Роберт Льюис Стивенсон — 76 цитат с глубоким смыслом

Роберт Льюис Стивенсон — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 76 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Так уж странно устроен человек: любовь к женщине в нём куда сильнее, чем любовь к жизни.

   Так уж странно устроен человек: любовь к женщине в нём куда сильнее, чем любовь к жизни.

   — Сент-Ив · книга
2. «

   В споре порой обретаешь твердость духа.

   В споре порой обретаешь твердость духа.

   — Остров сокровищ · книга
3. «

   Всякий грех — убийство, так же как вся жизнь — война. На мой взгляд, род человеческий подобен морякам, гибнущим на плоту в открытом море, когда они вырывают крохи у голода, пожирая друг друга. Я веду счет грехам и после мига их свершения и убеждаюсь, что конечный итог каждого греха — смерть.

   Всякий грех — убийство, так же как вся жизнь — война. На мой взгляд, род человеческий подобен морякам, гибнущим на плоту в открытом море, когда они вырывают крохи у голода, пожирая друг друга. Я веду счет грехам и после мига их свершения и убеждаюсь, что конечный итог каждого греха — смерть.

   — Маркхейм · книга
4. «

   Того удерживает мысль о близких, которых слишком ошеломил бы подобный конец, а в случае огласки, быть может, и навлек бы на них нарекания; другой слишком слаб духом, чтобы собственноручно лишить себя жизни. До некоторой степени к этому второму разряду принадлежу и я; я, например, решительно неспособен приложить к виску пистолет и нажать на курок: нечто, сильнее меня самого, мешает мне произвести этот последний жест, и, хоть жизнь мне опротивела совершенно, у меня нет сил пойти навстречу смерти самому.

   Того удерживает мысль о близких, которых слишком ошеломил бы подобный конец, а в случае огласки, быть может, и навлек бы на них нарекания; другой слишком слаб духом, чтобы собственноручно лишить себя жизни. До некоторой степени к этому второму разряду принадлежу и я; я, например, решительно неспособен приложить к виску пистолет и нажать на курок: нечто, сильнее меня самого, мешает мне произвести этот последний жест, и, хоть жизнь мне опротивела совершенно, у меня нет сил пойти навстречу смерти самому.

   — Клуб самоубийц · книга
5. «

   Жизнь наша коротка и ненадежна, зачем бежать ее приятностей? Надо цепляться за всякую малость, которую можно урвать у жизни, как цепляется человек за край обрыва над пропастью. Если вдуматься, так каждый миг нашей жизни — обрыв, крутой обрыв, и кто сорвется вниз этой крутизны, тот потеряет всякое подобие человеческое.

   Жизнь наша коротка и ненадежна, зачем бежать ее приятностей? Надо цепляться за всякую малость, которую можно урвать у жизни, как цепляется человек за край обрыва над пропастью. Если вдуматься, так каждый миг нашей жизни — обрыв, крутой обрыв, и кто сорвется вниз этой крутизны, тот потеряет всякое подобие человеческое.

   — Маркхейм · книга
6. «

   Женщина будет своевольничать целый год, но, вовремя покорившись, сумеет заслужить прощение.

   Женщина будет своевольничать целый год, но, вовремя покорившись, сумеет заслужить прощение.

   — Клуб самоубийц · книга
7. «

   Тот, у кого нет своих убеждений, не должен вытаскивать меч. Вы, сражающийся случайно, — разве вы не мясник? Войну облагораживает только её цель, а вы, сражающийся без цели, опозорили её.

   Тот, у кого нет своих убеждений, не должен вытаскивать меч. Вы, сражающийся случайно, — разве вы не мясник? Войну облагораживает только её цель, а вы, сражающийся без цели, опозорили её.

   — Черная стрела · книга
8. «

   Спокойный до флегматичности, принимающий мир таким, каков он есть, с философским смирением простого землепашца, принц Богемский тем не мене питал склонность к жизни более эксцентричной и насыщенной приключениями, нежели та, к которой он был предназначен волею судеб.

   Спокойный до флегматичности, принимающий мир таким, каков он есть, с философским смирением простого землепашца, принц Богемский тем не мене питал склонность к жизни более эксцентричной и насыщенной приключениями, нежели та, к которой он был предназначен волею судеб.

   — Клуб самоубийц · книга
9. «

   Ничего нет горше, как потерять человека, которого считал другом.

