111 цитат Рика Риордана о смысле жизни

Рик Риордан — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 111 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Ты обещал мне, Рыбьи мозги! Мы больше никогда не расстанемся! Никогда! — Ты невозможна! — Я тоже тебя люблю!

   — Ты обещал мне, Рыбьи мозги! Мы больше никогда не расстанемся! Никогда! — Ты невозможна! — Я тоже тебя люблю!

   — Аннабет Чейз · книга
2. «

   Он скинул обувь и продемонстрировал свои козлиные копыта. Я подумал, что Бьянка вот-вот грохнется в обморок. — Гроувер, надень ботинки, — сказала Талия. — Ты ее перепугал! — А чего? Копыта у меня чистые!

   Он скинул обувь и продемонстрировал свои козлиные копыта. Я подумал, что Бьянка вот-вот грохнется в обморок. — Гроувер, надень ботинки, — сказала Талия. — Ты ее перепугал! — А чего? Копыта у меня чистые!

   — Талия · книга
3. «

   — Я здесь, — пообещала Пайпер, наполняя свой голос уверенностью. — Мы обязательно выберемся отсюда. Гигант рассмеялся. — Ребенок Афродиты ведет ребенка Афины! Теперь я видел все. Как же ты победишь меня, девочка? Макияжем и советами по моде?

   — Я здесь, — пообещала Пайпер, наполняя свой голос уверенностью. — Мы обязательно выберемся отсюда. Гигант рассмеялся. — Ребенок Афродиты ведет ребенка Афины! Теперь я видел все. Как же ты победишь меня, девочка? Макияжем и советами по моде?

   — Герои Олимпа. Кровь Олимпа · книга
4. «

   — Ты здорово орудуешь этим ножом! — восхитился я. — Думаешь? — Любой, кто сумел проехаться верхом на фурии, молодец, по-моему.

   — Ты здорово орудуешь этим ножом! — восхитился я. — Думаешь? — Любой, кто сумел проехаться верхом на фурии, молодец, по-моему.

   — Перси Джексон и похититель молний · книга
5. «

   ... Был замечательным парнем в первые тридцать секунд нашего знакомства, а затем проявил себя во всей красе как первоклассный подонок.

   ... Был замечательным парнем в первые тридцать секунд нашего знакомства, а затем проявил себя во всей красе как первоклассный подонок.

   — Перси Джексон · книга
6. «

   — Я люблю завтраки, — сказал Фрэнк. — Если бы я мог, я бы ел одни завтраки. Хотя еда здесь наверняка не такая вкусная, как получается у Хейзел. Хейзел толкнула его в бок локтем, но улыбнулась лукаво. Перси с удовольствием смотрел на эту парочку. Нет, они определенно должны сойтись.

   — Я люблю завтраки, — сказал Фрэнк. — Если бы я мог, я бы ел одни завтраки. Хотя еда здесь наверняка не такая вкусная, как получается у Хейзел. Хейзел толкнула его в бок локтем, но улыбнулась лукаво. Перси с удовольствием смотрел на эту парочку. Нет, они определенно должны сойтись.

   — Фрэнк Чжан · книга
7. «

   Гефест исподлобья уставился на нас. — А вас я не создавал, верно? — Э-э... — сказала Аннабет, — нет, сэр! — Это хорошо, — проворчал бог. — Хреновая работа.

   Гефест исподлобья уставился на нас. — А вас я не создавал, верно? — Э-э... — сказала Аннабет, — нет, сэр! — Это хорошо, — проворчал бог. — Хреновая работа.

   — Перси Джексон и Лабиринт смерти · книга
8. «

   У меня могло подняться настроение только оттого, что мама просто вошла в комнату. Глаза ее искрились и меняли цвет в зависимости от освещения. Улыбка согревала, как теплое стеганое одеяло в холодную ночь. В маминых длинных каштановых волосах появилось несколько седых прядей, но я никогда не считал ее старой. Когда мама смотрела на меня, казалось, что она видит во мне одно только хорошее.

