15 цитат-размышлений Уильяма Сарояна

Ниже 15 цитат Уильяма Сарояна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Нью-Йорк очень далеко, даже когда находишься в нем. Он огромен, он больше, чем что-либо на свете, даже когда вглядываешься в него. И кроме того, это самое угрюмое, самое безжизненное место на свете.

   Нью-Йорк очень далеко, даже когда находишься в нем. Он огромен, он больше, чем что-либо на свете, даже когда вглядываешься в него. И кроме того, это самое угрюмое, самое безжизненное место на свете.

   — Писатель · книга
2. «

   — Помни, — сказала мать, — ты всегда должен делиться всем, что у тебя есть. Давать, даже когда безрассудно быть расточительным. Давать всем, с кем встретишься в жизни. Тогда никто не сможет тебя обокрасть, потому что, если ты сам даешь вору, он у тебя не украдет и перестанет быть вором. И чем больше ты будешь давать, тем больше у тебя останется.

   — Помни, — сказала мать, — ты всегда должен делиться всем, что у тебя есть. Давать, даже когда безрассудно быть расточительным. Давать всем, с кем встретишься в жизни. Тогда никто не сможет тебя обокрасть, потому что, если ты сам даешь вору, он у тебя не украдет и перестанет быть вором. И чем больше ты будешь давать, тем больше у тебя останется.

   — Приключения Весли Джексона · книга
3. «

   Мы ничего не сказали друг другу, потому что у нас было слишком много что сказать, но слов для этого не было.

   Мы ничего не сказали друг другу, потому что у нас было слишком много что сказать, но слов для этого не было.

   — Гранатовая роща · книга
4. «

   Я не верю в расы. Я не верю в правительства. Я вижу жизнь в единственном числе и в одном времени. Миллионы жизней одновременно, по всему свету. Младенцы, не умеющие говорить ни на одном языке, и есть единственная раса на земле, род человеческий. Все остальное, то, что зовется у нас цивилизацией, ненавистью, страхом, жаждой силы – притворство. Но дитя есть дитя. Братство людей – в детском плаче. Мы вырастаем и познаем слова и видим вселенную через призму известного нам языка: не через призму всех языков и не через призму безмолвия, например, нет, мы замыкаемся в языке, который знаем.

   Я не верю в расы. Я не верю в правительства. Я вижу жизнь в единственном числе и в одном времени. Миллионы жизней одновременно, по всему свету. Младенцы, не умеющие говорить ни на одном языке, и есть единственная раса на земле, род человеческий. Все остальное, то, что зовется у нас цивилизацией, ненавистью, страхом, жаждой силы – притворство. Но дитя есть дитя. Братство людей – в детском плаче. Мы вырастаем и познаем слова и видим вселенную через призму известного нам языка: не через призму всех языков и не через призму безмолвия, например, нет, мы замыкаемся в языке, который знаем.

   — Семьдесят тысяч ассирийцев · книга
5. «

   Говорят, что семейное счастье — конец всему. Говорят, когда парень женится на девушке — это уже все, конец. Но вы не верьте этому, это не так, это вовсе не конец, а только начало; ничто не начинается до тех пор, пока парень не женится на девушке, пока она не забеременеет и не станет расцветать с каждым днем, пока сердце парня не наполнится до краев любовью к ней, и к жизни внутри нее, и ко всему окружающему. Это только начало, а вовсе не конец. Когда парень и девушка принадлежат друг другу, когда они составляют одно, только тогда и начинается настоящая жизнь, и нет ей конца и края; и, естественно, здесь не может быть никакого конца, раз они вместе и составляют одно, ибо это в природе вещей, в этом вся суть, весь шум из-за этого; это смерть получила коленкой под зад, это жизнь несется, хлопая крыльями; рождество наступило, рай на земле, все поет и танцует, речка смеется, океан разливается счастьем, ветер встречает всех поцелуями, небо раскрыло объятья, деревья пляшут от радости, камень протяжно гудит, ночь уходит с ласковым шепотом — ясный день наступает.

