Поль Верлен — 33 цитаты с глубоким смыслом

Ниже 33 цитаты Поля Верлена — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В любой любви есть капля яда, Любовь прошла — в душе досада, И горечь сердце обожгла. Взять, например, любовь сыновью, Супружескую или вдовью, И вместе с братскою любовью Любовь к отчизне и сословью - Любая жалит, как пчела.

   В любой любви есть капля яда, Любовь прошла — в душе досада, И горечь сердце обожгла. Взять, например, любовь сыновью, Супружескую или вдовью, И вместе с братскою любовью Любовь к отчизне и сословью - Любая жалит, как пчела.
2. «

   О, прислушайтесь: не для того ли Плачет песня, чтоб вам полюбиться, Плачет так, как по моху струится Ключ студеный в лесу или в поле.

   О, прислушайтесь: не для того ли Плачет песня, чтоб вам полюбиться, Плачет так, как по моху струится Ключ студеный в лесу или в поле.
3. «

   Les sanglots longs Des violons De l'automne Blessent mon coeur D'une langueur Monotone.

   Les sanglots longs Des violons De l'automne Blessent mon coeur D'une langueur Monotone.
4. «

   Меня не веселит ничто в тебе. Природа: Ни хлебные поля, ни отзвук золотой Пастушеских рогов, ни утренней порой Заря, ни красота печального захода.

   Меня не веселит ничто в тебе. Природа: Ни хлебные поля, ни отзвук золотой Пастушеских рогов, ни утренней порой Заря, ни красота печального захода.
5. «

   Я знаю: я — пред неизбежным, Пред чем-то горьким и ужасным.

   Я знаю: я — пред неизбежным, Пред чем-то горьким и ужасным.
6. «

   О господи! Любовь твоя, как меч, И до сих пор моя трепещет рана. О господи! Любовь твоя, как меч!

   О господи! Любовь твоя, как меч, И до сих пор моя трепещет рана. О господи! Любовь твоя, как меч!
7. «

   Полна теней и черных домино Твоя душа — уединенный сад, Где звуки струн и смех, и все равно Почти печален этот маскарад.

   Полна теней и черных домино Твоя душа — уединенный сад, Где звуки струн и смех, и все равно Почти печален этот маскарад.
8. «

   Мало в дни стыда и скуки Сочетать сердца и руки, Нужно души повенчать - Две отваги одиноких, Чтоб удары бурь жестоких Вместе на себя принять.

   Мало в дни стыда и скуки Сочетать сердца и руки, Нужно души повенчать - Две отваги одиноких, Чтоб удары бурь жестоких Вместе на себя принять.
9. «

   По вялости своей — иль в простоте сердечной Иые любят лес за то, что им сродни Покой и тишина; как счастливы они! Мечтателям он мил таинственностью вечной.

   По вялости своей — иль в простоте сердечной Иые любят лес за то, что им сродни Покой и тишина; как счастливы они! Мечтателям он мил таинственностью вечной.
10. «

    Les roses étaient toutes rouges Et les lierres étaient tout noirs.

    Les roses étaient toutes rouges Et les lierres étaient tout noirs.
11. «

    Целуемые хрупкою рукой, Мерцают переливы клавесина, Расцвечивая сумрак городской. И слабый отзвук, милый и старинный. Так оробело бродит по гостиной, Где все сквозит разлукой и тоской.

    Целуемые хрупкою рукой, Мерцают переливы клавесина, Расцвечивая сумрак городской. И слабый отзвук, милый и старинный. Так оробело бродит по гостиной, Где все сквозит разлукой и тоской.
12. «

    Car vraiment j'ai souffert beaucoup! Débusqué, traqué comme un loup Qui n'en peut plus d'errer en chasse Du bon repos, du sûr abri, Et qui fait des bonds de cabri Sous les coups de toute une race. La Haine et l'Envie et l'Argent, Bons limiers au flair diligent, M'entourent, me serrent. Ca dure Depuis des jours, depuis des mois, Depuis des ans! Dîner d'émois, Souper d'effrois, pitance dure!