   У меня могло подняться настроение только оттого, что мама просто вошла в комнату. Глаза ее искрились и меняли цвет в зависимости от освещения. Улыбка согревала, как теплое стеганое одеяло в холодную ночь. В маминых длинных каштановых волосах появилось несколько седых прядей, но я никогда не считал ее старой. Когда мама смотрела на меня, казалось, что она видит во мне одно только хорошее.

   — Перси Джексон · книга
9. «

   Избыток любви — это яд, особенно если эта любовь безответная.

   Избыток любви — это яд, особенно если эта любовь безответная.

   — Герои Олимпа. Кровь Олимпа · книга
10. «

    — Но это же все вымысел, — возразил я. — Это мифы, которые создавали, чтобы объяснять молнии, смену времен года, ну и прочее. Это то, во что люди верили, пока не появилась наука. — Наука! — издевательски усмехнулся мистер Д. — А вот скажи мне, Персей Джексон… — Я вздрогнул, потому что он назвал мое настоящее имя, про которое я никогда никому не рассказывал, — что люди будут думать о твоей «науке» через две тысячи лет? А? Назовут ее примитивным «мумбо-юмбо». Вот так. О, как я люблю смертных — у них абсолютно отсутствует чувство перспективы. Они считают, что так далеко-о-о продвинулись во всем…

    — Но это же все вымысел, — возразил я. — Это мифы, которые создавали, чтобы объяснять молнии, смену времен года, ну и прочее. Это то, во что люди верили, пока не появилась наука. — Наука! — издевательски усмехнулся мистер Д. — А вот скажи мне, Персей Джексон… — Я вздрогнул, потому что он назвал мое настоящее имя, про которое я никогда никому не рассказывал, — что люди будут думать о твоей «науке» через две тысячи лет? А? Назовут ее примитивным «мумбо-юмбо». Вот так. О, как я люблю смертных — у них абсолютно отсутствует чувство перспективы. Они считают, что так далеко-о-о продвинулись во всем…

    — Дионис · книга
11. «

    Лео поправил очки и улыбнулся. Он напряг свои бицепсы, хотя и напрягать-то там было почти нечего, и продемонстрировал всем татуировку «ЖЕРЕБЕЦ» Ему удалось привлечь внимание нимф только потому, что все они были ошеломлены; но Нарцисс все еще пялился на собственное отражение. — Вы знаете, насколько уродлив Нарцисс? — спросил Лео толпу. — Он настолько уродлив, что когда родился, его мама подумала, будто он перевернутый кентавр, с лошадиной задницей вместо лица. Некоторые нимфы от удивления пораскрывали рты. Нарцисс нахмурился, будто смутно осознавал, что вокруг его головы летает комарик. — Знаете почему его лук покрыт паутиной? — продолжил Лео. — Потому что он использует его только для того, чтобы пригласить кого-нибудь на свидание, но ему никак это не удается! Одна из нимф рассмеялась. Другие ткнули ее локтем, чтобы она замолчала. Нарцисс повернулся и сердито посмотрел на Лео. — Кто ты? — Я супер мега шашка, чувак! — ответил Лео. — Я — Лео Вальдес, самый плохой парень. А дамы любят плохих парней.

    Лео поправил очки и улыбнулся. Он напряг свои бицепсы, хотя и напрягать-то там было почти нечего, и продемонстрировал всем татуировку «ЖЕРЕБЕЦ» Ему удалось привлечь внимание нимф только потому, что все они были ошеломлены; но Нарцисс все еще пялился на собственное отражение. — Вы знаете, насколько уродлив Нарцисс? — спросил Лео толпу. — Он настолько уродлив, что когда родился, его мама подумала, будто он перевернутый кентавр, с лошадиной задницей вместо лица. Некоторые нимфы от удивления пораскрывали рты. Нарцисс нахмурился, будто смутно осознавал, что вокруг его головы летает комарик. — Знаете почему его лук покрыт паутиной? — продолжил Лео. — Потому что он использует его только для того, чтобы пригласить кого-нибудь на свидание, но ему никак это не удается! Одна из нимф рассмеялась. Другие ткнули ее локтем, чтобы она замолчала. Нарцисс повернулся и сердито посмотрел на Лео. — Кто ты? — Я супер мега шашка, чувак! — ответил Лео. — Я — Лео Вальдес, самый плохой парень. А дамы любят плохих парней.

