Сергей Александрович Михеев: 93 цитаты на каждый день

Сергей Александрович Михеев — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 93 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Я считаю, что, в общем, в нашем государстве, которое веками вынуждено прикладывать усилия для того, чтобы отражать агрессию, внешнюю агрессию со всех сторон (не только для того, чтобы процветать, развиваться, а просто для того, чтобы выживать), в нашем государстве, которое просто исторически родилось в битвах и тяжелом соперничестве с самыми разными силами (которые на нас, так сказать, давили и с востока, и с запада, и с юга, и откуда только не давили), в нашей стране роль армии и роль защитника Отечества (а именно День защитника Отечества 23 февраля мы и празднуем), она имеет исторически, имела всегда, и я думаю, что и должна в будущем иметь некую особую роль.

   Я считаю, что, в общем, в нашем государстве, которое веками вынуждено прикладывать усилия для того, чтобы отражать агрессию, внешнюю агрессию со всех сторон (не только для того, чтобы процветать, развиваться, а просто для того, чтобы выживать), в нашем государстве, которое просто исторически родилось в битвах и тяжелом соперничестве с самыми разными силами (которые на нас, так сказать, давили и с востока, и с запада, и с юга, и откуда только не давили), в нашей стране роль армии и роль защитника Отечества (а именно День защитника Отечества 23 февраля мы и празднуем), она имеет исторически, имела всегда, и я думаю, что и должна в будущем иметь некую особую роль.
2. «

   В православии: за мирянином один бес ходит, а за батюшкой — десять.

   В православии: за мирянином один бес ходит, а за батюшкой — десять.
3. «

   Наше молодое поколение находится в крайне небезопасной ситуации в то время как мы делаем вид, что движемся семимильными темпами вместе со всем прогрессивным человечеством к каким-то «высотам свободы». Надо понимать, что эти «высоты свободы», на самом деле, могут привести к хаосу. Вообще, свобода в абсолютном своём проявлении — это хаос. Это хаос и разрушение.

   Наше молодое поколение находится в крайне небезопасной ситуации в то время как мы делаем вид, что движемся семимильными темпами вместе со всем прогрессивным человечеством к каким-то «высотам свободы». Надо понимать, что эти «высоты свободы», на самом деле, могут привести к хаосу. Вообще, свобода в абсолютном своём проявлении — это хаос. Это хаос и разрушение.
4. «

   Украинская идея всегда проваливалась из-за своего вонючего содержания. Совершенно неконструктивного. Абсолютно недееспособного и саморазрушительного. Она всегда превращалась в руину. А сейчас вам показалось, что украинская идея имеет триумф и что-то построила. А построила не она. Построила сначала Российская империя. Потом Советский союз соорудил вам квазигосударство. Которое в 1991 году вам просто подарили. Это мы, русские, вам подарили из Москвы. А что вы с этим подарком сделали, дебилы? Двести тысяч убитых! И вы могли бы это понять, если бы бесконечно не надували щеки, рассказывая друг другу о том, какой хороший был Степан Бандера, хотя он был полный придурок, конченый психопат. Поэтому и сейчас вы в таком положении. А могло бы быть всё иначе, если бы оторвались от своих этих вышиванок, от своих дебильных комплексов мести. Если бы проявили себя как зрелые государственные деятели. Но вы не смогли такими быть. Для того, чтобы это понять — надо к себе отнестись критически. Надо покаяться. Надо себя разоблачить. Но вы этого не можете, потому что большинство из вас неверующие люди. Для вас покаяние — это признак слабости. Поэтому у вас и с головой беда. И какие бы танки вам не поставляли — вот эта сущность украинского национализма, она, один хрен, убьет государство под названием Украина.