   Говорят, что семейное счастье — конец всему. Говорят, когда парень женится на девушке — это уже все, конец. Но вы не верьте этому, это не так, это вовсе не конец, а только начало; ничто не начинается до тех пор, пока парень не женится на девушке, пока она не забеременеет и не станет расцветать с каждым днем, пока сердце парня не наполнится до краев любовью к ней, и к жизни внутри нее, и ко всему окружающему. Это только начало, а вовсе не конец. Когда парень и девушка принадлежат друг другу, когда они составляют одно, только тогда и начинается настоящая жизнь, и нет ей конца и края; и, естественно, здесь не может быть никакого конца, раз они вместе и составляют одно, ибо это в природе вещей, в этом вся суть, весь шум из-за этого; это смерть получила коленкой под зад, это жизнь несется, хлопая крыльями; рождество наступило, рай на земле, все поет и танцует, речка смеется, океан разливается счастьем, ветер встречает всех поцелуями, небо раскрыло объятья, деревья пляшут от радости, камень протяжно гудит, ночь уходит с ласковым шепотом — ясный день наступает.

   — Приключения Весли Джексона · книга
6. «

   Люди везде одинаковые. Другими они становятся, только когда кого-нибудь любят. Только это и меняет людей.

   Люди везде одинаковые. Другими они становятся, только когда кого-нибудь любят. Только это и меняет людей.

   — Эй, кто-нибудь! · книга
7. «

   Люди, не зная сами, кто они такие есть, стараются помешать человеку стать тем, кем он должен быть.

   Люди, не зная сами, кто они такие есть, стараются помешать человеку стать тем, кем он должен быть.
8. «

   Знаешь, иногда ошибкой бывает не совершить ошибку.

   Знаешь, иногда ошибкой бывает не совершить ошибку.

   — Мама, я люблю тебя · книга
9. «

   Любовь бессмертна и дает бессмертие всему, что нас окружает. А ненависть умирает ежеминутно.

   Любовь бессмертна и дает бессмертие всему, что нас окружает. А ненависть умирает ежеминутно.

   — Человеческая комедия · книга
10. «

    Она всплакнула, но только про себя, так как давно решила, что ей не нравится плакать, потому что как только начинаешь плакать, то оказывается, есть столько всего из-за чего хочется заплакать, что просто невозможно остановиться, и ей это совсем не нравилось.

    Она всплакнула, но только про себя, так как давно решила, что ей не нравится плакать, потому что как только начинаешь плакать, то оказывается, есть столько всего из-за чего хочется заплакать, что просто невозможно остановиться, и ей это совсем не нравилось.

    — Гастон · книга
11. «

    Я студент. Я изучаю все подряд. Все. Все. И когда мои опыты обнаруживают красоту там или в тех людях, где, по идее, должны гнездиться уродство и смерть, я отчетливо вижу, сколько в жизни добра. А всегда помнить об этом — полезно. Вот истина, которую я всегда буду наглядно доказывать.

    Я студент. Я изучаю все подряд. Все. Все. И когда мои опыты обнаруживают красоту там или в тех людях, где, по идее, должны гнездиться уродство и смерть, я отчетливо вижу, сколько в жизни добра. А всегда помнить об этом — полезно. Вот истина, которую я всегда буду наглядно доказывать.

    — Джо · книга
12. «

    Дурак – действительно хороший человек, но только потому, что он не умеет вести себя иначе.

    Дурак – действительно хороший человек, но только потому, что он не умеет вести себя иначе.

    — Сыновья приходят и уходят, матери остаются всегда · книга
13. «

    Можно спорить с людьми, если они не болваны, но нельзя спорить с болванами: те гнут своё и знать ничего не хотят.

    Можно спорить с людьми, если они не болваны, но нельзя спорить с болванами: те гнут своё и знать ничего не хотят.

    — Эй, кто-нибудь! · книга
14. «

    Он бродил в поисках книги, в которой говорилось бы о том, к чему он стремится.

    Он бродил в поисках книги, в которой говорилось бы о том, к чему он стремится.

    — Орущие заголовки · книга
15. «

    Только в страдании люди едины. В радости же они порознь.

    Только в страдании люди едины. В радости же они порознь.

    — Ученик брадобрея · книга