73 цитат Рика Риордана, проверенных временем

Рик Риордан — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 73 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Быть героем вовсе не значит быть непобедимым. Это лишь значит, что ты достаточно храбр, чтобы встать и делать то, что нужно.

   Быть героем вовсе не значит быть непобедимым. Это лишь значит, что ты достаточно храбр, чтобы встать и делать то, что нужно.

   — Пайпер Маклин · книга
2. «

   — Так... значит, не мир? — Конечно, нет! Ты так же невыносим, как и Джейсон! Я тут пытаюсь негодовать по поводу того, какие вы все идеальные супергерои и т.д., и т.п. И вдруг ты... ни с того ни с сего начинаешь вести себя, как хороший парень. Как теперь, по-твоему, я должен тебя ненавидеть, если ты извиняешься и обещаешь помочь? Перси слегка улыбнулся уголками губ. — Прости.

   — Так... значит, не мир? — Конечно, нет! Ты так же невыносим, как и Джейсон! Я тут пытаюсь негодовать по поводу того, какие вы все идеальные супергерои и т.д., и т.п. И вдруг ты... ни с того ни с сего начинаешь вести себя, как хороший парень. Как теперь, по-твоему, я должен тебя ненавидеть, если ты извиняешься и обещаешь помочь? Перси слегка улыбнулся уголками губ. — Прости.

   — Перси Джексон · книга
3. «

   Вы наверняка слышали рассказы учителей о волшебном слове «пожалуйста». Так вот, это все ерунда. На самом деле волшебное слово — «тошнит». Никакое другое словечко не позволит тебе так легко выбраться из класса.

   Вы наверняка слышали рассказы учителей о волшебном слове «пожалуйста». Так вот, это все ерунда. На самом деле волшебное слово — «тошнит». Никакое другое словечко не позволит тебе так легко выбраться из класса.

   — Перси Джексон · книга
4. «

   — Я здесь, — пообещала Пайпер, наполняя свой голос уверенностью. — Мы обязательно выберемся отсюда. Гигант рассмеялся. — Ребенок Афродиты ведет ребенка Афины! Теперь я видел все. Как же ты победишь меня, девочка? Макияжем и советами по моде?

   — Я здесь, — пообещала Пайпер, наполняя свой голос уверенностью. — Мы обязательно выберемся отсюда. Гигант рассмеялся. — Ребенок Афродиты ведет ребенка Афины! Теперь я видел все. Как же ты победишь меня, девочка? Макияжем и советами по моде?

   — Герои Олимпа. Кровь Олимпа · книга
5. «

   Перси сжал запястье Аннабет. Его лицо было изможденным, в крови и царапинах, а волосы спутаны паутиной, но когда он встретился с ней взглядом, она подумала, что он никогда не выглядел более красивым. — Мы останемся вместе, — пообещал он. — Мы больше никогда не расстанемся. Никогда.

   Перси сжал запястье Аннабет. Его лицо было изможденным, в крови и царапинах, а волосы спутаны паутиной, но когда он встретился с ней взглядом, она подумала, что он никогда не выглядел более красивым. — Мы останемся вместе, — пообещал он. — Мы больше никогда не расстанемся. Никогда.

   — Перси Джексон · книга
6. «

   Несмотря на счастливое воссоединение, все вели себя спокойнее чем обычно, будто на них повлияло удрученное состояние Лео. Джейсон некогда не задумывался, как много, оказывается, значило чувство юмора Лео для настроения всей команды. Даже в самых сложным ситуациях они всегда могли рассчитывать, что Лео сможет хотя бы немного разрядить обстановку. Теперь же над всем экипажем словно нависло угрюмое облако.

   Несмотря на счастливое воссоединение, все вели себя спокойнее чем обычно, будто на них повлияло удрученное состояние Лео. Джейсон некогда не задумывался, как много, оказывается, значило чувство юмора Лео для настроения всей команды. Даже в самых сложным ситуациях они всегда могли рассчитывать, что Лео сможет хотя бы немного разрядить обстановку. Теперь же над всем экипажем словно нависло угрюмое облако.

   — Герои Олимпа. Дом Аида · книга
7. «

   Сначала был Лука Кастеллан, её первая любовь, который видел в ней лишь младшую сестренку. Вскоре он перешел на сторону зла, а прямо перед смертью понял, что любил Аннабет. Затем появился Перси, раздражающий, но милый, который, казалось, встречался с другой девушкой по имени Рэйчел. А потом он едва не погиб пару раз. Наконец, они начали встречаться, только для того, чтобы он исчез на шесть месяцев и потерял память.

   Сначала был Лука Кастеллан, её первая любовь, который видел в ней лишь младшую сестренку. Вскоре он перешел на сторону зла, а прямо перед смертью понял, что любил Аннабет. Затем появился Перси, раздражающий, но милый, который, казалось, встречался с другой девушкой по имени Рэйчел. А потом он едва не погиб пару раз. Наконец, они начали встречаться, только для того, чтобы он исчез на шесть месяцев и потерял память.

   — Аннабет Чейз · книга
8. «

   Порой смертные бывают ужаснее чудовищ.

   Порой смертные бывают ужаснее чудовищ.

   — Зоя Ночная Тень · книга
9. «

   Калипсо красивее, хотя бы только потому, что она выглядит так, будто ей и в голову не приходила мысль о красоте и она совсем не старалась эту красоту подчёркивать.