    — Лео Вальдес · книга
12. «

    Каждый раз, когда они, взвизгивая и хихикая, набрасывались на какого-нибудь бедного пацана, словно стая пираний, у несчастной жертвы оставались ворох лент в волосах и лицо, разрисованное помадой.

    Каждый раз, когда они, взвизгивая и хихикая, набрасывались на какого-нибудь бедного пацана, словно стая пираний, у несчастной жертвы оставались ворох лент в волосах и лицо, разрисованное помадой.

    — Перси Джексон и проклятие титана · книга
13. «

    Автобус накренился, кто-то завизжал. Может, и я.

    Автобус накренился, кто-то завизжал. Может, и я.

    — Перси Джексон · книга
14. «

    — Отец, — сказал Нико, — ты обещал, что Перси не пострадает. Ты сказал, что если я приведу его, то ты расскажешь мне о моем прошлом... о моей маме. Королева Персефона драматично вздохнула. — Мы могли бы не говорить о той женщине в моей присутствии? — Прости, моя голубка, — сказал Аид. — Я должен был ему что-то пообещать. Женщина по-старше фыркнула. — Я предупреждала тебя, дочь. Этот Аид — негодяй и мерзавец. Ты бы могла выйти замуж за бога врачей или бога докторов, но нееееет. Тебе совершенно необходимо было съесть тот гранат.

    — Отец, — сказал Нико, — ты обещал, что Перси не пострадает. Ты сказал, что если я приведу его, то ты расскажешь мне о моем прошлом... о моей маме. Королева Персефона драматично вздохнула. — Мы могли бы не говорить о той женщине в моей присутствии? — Прости, моя голубка, — сказал Аид. — Я должен был ему что-то пообещать. Женщина по-старше фыркнула. — Я предупреждала тебя, дочь. Этот Аид — негодяй и мерзавец. Ты бы могла выйти замуж за бога врачей или бога докторов, но нееееет. Тебе совершенно необходимо было съесть тот гранат.

    — Аид · книга
15. «

    Уж лучше пусть береговая охрана задумается над тем, почему один из нас босой, чем — почему у другого копыта.

    Уж лучше пусть береговая охрана задумается над тем, почему один из нас босой, чем — почему у другого копыта.

    — Перси · книга
16. «

    Ты такой милый, когда беспокоишься.

    Ты такой милый, когда беспокоишься.

    — Аннабет Чейз · книга
17. «

    Не все силы имеют видимое проявление.

    Не все силы имеют видимое проявление.

    — Гестия · книга
18. «

    — Позвольте узнать ваше имя? — спросила она. Взгляд его темных глаз переместился на Пайпер. — Кекроп, первый и вечный царь Афин. Я приветствую вас в моём городе, — он поднял вверх закрытое блюдо. — Также я принёс кекс Бундт. Пайпер посмотрела на своих друзей. — Ловушка? — Возможно, — произнесла Аннабет. — Ну, по крайней мере, он принес десерт, — Перси улыбнулся змееподобным ребятам. — Добро пожаловать на борт!

    — Позвольте узнать ваше имя? — спросила она. Взгляд его темных глаз переместился на Пайпер. — Кекроп, первый и вечный царь Афин. Я приветствую вас в моём городе, — он поднял вверх закрытое блюдо. — Также я принёс кекс Бундт. Пайпер посмотрела на своих друзей. — Ловушка? — Возможно, — произнесла Аннабет. — Ну, по крайней мере, он принес десерт, — Перси улыбнулся змееподобным ребятам. — Добро пожаловать на борт!

    — Пайпер · книга
19. «

    Там очень красиво, особенно зимой! А уж какие там дриады — закачаешься! Стойте, вы не могли бы стереть последнее предложение? Можжевела меня убьет!

    Там очень красиво, особенно зимой! А уж какие там дриады — закачаешься! Стойте, вы не могли бы стереть последнее предложение? Можжевела меня убьет!

    — Гроувер Ундервуд · книга
20. «

    Ужасно обременительно всегда оказываться правым.

    Ужасно обременительно всегда оказываться правым.

    — Таинственный Оракул · книга