   Ничего нет горше, как потерять человека, которого считал другом.

   — Катриона · книга
10. «

    Между хорошим обедом и долгой жизнью только та разница, что за обедом сладкое подают в конце.

    Между хорошим обедом и долгой жизнью только та разница, что за обедом сладкое подают в конце.

    — Вилли с мельницы · книга
11. «

    Из двадцати шести человек мы пока могли положиться только на семерых. И один из этих семерых был я, мальчик. Если считать только взрослых, нас было шестеро против девятнадцати.

    Из двадцати шести человек мы пока могли положиться только на семерых. И один из этих семерых был я, мальчик. Если считать только взрослых, нас было шестеро против девятнадцати.

    — Джим Хокинс · книга
12. «

    Вот какое у меня правило: чем страннее обстоятельства дела, тем меньше я спрашиваю.

    Вот какое у меня правило: чем страннее обстоятельства дела, тем меньше я спрашиваю.

    — Ричард Энфильд · книга
13. «

    ...я понял, что человек на самом деле не един, но двоичен. Я говорю «двоичен» потому, что мне не дано было узнать больше. Но другие пойдут моим путем, превзойдут меня в тех же изысканиях, и я беру на себя смелость предсказать, что в конце концов человек окажется всего лишь общиной, состоящей из многообразных, несхожих и независимых друг от друга сочленов.

    ...я понял, что человек на самом деле не един, но двоичен. Я говорю «двоичен» потому, что мне не дано было узнать больше. Но другие пойдут моим путем, превзойдут меня в тех же изысканиях, и я беру на себя смелость предсказать, что в конце концов человек окажется всего лишь общиной, состоящей из многообразных, несхожих и независимых друг от друга сочленов.

    — Доктор Джекил · книга
14. «

    У нас великое множество своих тайн, которые мы постоянно доверяем тем, кому не следует.

    У нас великое множество своих тайн, которые мы постоянно доверяем тем, кому не следует.

    — Принц Флоризель · книга
15. «

    Я терпеть не могу расспросов: в наведении справок есть какой-то привкус Судного дня. Задать вопрос это словно столкнуть камень с горы: вы сидите себе спокойненько на ее вершине, а камень катится вниз, увлекает за собой другие камни; какой-нибудь безобидный старикашка, которого у вас и в мыслях не было, копается у себя в садике, и все это обрушивается на него, а семье приходится менять фамилию. Нет, сэр, у меня твердое правило: чем подозрительнее выглядит дело, тем меньше я задаю вопросов.

    Я терпеть не могу расспросов: в наведении справок есть какой-то привкус Судного дня. Задать вопрос это словно столкнуть камень с горы: вы сидите себе спокойненько на ее вершине, а камень катится вниз, увлекает за собой другие камни; какой-нибудь безобидный старикашка, которого у вас и в мыслях не было, копается у себя в садике, и все это обрушивается на него, а семье приходится менять фамилию. Нет, сэр, у меня твердое правило: чем подозрительнее выглядит дело, тем меньше я задаю вопросов.

    — Мистер Энфилд · книга
16. «

    Бояться и всё-таки не спасовать — вот на чём проверяются люди.

    Бояться и всё-таки не спасовать — вот на чём проверяются люди.

    — Алан Брек · книга
17. «

    Тех, кто читает книги, и тех, кто читает журналы, разделяет целый мир.

    Тех, кто читает книги, и тех, кто читает журналы, разделяет целый мир.

    — Черная стрела · книга
18. «

    Если нельзя говорить правду, надо уметь лихо и правдоподобно солгать.

    Если нельзя говорить правду, надо уметь лихо и правдоподобно солгать.

    — Алан Брек · книга
19. «

    Не думайте, что мы с вами одиноки или даже исключительны в этом своем в высшей степени разумном желании. Таких, как вы, людей, которым до смерти надоело участвовать изо дня в день в спектакле, именуемом жизнью, великое множество, и они не уходят со сцены лишь из-за тех или иных соображений.

    Не думайте, что мы с вами одиноки или даже исключительны в этом своем в высшей степени разумном желании. Таких, как вы, людей, которым до смерти надоело участвовать изо дня в день в спектакле, именуемом жизнью, великое множество, и они не уходят со сцены лишь из-за тех или иных соображений.

    — Клуб самоубийц · книга
20. «

    Путь к переменам должен начаться в сердце...

    Путь к переменам должен начаться в сердце...

    — Бризету · книга