   Украинская идея всегда проваливалась из-за своего вонючего содержания. Совершенно неконструктивного. Абсолютно недееспособного и саморазрушительного. Она всегда превращалась в руину. А сейчас вам показалось, что украинская идея имеет триумф и что-то построила. А построила не она. Построила сначала Российская империя. Потом Советский союз соорудил вам квазигосударство. Которое в 1991 году вам просто подарили. Это мы, русские, вам подарили из Москвы. А что вы с этим подарком сделали, дебилы? Двести тысяч убитых! И вы могли бы это понять, если бы бесконечно не надували щеки, рассказывая друг другу о том, какой хороший был Степан Бандера, хотя он был полный придурок, конченый психопат. Поэтому и сейчас вы в таком положении. А могло бы быть всё иначе, если бы оторвались от своих этих вышиванок, от своих дебильных комплексов мести. Если бы проявили себя как зрелые государственные деятели. Но вы не смогли такими быть. Для того, чтобы это понять — надо к себе отнестись критически. Надо покаяться. Надо себя разоблачить. Но вы этого не можете, потому что большинство из вас неверующие люди. Для вас покаяние — это признак слабости. Поэтому у вас и с головой беда. И какие бы танки вам не поставляли — вот эта сущность украинского национализма, она, один хрен, убьет государство под названием Украина.
5. «

   Конечно, легко обеспечивать безопасность от мнимой угрозы, от выдуманной угрозы. Здесь можно сразу ставить оценку — пять с плюсом. А вот когда угроза реальная, как мы видим, оказывается, европейские системы безопасности не срабатывают. Вот вам проблема выдуманного подхода к жизни. С выдуманной угрозой легко бороться, потому что она выдуманная и никто не собирается на вас нападать, никто не собирается на русских танках въезжать в Берлин и Париж, а вот здесь угроза не выдуманная и, оказалось, что европейцы с этим справляются достаточно плохо. <...> Способность сострадать — это, мне кажется, один из признаков действительно цивилизованного человека, способность сострадать другому. Но надо из этого делать какие-то практические выводы.

   Конечно, легко обеспечивать безопасность от мнимой угрозы, от выдуманной угрозы. Здесь можно сразу ставить оценку — пять с плюсом. А вот когда угроза реальная, как мы видим, оказывается, европейские системы безопасности не срабатывают. Вот вам проблема выдуманного подхода к жизни. С выдуманной угрозой легко бороться, потому что она выдуманная и никто не собирается на вас нападать, никто не собирается на русских танках въезжать в Берлин и Париж, а вот здесь угроза не выдуманная и, оказалось, что европейцы с этим справляются достаточно плохо. <...> Способность сострадать — это, мне кажется, один из признаков действительно цивилизованного человека, способность сострадать другому. Но надо из этого делать какие-то практические выводы.
6. «

   В целом, всё достаточно предсказуемо. Навальный не имел ни одного шанса в суде доказать вот эти свои обвинения, потому что, если честно, они настолько неквалифицированые, что это годится для Ютуба, для интернета, для пиара и для «езды по ушам» молодому поколению, которое, на самом деле, ничего вообще не умеет. Вот это сейчас самая распространённая вещь: «ничего не умею, ничего не знаю, но очень много о себе думаю, научился нажимать кнопки, учиться я ничему и никогда не хотел, собственно говоря, я менеджер широкого профиля по продаже трусов, предположим, в мечтах — ландшафтный дизайнер или там голливудский продюсер, на самом деле — пустое место». Вот это обычное сейчас дело среди креативной молодёжи. Вот для того, чтобы ездить им по мозгам — его аргументы вполне себе подходят, но в реальности, для суда — он не мог представить ничего... <...> С другой стороны, честно говоря, мне не ясно, а что будет дальше по поводу Усманова. Да, формально Усманов выиграл суд. Но Навальный не будет извиняться, потому что вот это вот вся его аудитория, весь этот «ботанический сад», который я сейчас вот описа́л в двух словах, весь этот планктон революционный, он ни за что в жизни не простит ему никаких извинений. Он это понимает. Он ценит вот эту всю эту биомассу, которая колышется... Он на неё рассчитывает, что когда она подрастёт и обретёт какие-то свои ложноножки — она потом проголосует за него на следующих выборах. Он на них рассчитывает и извинятся он не может.

