80 цитат Томаса Харриса, которые стоит перечитать

Ниже 80 цитат Томаса Харриса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Доктор Лектер развлекался, его феноменальная память в течение многих лет позволяет ему находить себе развлечения, стоит только захотеть. Ни страхи, ни стремление к добру не сковывают его мышление; так физика не могла сковать мышление Мильтона. В мыслях своих он свободен по-прежнему.

   Доктор Лектер развлекался, его феноменальная память в течение многих лет позволяет ему находить себе развлечения, стоит только захотеть. Ни страхи, ни стремление к добру не сковывают его мышление; так физика не могла сковать мышление Мильтона. В мыслях своих он свободен по-прежнему.

   — Молчание ягнят · книга
2. «

   Теперь, когда мир, в котором мы обитаем, огрубил наши сердца и сделал их бесчувственными к проявлениям низости и беспутства, нам иногда полезно взглянуть на предметы, все еще представляющиеся людям воплощением зла и пока еще способные пробудить от сна равнодушия нашу так похожую на тесто, вялую совесть.

   Теперь, когда мир, в котором мы обитаем, огрубил наши сердца и сделал их бесчувственными к проявлениям низости и беспутства, нам иногда полезно взглянуть на предметы, все еще представляющиеся людям воплощением зла и пока еще способные пробудить от сна равнодушия нашу так похожую на тесто, вялую совесть.

   — Ганнибал · книга
3. «

   — Эти рисунки на стенах — вы сами их рисовали, доктор? — Вы полагаете, я приглашал сюда дизайнера? — Тот, что над раковиной, — это какой-то европейский город, правда? — Это — Флоренция; вон там — Палаццо Виккио и Дуомо — вид с Бельведера. — И все эти детали вы рисовали по памяти? — Память, офицер Старлинг, — то самое, что заменяет мне вид из окна.

   — Эти рисунки на стенах — вы сами их рисовали, доктор? — Вы полагаете, я приглашал сюда дизайнера? — Тот, что над раковиной, — это какой-то европейский город, правда? — Это — Флоренция; вон там — Палаццо Виккио и Дуомо — вид с Бельведера. — И все эти детали вы рисовали по памяти? — Память, офицер Старлинг, — то самое, что заменяет мне вид из окна.

   — Клэрис Старлинг · книга
4. «

   Наше сознание вспоминает лишь то, что может позволить себе вспомнить, и с той быстротой, какую может себе позволить.

   Наше сознание вспоминает лишь то, что может позволить себе вспомнить, и с той быстротой, какую может себе позволить.

   — Ганнибал: Восхождение · книга
5. «

   Речь редко служит показателем того, как человек умеет излагать свои мысли на бумаге.

   Речь редко служит показателем того, как человек умеет излагать свои мысли на бумаге.

   — Красный Дракон · книга
6. «

   Император Марк Аврелий призывал к простоте. Первый его принцип: о любом предмете прежде всего спроси, что он являет собой, каково его строение, какова его причинная сущность.

   Император Марк Аврелий призывал к простоте. Первый его принцип: о любом предмете прежде всего спроси, что он являет собой, каково его строение, какова его причинная сущность.

   — Ганнибал Лектер · книга
7. «

   Вера в отточенную технику – религия всех опасных профессий.

   Вера в отточенную технику – религия всех опасных профессий.

   — Ганнибал · книга
8. «

   Особенно Грэхем был благодарен Блуму за то, что тот никогда не проявлял к нему чисто профессионального интереса, хотя психиатры нередко принимают за своих пациентов все остальное человечество.

   Особенно Грэхем был благодарен Блуму за то, что тот никогда не проявлял к нему чисто профессионального интереса, хотя психиатры нередко принимают за своих пациентов все остальное человечество.

   — Красный Дракон · книга
9. «

   Женщины быстрее мужчин чувствуют наблюдение со стороны — это умение составляет часть их инстинкта выживания; да и желание они распознают тут же. Или его отсутствие.

   Женщины быстрее мужчин чувствуют наблюдение со стороны — это умение составляет часть их инстинкта выживания; да и желание они распознают тут же. Или его отсутствие.

   — Ганнибал: Восхождение · книга
10. «

    Акты жестокости, направленные преимущественно на женщин и совершаемые в присутствии членов их семей, — не что иное, как агрессия, направленная на фигуру матери.

