Роберт Льюис Стивенсон: 59 фраз, которые разошлись на цитаты

Роберт Льюис Стивенсон — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 59 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Мир скучен для скучных людей.

   Мир скучен для скучных людей.
2. «

   Я и сам не знаю, из-за чего я сражался! Но так уж водится в английском королевстве, что, если бедный джентельмен не сражается на одной стороне, он непременно должен сражаться на другой.

   Я и сам не знаю, из-за чего я сражался! Но так уж водится в английском королевстве, что, если бедный джентельмен не сражается на одной стороне, он непременно должен сражаться на другой.

   — Ричард Шелтон · книга
3. «

   Таким образом все наталкивало на единственно возможный вывод: Я постепенно утрачивал связь с моим первым и лучшим «Я» и мало по-малому начинал полностью сливаться со второй и худшей частью моего существа. Я понял, что должен выбрать между ними раз и навсегда...

   Таким образом все наталкивало на единственно возможный вывод: Я постепенно утрачивал связь с моим первым и лучшим «Я» и мало по-малому начинал полностью сливаться со второй и худшей частью моего существа. Я понял, что должен выбрать между ними раз и навсегда...

   — Доктор Джекил · книга
4. «

   Вначале женщине нужно, чтобы ей повиновались, и только потом она сама начинает находить особое наслаждение в покорности.

   Вначале женщине нужно, чтобы ей повиновались, и только потом она сама начинает находить особое наслаждение в покорности.

   — Клуб самоубийц · книга
5. «

   Жизнь наша коротка и ненадежна, зачем бежать ее приятностей? Надо цепляться за всякую малость, которую можно урвать у жизни, как цепляется человек за край обрыва над пропастью. Если вдуматься, так каждый миг нашей жизни — обрыв, крутой обрыв, и кто сорвется вниз этой крутизны, тот потеряет всякое подобие человеческое.

   Жизнь наша коротка и ненадежна, зачем бежать ее приятностей? Надо цепляться за всякую малость, которую можно урвать у жизни, как цепляется человек за край обрыва над пропастью. Если вдуматься, так каждый миг нашей жизни — обрыв, крутой обрыв, и кто сорвется вниз этой крутизны, тот потеряет всякое подобие человеческое.

   — Маркхейм · книга
6. «

   Благополучно проделывать путь — важнее, чем прибыть в пункт назначения.

   Благополучно проделывать путь — важнее, чем прибыть в пункт назначения.
7. «

   Тридцать лет я плавал по морям,-сказал он.­ Видел и плохое и хорошее — и штили, и штормы. И голод, и поножовщину, и мало ли что еще, но поверь мне, ни разу не видел я, чтобы добродетель приносила чело­веку хоть какую-нибудь пользу. Прав тот, кто ударит первый. Мертвые не кусаются. Вот и вся моя вера. Аминь!

   Тридцать лет я плавал по морям,-сказал он.­ Видел и плохое и хорошее — и штили, и штормы. И голод, и поножовщину, и мало ли что еще, но поверь мне, ни разу не видел я, чтобы добродетель приносила чело­веку хоть какую-нибудь пользу. Прав тот, кто ударит первый. Мертвые не кусаются. Вот и вся моя вера. Аминь!

   — Пират · книга
8. «

   Чтобы прожить вместе всю жизнь и при этом ухитриться друг другу до смерти не надоесть, необходим талант, и немалый.

   Чтобы прожить вместе всю жизнь и при этом ухитриться друг другу до смерти не надоесть, необходим талант, и немалый.
9. «

   Рано или поздно каждый садится за банкетный стол последствий своих поступков.

   Рано или поздно каждый садится за банкетный стол последствий своих поступков.
10. «

    Любовь отнюдь не самая сильная из страстей. Страх — вот сильнейшая страсть человека. Играйте страхом, если вы хотите испытать острейшее наслаждение в жизни.

    Любовь отнюдь не самая сильная из страстей. Страх — вот сильнейшая страсть человека. Играйте страхом, если вы хотите испытать острейшее наслаждение в жизни.

    — Клуб самоубийц · книга
11. «

    Я терпеть не могу расспросов: в наведении справок есть какой-то привкус Судного дня. Задать вопрос это словно столкнуть камень с горы: вы сидите себе спокойненько на ее вершине, а камень катится вниз, увлекает за собой другие камни; какой-нибудь безобидный старикашка, которого у вас и в мыслях не было, копается у себя в садике, и все это обрушивается на него, а семье приходится менять фамилию. Нет, сэр, у меня твердое правило: чем подозрительнее выглядит дело, тем меньше я задаю вопросов.

