Поль Верлен — 69 цитат с глубоким смыслом

Ниже 69 цитат Поля Верлена — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Луна проливала свет жестяной, Белила углы, Над готикой крыш, над их крутизной, Дымы завивались, черней смолы.

   Луна проливала свет жестяной, Белила углы, Над готикой крыш, над их крутизной, Дымы завивались, черней смолы.
2. «

   Je ne t’aime pas en toilette Et je déteste la voilette Qui t’obscurcit tes yeux, mes cieux, Et j’abomine la «tournure» Parodie et caricature, De tels tiens appas somptueux.

   Je ne t’aime pas en toilette Et je déteste la voilette Qui t’obscurcit tes yeux, mes cieux, Et j’abomine la «tournure» Parodie et caricature, De tels tiens appas somptueux.
3. «

   О, прислушайтесь: не для того ли Плачет песня, чтоб вам полюбиться, Плачет так, как по моху струится Ключ студеный в лесу или в поле.

   О, прислушайтесь: не для того ли Плачет песня, чтоб вам полюбиться, Плачет так, как по моху струится Ключ студеный в лесу или в поле.
4. «

   Могли бы обратить святых в чертей с рогами И старца дряхлого на путь греха завлечь ее певучая, с чужим акцентом речь, Дразнящий алый рот с зубами-жемчугами.

   Могли бы обратить святых в чертей с рогами И старца дряхлого на путь греха завлечь ее певучая, с чужим акцентом речь, Дразнящий алый рот с зубами-жемчугами.
5. «

   В любой любви есть капля яда, Любовь прошла — в душе досада, И горечь сердце обожгла. Взять, например, любовь сыновью, Супружескую или вдовью, И вместе с братскою любовью Любовь к отчизне и сословью - Любая жалит, как пчела.

   В любой любви есть капля яда, Любовь прошла — в душе досада, И горечь сердце обожгла. Взять, например, любовь сыновью, Супружескую или вдовью, И вместе с братскою любовью Любовь к отчизне и сословью - Любая жалит, как пчела.
6. «

   За утренней мглою Сквозят пустыри Печалью былою Вечерней зари. Печалью былою До края полны Вечерней зарею Рожденные сны.

   За утренней мглою Сквозят пустыри Печалью былою Вечерней зари. Печалью былою До края полны Вечерней зарею Рожденные сны.
7. «

   Жизнь эта жалкая в трудах однообразных Была бы без любви куда как нелегка. Весёлым быть, когда кругом одна тоска, Быть сильным и хиреть во всяких дырах грязных; В огромных городах не слушать шумов разных; Пускай лишь колокол зовет издалека.

   Жизнь эта жалкая в трудах однообразных Была бы без любви куда как нелегка. Весёлым быть, когда кругом одна тоска, Быть сильным и хиреть во всяких дырах грязных; В огромных городах не слушать шумов разных; Пускай лишь колокол зовет издалека.
8. «

   Эта улица, город — как в призрачном сне, Это будет, а может быть, все это было: В смутный миг все так явственно вдруг проступило - Это солнце в туманной всплыло пелене.

   Эта улица, город — как в призрачном сне, Это будет, а может быть, все это было: В смутный миг все так явственно вдруг проступило - Это солнце в туманной всплыло пелене.
9. «

   Того, что я писал, назад я не беру, Все это думал я и было правдой это, И сохраню я все до дня, когда умру, Былым, нетронутым, в волненьях новых света.

   Того, что я писал, назад я не беру, Все это думал я и было правдой это, И сохраню я все до дня, когда умру, Былым, нетронутым, в волненьях новых света.
10. «

    Hier, on parlait de choses et d’autres, Et mes yeux allaient recherchant les vôtres; Et votre regard recherchait le mien Tandis que courait toujours l’entretien.

    Hier, on parlait de choses et d’autres, Et mes yeux allaient recherchant les vôtres; Et votre regard recherchait le mien Tandis que courait toujours l’entretien.
11. «

    Я шёл, печаль свою сопровождая. Над озером, средь ив плакучих тая, Вставал туман...

    Я шёл, печаль свою сопровождая. Над озером, средь ив плакучих тая, Вставал туман...
12. «

    Печали, Радости, убогие скитальцы! Ты, сердце, что опять, угаснув лишь вчера, Пылаешь, — все прошло; окончена игра! И тени от добыч не удержали пальцы!

    Печали, Радости, убогие скитальцы! Ты, сердце, что опять, угаснув лишь вчера, Пылаешь, — все прошло; окончена игра! И тени от добыч не удержали пальцы!
13. «

    Воспоминанье в Сумерках печали Чуть брезжится на небе, и закат Надежды ярким пламенем объят.

    Воспоминанье в Сумерках печали Чуть брезжится на небе, и закат Надежды ярким пламенем объят.
14. «

    Зов ближнего: во мгле плывут чужие лица; Воюют, женятся, стараются нажиться; Цивилизации неутомимый цирк; Под визги скрипочки плывут чужие лица.

    Зов ближнего: во мгле плывут чужие лица; Воюют, женятся, стараются нажиться; Цивилизации неутомимый цирк; Под визги скрипочки плывут чужие лица.
15. «

    Два месяца уже и долгих две недели Еще! Среди всего, что мучит нас доселе, Быть вдалеке — увы! — гочайшая из бед!

    Два месяца уже и долгих две недели Еще! Среди всего, что мучит нас доселе, Быть вдалеке — увы! — гочайшая из бед!
16. «

    Подруги юности и молодых желаний! Лазурь лучистых глаз и золото волос! Объятий аромат, благоуханье кос И дерзость робкая пылающих лобзаний!

    Подруги юности и молодых желаний! Лазурь лучистых глаз и золото волос! Объятий аромат, благоуханье кос И дерзость робкая пылающих лобзаний!
17. «

    Прошли года, и стих мой буйный пыл, Узнал я жизнь, узнал ее законы. Умею чтить границы и препоны, Но прежних грез своих не разлюбил!

    Прошли года, и стих мой буйный пыл, Узнал я жизнь, узнал ее законы. Умею чтить границы и препоны, Но прежних грез своих не разлюбил!
18. «

    Я пройду по жизни непоколебимо Прямо за судьбой, куда глаза глядят. Я ее приму без торга и нажима. Много будет встреч, и стычек, и засад.

    Я пройду по жизни непоколебимо Прямо за судьбой, куда глаза глядят. Я ее приму без торга и нажима. Много будет встреч, и стычек, и засад.
19. «

    …И в сердце расправа, И дождик с утра, Откуда бы, право, такая хандра…

    …И в сердце расправа, И дождик с утра, Откуда бы, право, такая хандра…
20. «

    Сюда, как в темный лес, едва доходят вести; Кто бережет покой, тому и дела нет До театральных бурь, до натиска газет. Здесь любят, и едят, и верят по старинке, И каждый разодет отнюдь не по картинке. Здесь знают цену вам, работа и досуг, Боятся перемен и действуют не вдруг... Признайся, недурен эдем провинциальный? Ужель тебе милей зловонный и сусальный Дряхлеющий гигант и весь его уклад Горячечный? — скажи, о парижанин-брат?

    Сюда, как в темный лес, едва доходят вести; Кто бережет покой, тому и дела нет До театральных бурь, до натиска газет. Здесь любят, и едят, и верят по старинке, И каждый разодет отнюдь не по картинке. Здесь знают цену вам, работа и досуг, Боятся перемен и действуют не вдруг... Признайся, недурен эдем провинциальный? Ужель тебе милей зловонный и сусальный Дряхлеющий гигант и весь его уклад Горячечный? — скажи, о парижанин-брат?