    Car vraiment j'ai souffert beaucoup! Débusqué, traqué comme un loup Qui n'en peut plus d'errer en chasse Du bon repos, du sûr abri, Et qui fait des bonds de cabri Sous les coups de toute une race. La Haine et l'Envie et l'Argent, Bons limiers au flair diligent, M'entourent, me serrent. Ca dure Depuis des jours, depuis des mois, Depuis des ans! Dîner d'émois, Souper d'effrois, pitance dure!
13. «

    Струил закат последний свой багрянец, Еще белел кувшинок грустных глянец. Качавшихся меж лезвий тростника, Под колыбельный лепет ветерка... Я шел, печаль свою сопровождая; Над озером, средь ив плакучих тая, Вставал туман, как призрак самого Отчаянья, и жалобой его Казались диких уток пересвисты, Друг друга звавших над травой росистой.

    Струил закат последний свой багрянец, Еще белел кувшинок грустных глянец. Качавшихся меж лезвий тростника, Под колыбельный лепет ветерка... Я шел, печаль свою сопровождая; Над озером, средь ив плакучих тая, Вставал туман, как призрак самого Отчаянья, и жалобой его Казались диких уток пересвисты, Друг друга звавших над травой росистой.
14. «

    За краткий дар мечты, за милость утешенья, Которые таит взгляд ваших глаз больших, Из недр отчаяний жестоких этот стих - Вам, чья душа чиста и вся — благоволенье.

    За краткий дар мечты, за милость утешенья, Которые таит взгляд ваших глаз больших, Из недр отчаяний жестоких этот стих - Вам, чья душа чиста и вся — благоволенье.
15. «

    В дорогу! Что глядеть назад! Остыл очаг — остался чад. Весна сурова, но сладка И вся — как весть издалека, Что миновали холода И бог терпенья и труда Нас не забыл. Так помолись - И в путь! Надежды заждались!

    В дорогу! Что глядеть назад! Остыл очаг — остался чад. Весна сурова, но сладка И вся — как весть издалека, Что миновали холода И бог терпенья и труда Нас не забыл. Так помолись - И в путь! Надежды заждались!
16. «

    Неяркие зори Окрасили дали, Закат, словно море Вечерней печали, Неверные зори Меня укачали, Забуду о горе В закатной печали.

    Неяркие зори Окрасили дали, Закат, словно море Вечерней печали, Неверные зори Меня укачали, Забуду о горе В закатной печали.
17. «

    Сюда, как в темный лес, едва доходят вести; Кто бережет покой, тому и дела нет До театральных бурь, до натиска газет. Здесь любят, и едят, и верят по старинке, И каждый разодет отнюдь не по картинке. Здесь знают цену вам, работа и досуг, Боятся перемен и действуют не вдруг... Признайся, недурен эдем провинциальный? Ужель тебе милей зловонный и сусальный Дряхлеющий гигант и весь его уклад Горячечный? — скажи, о парижанин-брат?

    Сюда, как в темный лес, едва доходят вести; Кто бережет покой, тому и дела нет До театральных бурь, до натиска газет. Здесь любят, и едят, и верят по старинке, И каждый разодет отнюдь не по картинке. Здесь знают цену вам, работа и досуг, Боятся перемен и действуют не вдруг... Признайся, недурен эдем провинциальный? Ужель тебе милей зловонный и сусальный Дряхлеющий гигант и весь его уклад Горячечный? — скажи, о парижанин-брат?
18. «

    Серенады, разговоры Под поющими ветвями... Сколько пламенного вздора Произносится устами.

    Серенады, разговоры Под поющими ветвями... Сколько пламенного вздора Произносится устами.
19. «

    Подруги юности и молодых желаний! Лазурь лучистых глаз и золото волос! Объятий аромат, благоуханье кос И дерзость робкая пылающих лобзаний!

    Подруги юности и молодых желаний! Лазурь лучистых глаз и золото волос! Объятий аромат, благоуханье кос И дерзость робкая пылающих лобзаний!
20. «

    Прекрасный, слабый пол! Мы столько испытали От этих нежных рук и радостей и бед! Глаза, в чьей глубине животной страсти нет. Мужской звериный пыл нередко укрощали.

    Прекрасный, слабый пол! Мы столько испытали От этих нежных рук и радостей и бед! Глаза, в чьей глубине животной страсти нет. Мужской звериный пыл нередко укрощали.