24 цитаты Проспера Мериме — коротко и по делу

Ниже 24 цитаты Проспера Мериме — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Она лгала, сеньор, она всегда лгала. Я не знаю, сказала ли эта женщина хоть раз в жизни слово правды; но, когда она говорила, я ей верил; это было сильнее меня.

   Она лгала, сеньор, она всегда лгала. Я не знаю, сказала ли эта женщина хоть раз в жизни слово правды; но, когда она говорила, я ей верил; это было сильнее меня.

   — Хосе Наварро · книга
2. «

   Если дать волю низким страстям толпы, то ее уже не уймешь.

   Если дать волю низким страстям толпы, то ее уже не уймешь.

   — Хроника времен Карла IX · книга
3. «

   Такова уж странность человеческого ума, связывать иногда с тягостными впечатлениями ласкающие образы.

   Такова уж странность человеческого ума, связывать иногда с тягостными впечатлениями ласкающие образы.

   — Двойная ошибка · книга
4. «

   Через несколько месяцев после свадьбы все прекрасные качества Шаверни в значительной степени потеряли свою ценность.

   Через несколько месяцев после свадьбы все прекрасные качества Шаверни в значительной степени потеряли свою ценность.

   — Двойная ошибка · книга
5. «

   Он свято верил, что жена питает к нему спокойную дружбу (он слишком был философом, чтобы считать себя любимым, как в первый день супружества), и уверенность эта не доставляла ему ни удовольствия, ни огорчения: он легко примирился бы и с обратным положением.

   Он свято верил, что жена питает к нему спокойную дружбу (он слишком был философом, чтобы считать себя любимым, как в первый день супружества), и уверенность эта не доставляла ему ни удовольствия, ни огорчения: он легко примирился бы и с обратным положением.

   — Двойная ошибка · книга
6. «

   Если бы она углубилась в свои воспоминания, она припомнила бы, что он когда-то был ей приятен, но теперь он казался ей несносным, все в нем отталкивало ее. При взгляде на то, как он ел, пил кофе, говорил, с ней делались нервные судороги.

   Если бы она углубилась в свои воспоминания, она припомнила бы, что он когда-то был ей приятен, но теперь он казался ей несносным, все в нем отталкивало ее. При взгляде на то, как он ел, пил кофе, говорил, с ней делались нервные судороги.

   — Двойная ошибка · книга
7. «

   У нас, женщин, больше чутья, чем у вас; мы по стилю письма сейчас же узнаем, искренен ли писавший его или он разыгрывает страсть.

   У нас, женщин, больше чутья, чем у вас; мы по стилю письма сейчас же узнаем, искренен ли писавший его или он разыгрывает страсть.

   — Этрусская ваза · книга
8. «

   Мужество пробуждается в сложных обстоятельствах.

   Мужество пробуждается в сложных обстоятельствах.

   — Рассказчик · книга
9. «

   Я вспоминаю персидскую газель, где влюбленный воспевает нежную кожу своей возлюбленной. «Когда она пьет красное вино, видно, как оно струится в ее горле».

   Я вспоминаю персидскую газель, где влюбленный воспевает нежную кожу своей возлюбленной. «Когда она пьет красное вино, видно, как оно струится в ее горле».

   — Локис. Рукопись профессора Виттенбаха · книга
10. «

    Волку с собакой не ужиться.

    Волку с собакой не ужиться.

    — Кармен · книга
11. «

    Словом, для того чтобы фанатики бросились резать своих впавших в ересь соотечественников, нужно было кому-нибудь стать во главе их и крикнуть: «Бей!», только и всего.

    Словом, для того чтобы фанатики бросились резать своих впавших в ересь соотечественников, нужно было кому-нибудь стать во главе их и крикнуть: «Бей!», только и всего.

    — Хроника времен Карла IX · книга
12. «

    Я твердо верю, что дьявол, присутствуя невидимкой, подслушивает всегда несчастного, который сам себя мучает. Такое зрелище должно забавлять врага рода человеческого. И как только жертва чувствует, что раны ее подживают, дьявол снова спешит разбередить их.

    Я твердо верю, что дьявол, присутствуя невидимкой, подслушивает всегда несчастного, который сам себя мучает. Такое зрелище должно забавлять врага рода человеческого. И как только жертва чувствует, что раны ее подживают, дьявол снова спешит разбередить их.

    — Этрусская ваза · книга
13. «

    То была странная, дикая красота, лицо, поначалу удивлявшее, которое, однако, невозможно было забыть.

    То была странная, дикая красота, лицо, поначалу удивлявшее, которое, однако, невозможно было забыть.

    — Кармен · книга
14. «

    Женщины и кошки не идут, когда их зовут, и приходят, когда их не звали.

    Женщины и кошки не идут, когда их зовут, и приходят, когда их не звали.
15. «

    Жюли де Шаверни была замужем около шести лет, и вот уже пять с половиной лет, как она поняла, что ей не только невозможно любить мужа, но даже трудно питать к нему хотя бы некоторое уважение.

    Жюли де Шаверни была замужем около шести лет, и вот уже пять с половиной лет, как она поняла, что ей не только невозможно любить мужа, но даже трудно питать к нему хотя бы некоторое уважение.

    — Двойная ошибка · книга
16. «

    В истории я люблю только анекдоты, а из анекдотов предпочитаю такие, в которых, как мне подсказывает воображение, я нахожу правдивую картину нравов и характеров данной эпохи.

    В истории я люблю только анекдоты, а из анекдотов предпочитаю такие, в которых, как мне подсказывает воображение, я нахожу правдивую картину нравов и характеров данной эпохи.

    — Хроника времен Карла IX · книга
17. «

    Я буду с тобою до смерти, да, но жить с тобой я не буду.

    Я буду с тобою до смерти, да, но жить с тобой я не буду.

    — Кармен · книга
18. «

    Тот, кто без повода с нашей стороны разоблачает перед нами свои тайны, обижается обыкновенно, если мы не платим ему тою же монетой.

    Тот, кто без повода с нашей стороны разоблачает перед нами свои тайны, обижается обыкновенно, если мы не платим ему тою же монетой.

    — Этрусская ваза · книга
19. «

    Главным его недостатком была леность. Если бы он заботился о том, чтобы нравиться, ему это, может быть, и удалось бы, но всякое стеснение казалось ему наказанием.

    Главным его недостатком была леность. Если бы он заботился о том, чтобы нравиться, ему это, может быть, и удалось бы, но всякое стеснение казалось ему наказанием.

    — Двойная ошибка · книга
20. «

    Древности намозолили мне глаза; не говорите мне про них: мне дурно делается при одном виде иероглифа.

    Древности намозолили мне глаза; не говорите мне про них: мне дурно делается при одном виде иероглифа.

    — Этрусская ваза · книга