   В целом, всё достаточно предсказуемо. Навальный не имел ни одного шанса в суде доказать вот эти свои обвинения, потому что, если честно, они настолько неквалифицированые, что это годится для Ютуба, для интернета, для пиара и для «езды по ушам» молодому поколению, которое, на самом деле, ничего вообще не умеет. Вот это сейчас самая распространённая вещь: «ничего не умею, ничего не знаю, но очень много о себе думаю, научился нажимать кнопки, учиться я ничему и никогда не хотел, собственно говоря, я менеджер широкого профиля по продаже трусов, предположим, в мечтах — ландшафтный дизайнер или там голливудский продюсер, на самом деле — пустое место». Вот это обычное сейчас дело среди креативной молодёжи. Вот для того, чтобы ездить им по мозгам — его аргументы вполне себе подходят, но в реальности, для суда — он не мог представить ничего... <...> С другой стороны, честно говоря, мне не ясно, а что будет дальше по поводу Усманова. Да, формально Усманов выиграл суд. Но Навальный не будет извиняться, потому что вот это вот вся его аудитория, весь этот «ботанический сад», который я сейчас вот описа́л в двух словах, весь этот планктон революционный, он ни за что в жизни не простит ему никаких извинений. Он это понимает. Он ценит вот эту всю эту биомассу, которая колышется... Он на неё рассчитывает, что когда она подрастёт и обретёт какие-то свои ложноножки — она потом проголосует за него на следующих выборах. Он на них рассчитывает и извинятся он не может.
7. «

   — Честно говоря, мне наплевать на демократию. Мне она неинтересна. Что касается определения демократии. В первую очередь — это власть большинства. А уже потом все эти вещи обрастали разными теориями: разделения властей, набор процедур. Набор процедур — это разговор ни о чём. Процедуры могут быть какими угодно, набор — тасоваться. Поэтому, что такое демократия по истине — это большой вопрос. В России демократии не хватает. Объясню почему. Большинству населения России наплевать на совет Европы, на ПАСЕ, на Евросоюз, на США, на НАТО, и на то, есть ли в России демократия, о которой вы говорите как о наборе процедур. Что хочет большинство населения России? Я скажу. Они хотят, чтобы во внешней политике Россия была сверхмощной державой, которую все боятся. А внутри она хочет рабочие места, возможность самореализации, бесплатное образование. Вот этого хочет большинство. — Бесплатную медицину и безопасность на улицах [реплика Владимира Соловьева]

   — Честно говоря, мне наплевать на демократию. Мне она неинтересна. Что касается определения демократии. В первую очередь — это власть большинства. А уже потом все эти вещи обрастали разными теориями: разделения властей, набор процедур. Набор процедур — это разговор ни о чём. Процедуры могут быть какими угодно, набор — тасоваться. Поэтому, что такое демократия по истине — это большой вопрос. В России демократии не хватает. Объясню почему. Большинству населения России наплевать на совет Европы, на ПАСЕ, на Евросоюз, на США, на НАТО, и на то, есть ли в России демократия, о которой вы говорите как о наборе процедур. Что хочет большинство населения России? Я скажу. Они хотят, чтобы во внешней политике Россия была сверхмощной державой, которую все боятся. А внутри она хочет рабочие места, возможность самореализации, бесплатное образование. Вот этого хочет большинство. — Бесплатную медицину и безопасность на улицах [реплика Владимира Соловьева]
8. «

   Семёну изменяла я с Иваном, тебе не изменяла я ни с кем...

   Семёну изменяла я с Иваном, тебе не изменяла я ни с кем...
9. «

   Я западом никогда не восхищался. Никогда не смотрел на запад как на маяк. Не сотвори себе кумира — написано в одной известной книге. Позолота западного мира начала слетать. И мы увидели обычного человека. Их газеты пишут, что то, что они сейчас испытывают — для них это страшнее второй мировой. Для них это — тяжелейшее испытание. А для нас — нет. У нас было много испытаний — перестройка, распад страны, война в Чечне. Как ни странно, испытания закаляют. Пандемия показала, что Запад — всего лишь люди. А мнили себя сверх-людьми. Наша проблема в том, что мы придумали себе другого западного человека. Мы наделили их качествами, которых у них никогда не было.

