Подборка: 105 цитат Семёна Яковлевича Надсона

Подборка из 105 цитат Семёна Яковлевича Надсона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Грудь моя больная, полная тоской. Что тебя волнует? Грустное ль былое, Иль надежд разбитых безотрадный рой? Заползи ль змеею злобные сомненья, Отравили веру в счастье и людей, Страсти ли мятежной грезы и волненья Вспыхнули нежданно в глубине твоей?

   Грудь моя больная, полная тоской. Что тебя волнует? Грустное ль былое, Иль надежд разбитых безотрадный рой? Заползи ль змеею злобные сомненья, Отравили веру в счастье и людей, Страсти ли мятежной грезы и волненья Вспыхнули нежданно в глубине твоей?
2. «

   Друг мой, усталый, страдающий брат, Кто б ты ни был, не падай душой. Пусть неправда и зло полновластно царят Над омытой слезами землей.

   Друг мой, усталый, страдающий брат, Кто б ты ни был, не падай душой. Пусть неправда и зло полновластно царят Над омытой слезами землей.
3. «

   Шипя, взвилась змеей сигнальная ракета, И целый дождь огней пролился в вышину; Вот яркая волна пурпурового света Ворвалась в нежную, лазурную волну. Вот мечут искрами колеса золотые, И под водой пруда и в сумраке аллей Блестят, звено к звену, гирлянды огневые Мгновенно вспыхнувших несчетных фонарей. А в ясных небесах, Свой вечный, гордый путь над миром совершая, Плывет немая ночь в серебряных лучах... Плывет немая ночь и, полная презренья, Глядит как в глубине, зияющей под ней, Бессильный человек, ничтожный раб мгновенья, Пытается затмить лучи ее огней...

   Шипя, взвилась змеей сигнальная ракета, И целый дождь огней пролился в вышину; Вот яркая волна пурпурового света Ворвалась в нежную, лазурную волну. Вот мечут искрами колеса золотые, И под водой пруда и в сумраке аллей Блестят, звено к звену, гирлянды огневые Мгновенно вспыхнувших несчетных фонарей. А в ясных небесах, Свой вечный, гордый путь над миром совершая, Плывет немая ночь в серебряных лучах... Плывет немая ночь и, полная презренья, Глядит как в глубине, зияющей под ней, Бессильный человек, ничтожный раб мгновенья, Пытается затмить лучи ее огней...
4. «

   Заря лениво догорает На небе алой полосой; Село беззвучно засыпает В сияньи ночи голубой. С отрадой жадной грудь вдыхает В себя прохладные струи, И снова сердце закипает Желаньем счастья и любви...

   Заря лениво догорает На небе алой полосой; Село беззвучно засыпает В сияньи ночи голубой. С отрадой жадной грудь вдыхает В себя прохладные струи, И снова сердце закипает Желаньем счастья и любви...
5. «

   Злую шутку сыграла ты, жизнь, надо мной, - Ты, не дав мне ни злобы карающей, Ни меча, — безоружного кинула в бой С светлым гимном любви всепрощающей, Не умев ненавидеть, я думал любить, Думал скрежет вражды и проклятия Примиряющей песнью моей заглушить И протягивал... камням объятия.

   Злую шутку сыграла ты, жизнь, надо мной, - Ты, не дав мне ни злобы карающей, Ни меча, — безоружного кинула в бой С светлым гимном любви всепрощающей, Не умев ненавидеть, я думал любить, Думал скрежет вражды и проклятия Примиряющей песнью моей заглушить И протягивал... камням объятия.
6. «

   Как долго длился день!... Как долго я не мог Уйти от глаз толпы в мой угол одинокий, Чтоб пошлый суд глупцов насмешкою жестокой Ни горьких дум моих, ни слез не подстерег...

   Как долго длился день!... Как долго я не мог Уйти от глаз толпы в мой угол одинокий, Чтоб пошлый суд глупцов насмешкою жестокой Ни горьких дум моих, ни слез не подстерег...
7. «

   Что теплая песня для мертвого мира? Бездушная звонкость речей, Потеха в разгаре позорного пира, Бряцанье забытых цепей.

   Что теплая песня для мертвого мира? Бездушная звонкость речей, Потеха в разгаре позорного пира, Бряцанье забытых цепей.
8. «

   О, мне не больно, что жизнь мне солгала: она Всем, кто ее обещаньям поверил, солгала!

   О, мне не больно, что жизнь мне солгала: она Всем, кто ее обещаньям поверил, солгала!
9. «

   Я их не назову врагами, Но часто в страхе я готов От них, с их смехом и слезами, Бежать, как узник от оков. О, как мне жалки их тревоги И боль их гнева и любви, Как наторенной их дороги Скучны и узки колеи!