   Калипсо красивее, хотя бы только потому, что она выглядит так, будто ей и в голову не приходила мысль о красоте и она совсем не старалась эту красоту подчёркивать.

   — Перси Джексон и Лабиринт смерти · книга
10. «

    Если к вам никогда не кидался взволнованный циклоп в фартук в цветочек и резиновых хозяйственных перчатках, могу сказать одно: бодрит!

    Если к вам никогда не кидался взволнованный циклоп в фартук в цветочек и резиновых хозяйственных перчатках, могу сказать одно: бодрит!

    — Перси Джексон и Лабиринт смерти · книга
11. «

    Аннабет завидовала. Ей всегда хотелось иметь темные волосы. Её никто не воспринимал всерьез как блондинку. Ей приходилось работать вдвое больше, чтобы получить признание в качестве стратега, архитектора, старшего советника — со всем, что связано с мозгом.

    Аннабет завидовала. Ей всегда хотелось иметь темные волосы. Её никто не воспринимал всерьез как блондинку. Ей приходилось работать вдвое больше, чтобы получить признание в качестве стратега, архитектора, старшего советника — со всем, что связано с мозгом.

    — Аннабет Чейз · книга
12. «

    Добрый поступок, случается, имеет такую же силу, как и меч.

    Добрый поступок, случается, имеет такую же силу, как и меч.

    — Дионис · книга
13. «

    ... Был замечательным парнем в первые тридцать секунд нашего знакомства, а затем проявил себя во всей красе как первоклассный подонок.

    ... Был замечательным парнем в первые тридцать секунд нашего знакомства, а затем проявил себя во всей красе как первоклассный подонок.

    — Перси Джексон · книга
14. «

    Гефест исподлобья уставился на нас. — А вас я не создавал, верно? — Э-э... — сказала Аннабет, — нет, сэр! — Это хорошо, — проворчал бог. — Хреновая работа.

    Гефест исподлобья уставился на нас. — А вас я не создавал, верно? — Э-э... — сказала Аннабет, — нет, сэр! — Это хорошо, — проворчал бог. — Хреновая работа.

    — Перси Джексон и Лабиринт смерти · книга
15. «

    Страх нельзя обосновать логически. Как и ненависть. Это как любовь. Практически одинаковые эмоции. Именно поэтому Арес и Афродита так нравятся друг другу. Их сыновья-близнецы — Страх и Ужас — стали порождениями как войны, так и любви.

    Страх нельзя обосновать логически. Как и ненависть. Это как любовь. Практически одинаковые эмоции. Именно поэтому Арес и Афродита так нравятся друг другу. Их сыновья-близнецы — Страх и Ужас — стали порождениями как войны, так и любви.

    — Пайпер · книга
16. «

    Каждый раз, стоило мелькнуть мысли о том, чтобы сдаться, позволить себе упасть и умереть, он протягивал руку и сжимал ладонь Аннабет, только чтобы напомнить себе, что в мире еще осталось тепло.

    Каждый раз, стоило мелькнуть мысли о том, чтобы сдаться, позволить себе упасть и умереть, он протягивал руку и сжимал ладонь Аннабет, только чтобы напомнить себе, что в мире еще осталось тепло.

    — Перси Джексон · книга
17. «

    — Но как можно похитить бессмертную богиню? Разве такое возможно? — Ну да, вообще-то. В смысле, Персефону же похитили. — Ну, так она же была богиней цветочков или типа того. Гроувер, похоже, обиделся: — Богиней весны!

    — Но как можно похитить бессмертную богиню? Разве такое возможно? — Ну да, вообще-то. В смысле, Персефону же похитили. — Ну, так она же была богиней цветочков или типа того. Гроувер, похоже, обиделся: — Богиней весны!

    — Перси Джексон · книга
18. «

    — Знаешь, — начала Аннабет, — Лео не имел в виду ничего такого. У него просто слишком длинный язык. Когда люди заставляют его нервничать, он использует юмор для самозащиты.

    — Знаешь, — начала Аннабет, — Лео не имел в виду ничего такого. У него просто слишком длинный язык. Когда люди заставляют его нервничать, он использует юмор для самозащиты.

    — Аннабет Чейз · книга
19. «

    — ... Через Лабиринт можно попасть куда угодно. — Если только не заблудишься, — буркнул Гроувер. — И не умрешь страшной смертью. — Гроувер, ну должен же быть способ!-возразила Аннабет. У меня сложилось впечатление, что этот разговор они ведут не впервые. — Кларисса-то выжила. — И то чудом! — сказал Гроувер. — А тот парень... — Он сошел с ума. Но не умер же? — Ага, замечательно! — у Гроувера задрожала нижняя губа. — Это так утешает!

    — ... Через Лабиринт можно попасть куда угодно. — Если только не заблудишься, — буркнул Гроувер. — И не умрешь страшной смертью. — Гроувер, ну должен же быть способ!-возразила Аннабет. У меня сложилось впечатление, что этот разговор они ведут не впервые. — Кларисса-то выжила. — И то чудом! — сказал Гроувер. — А тот парень... — Он сошел с ума. Но не умер же? — Ага, замечательно! — у Гроувера задрожала нижняя губа. — Это так утешает!

    — Гроувер Ундервуд · книга
20. «

    Избыток любви — это яд, особенно если эта любовь безответная.

    Избыток любви — это яд, особенно если эта любовь безответная.

    — Герои Олимпа. Кровь Олимпа · книга