   Я западом никогда не восхищался. Никогда не смотрел на запад как на маяк. Не сотвори себе кумира — написано в одной известной книге. Позолота западного мира начала слетать. И мы увидели обычного человека. Их газеты пишут, что то, что они сейчас испытывают — для них это страшнее второй мировой. Для них это — тяжелейшее испытание. А для нас — нет. У нас было много испытаний — перестройка, распад страны, война в Чечне. Как ни странно, испытания закаляют. Пандемия показала, что Запад — всего лишь люди. А мнили себя сверх-людьми. Наша проблема в том, что мы придумали себе другого западного человека. Мы наделили их качествами, которых у них никогда не было.
10. «

    Жизнь она такая, многогранная. Никто, конечно, не отменял борьбу за благосостояние и достаток, но есть что-то важнее этого и всё, что было во время войны — это пример священного самопожертвования. Без самопожертвования ничего хорошего в этом мире не происходит. Что-то действительно настоящее в жизни всегда происходит на фоне некого самопожертвования. Настоящее открытие — это самопожертвование учёных. Подвиг на войне — самопожертвование солдат. Крепкая семья — это самопожертвование супругов своими интересами, в том числе, потому что без самопожертвования вообще не бывает ничего.

    Жизнь она такая, многогранная. Никто, конечно, не отменял борьбу за благосостояние и достаток, но есть что-то важнее этого и всё, что было во время войны — это пример священного самопожертвования. Без самопожертвования ничего хорошего в этом мире не происходит. Что-то действительно настоящее в жизни всегда происходит на фоне некого самопожертвования. Настоящее открытие — это самопожертвование учёных. Подвиг на войне — самопожертвование солдат. Крепкая семья — это самопожертвование супругов своими интересами, в том числе, потому что без самопожертвования вообще не бывает ничего.
11. «

    Действительно крайне важно быть уникальным, чувствовать себя уникальным. Нам говорили в 90-е годы, что мы должны стать такими как все, у нашей страны плохая история, и нам не надо ничего изобретать, — это путь забвения. Любой человек, насколько он похож на других людей, настолько он уникален. И ощущение собственной уникальности порождает личность. То же самое — со страной, тем более с такой огромной страной, как Россия. Она не может сказать, что она такая же, как все.

    Действительно крайне важно быть уникальным, чувствовать себя уникальным. Нам говорили в 90-е годы, что мы должны стать такими как все, у нашей страны плохая история, и нам не надо ничего изобретать, — это путь забвения. Любой человек, насколько он похож на других людей, настолько он уникален. И ощущение собственной уникальности порождает личность. То же самое — со страной, тем более с такой огромной страной, как Россия. Она не может сказать, что она такая же, как все.
12. «

    Эмоция снижает планку критического восприятия.

    Эмоция снижает планку критического восприятия.
13. «

    По поводу философских и концептуальных вещей. Запад уязвлен ещё и тем, что концептуально после распада Советского Союза Запад не смог предложить миру такой системы устройства отношений, которая бы в дальнейшем исключала возникновение таких конфликтов. У них гордыня: только они могут определять, как должен жить мир. Отсюда все эти концы истории. Бойтесь своих желаний — они сбываются. Оказалось: вот сбылась их мечта. Они — властелины мира. А что они предложили миру? Фуфло. Ничего не предложили. Модель, которую предлагает Америка — это поведение победителя в войне. И забирают трофеи. Здесь нет нового качества. И им обидно за этот провал. Потому что здесь выявляется их духовная и философская нищета. По большому счету Запад — это голый король.

    По поводу философских и концептуальных вещей. Запад уязвлен ещё и тем, что концептуально после распада Советского Союза Запад не смог предложить миру такой системы устройства отношений, которая бы в дальнейшем исключала возникновение таких конфликтов. У них гордыня: только они могут определять, как должен жить мир. Отсюда все эти концы истории. Бойтесь своих желаний — они сбываются. Оказалось: вот сбылась их мечта. Они — властелины мира. А что они предложили миру? Фуфло. Ничего не предложили. Модель, которую предлагает Америка — это поведение победителя в войне. И забирают трофеи. Здесь нет нового качества. И им обидно за этот провал. Потому что здесь выявляется их духовная и философская нищета. По большому счету Запад — это голый король.
14. «

    Одна из основных претензий к Западу, как к таковому, это то, что он ненормальное пытается сделать нормой.