   Я их не назову врагами, Но часто в страхе я готов От них, с их смехом и слезами, Бежать, как узник от оков. О, как мне жалки их тревоги И боль их гнева и любви, Как наторенной их дороги Скучны и узки колеи!
10. «

    Не торопись же мне любовь свою отдать, Не наряжай меня в цветы твоих мечтаний, Подумай, в силах ли ты без конца прощать, Не испугаешься ль грядущих испытаний?

    Не торопись же мне любовь свою отдать, Не наряжай меня в цветы твоих мечтаний, Подумай, в силах ли ты без конца прощать, Не испугаешься ль грядущих испытаний?
11. «

    Это чувство — знакомый недуг: чуть весна Ароматно повеет дыханием мая, Чуть проснется в реке голубая волна И промчится в лазури гроза молодая, Чуть в лесу соловей про любовь и печаль Запоет, разгоняя туман и ненастье, - Сердце снова запросится в ясную даль, Сердце снова поверит в далекое счастье.

    Это чувство — знакомый недуг: чуть весна Ароматно повеет дыханием мая, Чуть проснется в реке голубая волна И промчится в лазури гроза молодая, Чуть в лесу соловей про любовь и печаль Запоет, разгоняя туман и ненастье, - Сердце снова запросится в ясную даль, Сердце снова поверит в далекое счастье.
12. «

    В крови и мраке утопая, Ничтожный сын толпы людской На дверь утраченного рая Глядит с насмешкой и хулой; И тех, кого зовут стремленья К святой, духовной красоте, - Клеймит печатью отверженья И распинает на кресте.

    В крови и мраке утопая, Ничтожный сын толпы людской На дверь утраченного рая Глядит с насмешкой и хулой; И тех, кого зовут стремленья К святой, духовной красоте, - Клеймит печатью отверженья И распинает на кресте.
13. «

    Есть у свободы враг опаснее цепей, Страшней насилия, страданья и гоненья; Тот враг неотразим, он в сердце у людей, Он — всем врожденная способность примиренья.

    Есть у свободы враг опаснее цепей, Страшней насилия, страданья и гоненья; Тот враг неотразим, он в сердце у людей, Он — всем врожденная способность примиренья.
14. «

    Пусть плачет и стонет мятежная вьюга И волны потока угрюмо шумят: В них скорбное сердце почуяло друга, В них те же рыданья и стоны звучат

    Пусть плачет и стонет мятежная вьюга И волны потока угрюмо шумят: В них скорбное сердце почуяло друга, В них те же рыданья и стоны звучат
15. «

    В здоровом теле — дух здоровый, Здоровый духом — не падет В борьбе с невзгодою суровой Под игом горя и забот.

    В здоровом теле — дух здоровый, Здоровый духом — не падет В борьбе с невзгодою суровой Под игом горя и забот.
16. «

    Любит тот, кто безумней желаньем кипит, Любит тот, кто безумней лобзает...

    Любит тот, кто безумней желаньем кипит, Любит тот, кто безумней лобзает...
17. «

    Порваны прежние струны на лире моей, Смолкли любви и надежд вдохновенные звуки, Новая песня звучит и рыдает на ней, Песня осмеянных слез и подавленной муки.

    Порваны прежние струны на лире моей, Смолкли любви и надежд вдохновенные звуки, Новая песня звучит и рыдает на ней, Песня осмеянных слез и подавленной муки.
18. «

    Осень, поздняя осень!... Над хмурой землею Неподвижно и низко висят облака; Желтый лес отуманен свинцовою мглою, В желтый берег без умолку бьется река... В сердце — грустные думы и грустные звуки Жизнь как цепь, как тяжелое бремя гнетет.

    Осень, поздняя осень!... Над хмурой землею Неподвижно и низко висят облака; Желтый лес отуманен свинцовою мглою, В желтый берег без умолку бьется река... В сердце — грустные думы и грустные звуки Жизнь как цепь, как тяжелое бремя гнетет.
19. «

    Когда заносчиво над стонущим рабом Поднимет гибкий бич властитель разъяренный, И вспыхнет стыд в рабе, и корчась плд бичом, Глядит он на врага со злобой затаенной, Я рад: в грядущем я уж вижу палача Под львиной лапою восставшего народа: Нет в воинстве твоем апостолов, свобода, Красноречивее подъятого бича!..

    Когда заносчиво над стонущим рабом Поднимет гибкий бич властитель разъяренный, И вспыхнет стыд в рабе, и корчась плд бичом, Глядит он на врага со злобой затаенной, Я рад: в грядущем я уж вижу палача Под львиной лапою восставшего народа: Нет в воинстве твоем апостолов, свобода, Красноречивее подъятого бича!..
20. «

    Нет, ты честно трудился, ты честно и смело, С сердцем полной горячей любви, Вышел в путь, чтоб бороться за общее дело, - Но разбиты усилья твои.

    Нет, ты честно трудился, ты честно и смело, С сердцем полной горячей любви, Вышел в путь, чтоб бороться за общее дело, - Но разбиты усилья твои.