    Я терпеть не могу расспросов: в наведении справок есть какой-то привкус Судного дня. Задать вопрос это словно столкнуть камень с горы: вы сидите себе спокойненько на ее вершине, а камень катится вниз, увлекает за собой другие камни; какой-нибудь безобидный старикашка, которого у вас и в мыслях не было, копается у себя в садике, и все это обрушивается на него, а семье приходится менять фамилию. Нет, сэр, у меня твердое правило: чем подозрительнее выглядит дело, тем меньше я задаю вопросов.

    — Мистер Энфилд · книга
12. «

    Итак, вы теперь не хуже меня самого знаете, что я представляю собой: безумец, но последовательный в своем безумии.

    Итак, вы теперь не хуже меня самого знаете, что я представляю собой: безумец, но последовательный в своем безумии.

    — председатель · книга
13. «

    Удивительно, до чего крепко сидит душа человеческая в его смертном теле!

    Удивительно, до чего крепко сидит душа человеческая в его смертном теле!

    — Окаянная Дженет · книга
14. «

    Патриотизм — это не взрыв эмоций, а спокойная и прочная преданность, длящаяся на протяжении всей жизни человека.

    Патриотизм — это не взрыв эмоций, а спокойная и прочная преданность, длящаяся на протяжении всей жизни человека.
15. «

    ...я понял, что человек на самом деле не един, но двоичен. Я говорю «двоичен» потому, что мне не дано было узнать больше. Но другие пойдут моим путем, превзойдут меня в тех же изысканиях, и я беру на себя смелость предсказать, что в конце концов человек окажется всего лишь общиной, состоящей из многообразных, несхожих и независимых друг от друга сочленов.

    ...я понял, что человек на самом деле не един, но двоичен. Я говорю «двоичен» потому, что мне не дано было узнать больше. Но другие пойдут моим путем, превзойдут меня в тех же изысканиях, и я беру на себя смелость предсказать, что в конце концов человек окажется всего лишь общиной, состоящей из многообразных, несхожих и независимых друг от друга сочленов.

    — Доктор Джекил · книга
16. «

    На этого Бена Ганна можно положиться? — спросил он. — Не знаю, сэр, — ответил я. — Я не совсем уверен, что голова у него в порядке. — Если не совсем уверен, значит, в порядке, — сказал доктор. — Когда человек три года грыз ногти на необитаемом острове, Джим, он не может выглядеть таким же нормальным, как ты или я. Так уж устроены люди.

    На этого Бена Ганна можно положиться? — спросил он. — Не знаю, сэр, — ответил я. — Я не совсем уверен, что голова у него в порядке. — Если не совсем уверен, значит, в порядке, — сказал доктор. — Когда человек три года грыз ногти на необитаемом острове, Джим, он не может выглядеть таким же нормальным, как ты или я. Так уж устроены люди.

    — Доктор Ливси · книга
17. «

    Божественные законы не имеют срока давности...

    Божественные законы не имеют срока давности...

    — Аттерсон · книга
18. «

    Юность — пора малодушия. В этом возрасте человек склонен сгущать краски. Я стар и никогда не отчаиваюсь.

    Юность — пора малодушия. В этом возрасте человек склонен сгущать краски. Я стар и никогда не отчаиваюсь.

    — Доктор Ноэль · книга
19. «

    Оказалось, что любопытство мое было сильнее страха. Как проклинал я трусость наших соседей! Как сердился я на свою бедную мать и за ее честность, и за ее жадность, за ее прошлую смелость и за ее теперешнюю слабость!

    Оказалось, что любопытство мое было сильнее страха. Как проклинал я трусость наших соседей! Как сердился я на свою бедную мать и за ее честность, и за ее жадность, за ее прошлую смелость и за ее теперешнюю слабость!

    — Джим Хокинс · книга
20. «

    Человек может заплутаться среди тысячи разных затруднений, но если он прямодушен и ум у него ясный, он выйдет из них незапятнанным.

    Человек может заплутаться среди тысячи разных затруднений, но если он прямодушен и ум у него ясный, он выйдет из них незапятнанным.

    — Приключения принца Флоризеля · книга