    Одна из основных претензий к Западу, как к таковому, это то, что он ненормальное пытается сделать нормой.
15. «

    По поводу ценностей. Эта дискуссия в политологических терминах навязана извне. Разговор о ценностях — изобретение второй половины XX века. Это изобретение западной политической философии, которая обеспечивала идеологический аппарат для обоснования экспансии в другие страны. Ценности, которые декларирует запад, к ощущениям людей никакого отношения не имеют. Ценности — это их способ понимания добра и зла. При этом вещи, называемые одинаково, в разных культурах и цивилизациях могут иметь разные значения и по-разному восприниматься людьми. В России базовый культурный фундамент для понимания того, что такое хорошо и что такое плохо, заложен православной культурой. Независимо от того, верите вы в это или не верите. — У нас какие ценности? Понятие добра и зла. Что нас отличает? Что для нас является абсолютным, важным непреложным добром, который определяет наш характер? — Для нас коллективное восприятие действительности, не индивидуалистическое восприятие жизни, не замкнутость конкретно в своем интересе является более превалирующей ценностью, чем для западного мира. На западе понимание честности, добра, успеха — другое. Хотя слова вроде бы те же. Для нас, например, если дал слово — его сдержать, даже если условия изменились и стало это делать невыгодно. На западе это не принято.

    По поводу ценностей. Эта дискуссия в политологических терминах навязана извне. Разговор о ценностях — изобретение второй половины XX века. Это изобретение западной политической философии, которая обеспечивала идеологический аппарат для обоснования экспансии в другие страны. Ценности, которые декларирует запад, к ощущениям людей никакого отношения не имеют. Ценности — это их способ понимания добра и зла. При этом вещи, называемые одинаково, в разных культурах и цивилизациях могут иметь разные значения и по-разному восприниматься людьми. В России базовый культурный фундамент для понимания того, что такое хорошо и что такое плохо, заложен православной культурой. Независимо от того, верите вы в это или не верите. — У нас какие ценности? Понятие добра и зла. Что нас отличает? Что для нас является абсолютным, важным непреложным добром, который определяет наш характер? — Для нас коллективное восприятие действительности, не индивидуалистическое восприятие жизни, не замкнутость конкретно в своем интересе является более превалирующей ценностью, чем для западного мира. На западе понимание честности, добра, успеха — другое. Хотя слова вроде бы те же. Для нас, например, если дал слово — его сдержать, даже если условия изменились и стало это делать невыгодно. На западе это не принято.
16. «

    Американская модель лидерства — а) потенциально конфликтная и б) невероятно жадная. Невероятно жадная! Она никому ничего не даёт! При первой же возможности кого-то унизить — они унижают, при первой же возможности кого-то ограбить — они грабят, при первой же возможности кого-то обмануть — они обманывают, рассказывая, что это путь к демократии.

    Американская модель лидерства — а) потенциально конфликтная и б) невероятно жадная. Невероятно жадная! Она никому ничего не даёт! При первой же возможности кого-то унизить — они унижают, при первой же возможности кого-то ограбить — они грабят, при первой же возможности кого-то обмануть — они обманывают, рассказывая, что это путь к демократии.
17. «

    Пару слов по поводу русской литературы. Достоевский для меня один из самых любимых писателей. Я советую всем, независимо от политических убеждений, читайте русскую классическую литературу. Это часть мирового наследия. Сильнее и глубже этого вообще ничего нет. Не только Достоевский, но и Пушкин, Гоголь, Толстой, Чехов. Русская литература — это философия, облеченная в литературную форму. И одновременно это — богословие невероятно высокого качества, облеченное в литературную форму и снабженное сюжетной линией. И другого такого феномена в мировой культуре нет. Хотите узнать больше — читайте русских писателей. Задавайте любые вопросы — и там можно найти ответы, звучащие по-современному. О добре и зле, о правде и неправде. И в том числе я это советую молодежи. Для того, чтобы искать правду, надо быть очень зрелым человеком, надо состояться. Потому что если ты хочешь знать правду, надо прежде всего знать правду о себе. Пока не скажешь правду о себе, невозможно понять окружающее. И русская литература — про это. Русская литература важна даже для прикладных вещей. Вот банковский аналитик, к примеру. В банках можно соображать, а в жизни — нет. Или понимаешь мало и недостаточно. А философия с литературой позволяет от этих узких специализаций подняться к пониманию жизни. И это позволит лучше разбираться и в политике, и в экономике, в искусстве, и — во всем.

