поэзию уважают только у нас — за неё убивают. Ведь больше нигде за поэзию не убивают...

   Чего ты жалуешься, поэзию уважают только у нас — за неё убивают. Ведь больше нигде за поэзию не убивают...
7. «

   Я наравне с другими Хочу тебе служить, От ревности сухими Губами ворожить. Не утоляет слово Мне пересохших уст, И без тебя мне снова Дремучий воздух пуст.

   Я наравне с другими Хочу тебе служить, От ревности сухими Губами ворожить. Не утоляет слово Мне пересохших уст, И без тебя мне снова Дремучий воздух пуст.
8. «

   Скудный луч холодной мерою Сеет свет в сыром лесу. Я печаль, как птицу серую, В сердце медленно несу.

   Скудный луч холодной мерою Сеет свет в сыром лесу. Я печаль, как птицу серую, В сердце медленно несу.
9. «

   А мог бы жизнь просвистать скворцом, Заесть ореховым пирогом... Да, видно, нельзя никак.

   А мог бы жизнь просвистать скворцом, Заесть ореховым пирогом... Да, видно, нельзя никак.
10. «

    Не спрашивай: ты знаешь, Что нежность безотчётна, И как ты называешь Мой трепет — всё равно;

    Не спрашивай: ты знаешь, Что нежность безотчётна, И как ты называешь Мой трепет — всё равно;
11. «

    Мастерица виноватых взоров, Маленьких держательница плеч! Усмирен мужской опасный норов, Не звучит утопленница-речь. .... Маком бровки мечен путь опасный... Что же мне, как янычару, люб Этот крошечный, летуче-красный, Этот жалкий полумесяц губ?..

    Мастерица виноватых взоров, Маленьких держательница плеч! Усмирен мужской опасный норов, Не звучит утопленница-речь. .... Маком бровки мечен путь опасный... Что же мне, как янычару, люб Этот крошечный, летуче-красный, Этот жалкий полумесяц губ?..
12. «

    В Европе холодно. В Италии темно. Власть отвратительна, как руки брадобрея...

    В Европе холодно. В Италии темно. Власть отвратительна, как руки брадобрея...
13. «

    У исторических событий нет режиссёра.

    У исторических событий нет режиссёра.
14. «

    Воздух пасмурный влажен и гулок; Хорошо и не страшно в лесу. Легкий крест одиноких прогулок Я покорно опять понесу.

    Воздух пасмурный влажен и гулок; Хорошо и не страшно в лесу. Легкий крест одиноких прогулок Я покорно опять понесу.
15. «

    Ещё меня ругают за глаза на языке трамвайных перебранок, в котором нет ни смысла, ни аза: — Такой-сякой! — Ну что ж, я извиняюсь, Но в глубине ничуть не изменяюсь...

    Ещё меня ругают за глаза на языке трамвайных перебранок, в котором нет ни смысла, ни аза: — Такой-сякой! — Ну что ж, я извиняюсь, Но в глубине ничуть не изменяюсь...
16. «

    Я вернулся в мой город, знакомый до слез, До прожилок, до детских припухлых желез.

    Я вернулся в мой город, знакомый до слез, До прожилок, до детских припухлых желез.
17. «

    Если грустишь, что тебе задолжал я одиннадцать тысяч, Помни, что двадцать одну мог я тебе задолжать.

    Если грустишь, что тебе задолжал я одиннадцать тысяч, Помни, что двадцать одну мог я тебе задолжать.
18. «

    Только детские книги читать, Только детские думы лелеять, Все большое далеко развеять, Из глубокой печали восстать.

    Только детские книги читать, Только детские думы лелеять, Все большое далеко развеять, Из глубокой печали восстать.
19. «

    В Петрополе прозрачном мы умрём, Где властвует над нами Прозерпина. Мы в каждом вздохе смертный воздух пьем, И каждый час нам смертная година.

    В Петрополе прозрачном мы умрём, Где властвует над нами Прозерпина. Мы в каждом вздохе смертный воздух пьем, И каждый час нам смертная година.
20. «

    Нет, не луна, а светлый циферблат Сияет мне, — и чем я виноват, Что слабых звёзд я осязаю млечность?

    Нет, не луна, а светлый циферблат Сияет мне, — и чем я виноват, Что слабых звёзд я осязаю млечность?