    Акты жестокости, направленные преимущественно на женщин и совершаемые в присутствии членов их семей, — не что иное, как агрессия, направленная на фигуру матери.

    — Доктор Блум · книга
11. «

    ... Но правила на то и правила: если их понимать и принимать, все с тобой будет в порядке.

    ... Но правила на то и правила: если их понимать и принимать, все с тобой будет в порядке.

    — Ганнибал · книга
12. «

    Что же мне сказать? Что я не истеричка? Именно это первым делом и говорят все истерички.

    Что же мне сказать? Что я не истеричка? Именно это первым делом и говорят все истерички.

    — Ганнибал · книга
13. «

    Если вы услышите слова настолько правдивые, что они причиняют вам боль, помните — истина этих слов относительна, преходяща и изменчива.

    Если вы услышите слова настолько правдивые, что они причиняют вам боль, помните — истина этих слов относительна, преходяща и изменчива.

    — Ганнибал Лектер · книга
14. «

    — Он жаждет. Жаждет, кстати, быть тем самым, что и вы. Это его сущность — жаждать. Клэрис, как мы начинаем желать что-либо? Мы что, ищем чего бы возжелать? — Нет. Мы просто... — Вот именно! Именно! Мы жаждем того, что видим повседневно. Разве вы не ощущали на себе глаза всех встречных? Случайных встречных, Клэрис? Разве ваши глаза не скользят по предметам, которые вам попадаются?

    — Он жаждет. Жаждет, кстати, быть тем самым, что и вы. Это его сущность — жаждать. Клэрис, как мы начинаем желать что-либо? Мы что, ищем чего бы возжелать? — Нет. Мы просто... — Вот именно! Именно! Мы жаждем того, что видим повседневно. Разве вы не ощущали на себе глаза всех встречных? Случайных встречных, Клэрис? Разве ваши глаза не скользят по предметам, которые вам попадаются?

    — Ганнибал Лектер · книга
15. «

    С тех пор как Ганнибал Лектер получил этот частичный ответ на свою молитву, мысли о Божественном его никогда больше не беспокоили, если не считать твердого убеждения в том, что его собственные хищные порывы бледнеют пред хищными устремлениями Господа Бога, чья ирония непревзойденна, а своенравная злобность не знает меры.

    С тех пор как Ганнибал Лектер получил этот частичный ответ на свою молитву, мысли о Божественном его никогда больше не беспокоили, если не считать твердого убеждения в том, что его собственные хищные порывы бледнеют пред хищными устремлениями Господа Бога, чья ирония непревзойденна, а своенравная злобность не знает меры.

    — Ганнибал · книга
16. «

    Научи нас любви, научи равнодушию, научи нас спокойствию и тишине.

    Научи нас любви, научи равнодушию, научи нас спокойствию и тишине.

    — Кларисса Старлинг · книга
17. «

    Похороны домашнего любимца, печальный ритуал детства.

    Похороны домашнего любимца, печальный ритуал детства.

    — Уилл Грэм · книга
18. «

    Глупых вопросов не бывает.

    Глупых вопросов не бывает.

    — Молчание ягнят · книга
19. «

    Никогда не отвечайте остротой на остроту. Послушайте: желание понять остроту и ответить на нее заставляет собеседника совершить в уме поспешный и не относящийся к предмету беседы поиск. Это ломает настрой. Успех беседы зависит от настроения, от той атмосферы, в которой она протекает.

    Никогда не отвечайте остротой на остроту. Послушайте: желание понять остроту и ответить на нее заставляет собеседника совершить в уме поспешный и не относящийся к предмету беседы поиск. Это ломает настрой. Успех беседы зависит от настроения, от той атмосферы, в которой она протекает.

    — Ганнибал Лектер · книга
20. «

    ... Это самое трудное испытание — испытание гневом и отчаянием. Не позволяйте гневу и отчаянию помешать вам мыслить. В этом суть, от этого зависит, сможете ли вы или нет контролировать ситуацию. Командовать людьми. Глупость и равнодушие бьют сильнее всего.

    ... Это самое трудное испытание — испытание гневом и отчаянием. Не позволяйте гневу и отчаянию помешать вам мыслить. В этом суть, от этого зависит, сможете ли вы или нет контролировать ситуацию. Командовать людьми. Глупость и равнодушие бьют сильнее всего.

    — Джек Кроуфорд (Jack Crawford) · книга