    Пару слов по поводу русской литературы. Достоевский для меня один из самых любимых писателей. Я советую всем, независимо от политических убеждений, читайте русскую классическую литературу. Это часть мирового наследия. Сильнее и глубже этого вообще ничего нет. Не только Достоевский, но и Пушкин, Гоголь, Толстой, Чехов. Русская литература — это философия, облеченная в литературную форму. И одновременно это — богословие невероятно высокого качества, облеченное в литературную форму и снабженное сюжетной линией. И другого такого феномена в мировой культуре нет. Хотите узнать больше — читайте русских писателей. Задавайте любые вопросы — и там можно найти ответы, звучащие по-современному. О добре и зле, о правде и неправде. И в том числе я это советую молодежи. Для того, чтобы искать правду, надо быть очень зрелым человеком, надо состояться. Потому что если ты хочешь знать правду, надо прежде всего знать правду о себе. Пока не скажешь правду о себе, невозможно понять окружающее. И русская литература — про это. Русская литература важна даже для прикладных вещей. Вот банковский аналитик, к примеру. В банках можно соображать, а в жизни — нет. Или понимаешь мало и недостаточно. А философия с литературой позволяет от этих узких специализаций подняться к пониманию жизни. И это позволит лучше разбираться и в политике, и в экономике, в искусстве, и — во всем.
18. «

    Я не за единомыслие, я против саморазрушения! Я, как человек православный, против самоубийства — в конкретно личном случае и в случае общества! А наше государство, наше общество, как минимум два раза в двадцатом веке совершило выстрел в голову, каждый раз убеждая себя, что если оно выстрелило себе в голову, то голова перестанет болеть! Или отрезая себе руки и ноги — говоря о том, что после этого ему будет легче двигаться! <...> Так мы рассуждали и в 91-м году... <...> Выстрелю-ка я себе в голову, наверное, после этого мне станет лучше, а ещё лучше если я это сделаю по рекомендации наших западных коллег! <...> Вот против этого я, вот против этой идеологии саморазрушения сознательного причём, и на общественном уровне и на персональном... <...> Саморазрушение должно быть остановлено в любых его проявлениях! Независимо от того, чем оно там прикрывается! Прикрывается ли оно свободой слова, прикрывается ли оно прогрессом или прикрывается ли оно тем, что у всего прогрессивного человечества вот так и так далее... Нам этого не надо! <...> А всё остальное — пожалуйста, сколько угодно, пусть там «расцветают сто цветов», как в Китае! Они расцветают же там? Расцветают! И, ничего, результат есть!

    Я не за единомыслие, я против саморазрушения! Я, как человек православный, против самоубийства — в конкретно личном случае и в случае общества! А наше государство, наше общество, как минимум два раза в двадцатом веке совершило выстрел в голову, каждый раз убеждая себя, что если оно выстрелило себе в голову, то голова перестанет болеть! Или отрезая себе руки и ноги — говоря о том, что после этого ему будет легче двигаться! <...> Так мы рассуждали и в 91-м году... <...> Выстрелю-ка я себе в голову, наверное, после этого мне станет лучше, а ещё лучше если я это сделаю по рекомендации наших западных коллег! <...> Вот против этого я, вот против этой идеологии саморазрушения сознательного причём, и на общественном уровне и на персональном... <...> Саморазрушение должно быть остановлено в любых его проявлениях! Независимо от того, чем оно там прикрывается! Прикрывается ли оно свободой слова, прикрывается ли оно прогрессом или прикрывается ли оно тем, что у всего прогрессивного человечества вот так и так далее... Нам этого не надо! <...> А всё остальное — пожалуйста, сколько угодно, пусть там «расцветают сто цветов», как в Китае! Они расцветают же там? Расцветают! И, ничего, результат есть!
19. «

    Возможно, это прозвучит ужасно, но я, например, никогда в жизни не отдыхал за границей. И не чувствую себя при этом неудачником или дебилом.

    Возможно, это прозвучит ужасно, но я, например, никогда в жизни не отдыхал за границей. И не чувствую себя при этом неудачником или дебилом.
20. «

    Кто упирается, того не сносят. Поэтому надо проявить волю к победе.

    Кто упирается, того не сносят. Поэтому надо проявить волю к победе.