133 цитаты Уильяма Теккерея, которые захочется сохранить

Подборка из 133 цитаты Уильяма Теккерея: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Первая юношеская или девичья страсть почти всегда бесплодна: она умирает, едва успев родиться.

   Первая юношеская или девичья страсть почти всегда бесплодна: она умирает, едва успев родиться.

   — История Генри Эсмонда · книга
2. «

   О женщины! Они возятся и няньчатся со своими предчувствиями и любовно носятся с самыми мрачными мыслями, как матери с увечными детьми.

   О женщины! Они возятся и няньчатся со своими предчувствиями и любовно носятся с самыми мрачными мыслями, как матери с увечными детьми.

   — Ярмарка тщеславия · книга
3. «

   Расстаться с деньгами — жертва, непосильная почти для каждого здравомыслящего человека. Вряд ли вы найдете среди живущих кого-нибудь, кто не считал бы себя достойным всяческой похвалы за то, что он дал своему ближнему пять фунтов. Беспечный человек дает не из чувства сострадания, а ради пустого удовольствия давать.

   Расстаться с деньгами — жертва, непосильная почти для каждого здравомыслящего человека. Вряд ли вы найдете среди живущих кого-нибудь, кто не считал бы себя достойным всяческой похвалы за то, что он дал своему ближнему пять фунтов. Беспечный человек дает не из чувства сострадания, а ради пустого удовольствия давать.
4. «

   Разве поток сбегает с гор прозрачным и вольным для того, чтобы пробежать по прекрасным пастбищам, вскормить и пустить на простор светлые ручьи и кончить сой путь в деревенской канаве? Жизни, имевшие прекрасное начало, нередко ждет бесславный конец.

   Разве поток сбегает с гор прозрачным и вольным для того, чтобы пробежать по прекрасным пастбищам, вскормить и пустить на простор светлые ручьи и кончить сой путь в деревенской канаве? Жизни, имевшие прекрасное начало, нередко ждет бесславный конец.

   — История Генри Эсмонда · книга
5. «

   Тайная и ужасающая мудрость, определяющая судьбы человечества, стремится унизить кроткого, доброго и мудрого и возвысить себялюбца, дурака и злодея. О, будь смиренным, брат мой, когда судьба благоволит к тебе! Будь ласков с теми, кому меньше посчастливилось, чем тебе, несмотря на то, что они заслуживают того же, что и ты.

   Тайная и ужасающая мудрость, определяющая судьбы человечества, стремится унизить кроткого, доброго и мудрого и возвысить себялюбца, дурака и злодея. О, будь смиренным, брат мой, когда судьба благоволит к тебе! Будь ласков с теми, кому меньше посчастливилось, чем тебе, несмотря на то, что они заслуживают того же, что и ты.
6. «

   В жизни каждого человека случается — и не раз! — что внезапный шквал сбивает его с пути, и все, что ему остается, — это искать спасения на скалах, куда его выкинет волной.

   В жизни каждого человека случается — и не раз! — что внезапный шквал сбивает его с пути, и все, что ему остается, — это искать спасения на скалах, куда его выкинет волной.

   — История Генри Эсмонда · книга
7. «

   Мать — это имя Бога на устах и в сердцах маленьких детей.

   Мать — это имя Бога на устах и в сердцах маленьких детей.
8. «

   Никакая фортуна не смутит философа.

   Никакая фортуна не смутит философа.

   — мистер Аддисон · книга
9. «

   ...в любовных делах всегда есть две стороны: одна любит, а другая позволяет, чтобы её любили. Иногда любящей стороной является мужчина, иногда женщина.

   ...в любовных делах всегда есть две стороны: одна любит, а другая позволяет, чтобы её любили. Иногда любящей стороной является мужчина, иногда женщина.

   — Ярмарка тщеславия · книга
10. «

    Нелегкое это бремя для женщины — маска, которую свет принуждает ее надевать. Но нет преступления более тяжкого, нежели преступление той, которая будучи угнетена и несчастлива, обнаружит это перед светом. Свет беспощаден в свое желании видеть одни лишь веселые лица.

    Нелегкое это бремя для женщины — маска, которую свет принуждает ее надевать. Но нет преступления более тяжкого, нежели преступление той, которая будучи угнетена и несчастлива, обнаружит это перед светом. Свет беспощаден в свое желании видеть одни лишь веселые лица.

    — История Генри Эсмонда · книга
11. «

    За добро добра не жди.

    За добро добра не жди.

    — Гарри Эсмонд · книга
12. «

    Невзгоды тех дней давно позабыты, хоть они и омрачили детство мальчика тенью печали, которая, должно быть, не исчезнет до конца его дней: так молодое деревце, надломленное в начале роста, вырастает искривленным; зато уж тот, кто ребенком знал горе, если только суровая школа ранних невзгод не озлобила его, умеет быть кротким и терпеливым.

    Невзгоды тех дней давно позабыты, хоть они и омрачили детство мальчика тенью печали, которая, должно быть, не исчезнет до конца его дней: так молодое деревце, надломленное в начале роста, вырастает искривленным; зато уж тот, кто ребенком знал горе, если только суровая школа ранних невзгод не озлобила его, умеет быть кротким и терпеливым.

    — История Генри Эсмонда · книга
13. «

    ... пока женщина не сделается бабушкой, она часто не знает даже, что значит быть матерью.

    ... пока женщина не сделается бабушкой, она часто не знает даже, что значит быть матерью.

    — Ярмарка тщеславия · книга
14. «

    Если вас считают молодым, это без сомнения, лестно, но когда вам сорок шесть лет и вас третируют, как мальчишку, вам недолго и обидеться.

    Если вас считают молодым, это без сомнения, лестно, но когда вам сорок шесть лет и вас третируют, как мальчишку, вам недолго и обидеться.

    — Ярмарка тщеславия · книга
15. «

    Давайте не будем слишком уверены в наших собственных моральных и философских взглядах.

    Давайте не будем слишком уверены в наших собственных моральных и философских взглядах.
16. «

    Она разбудила мужа и приготовила ему чашку самого вкусного кофе, какой можно было найти в это утро в Брюсселе. И кто станет отрицать, что все эти приготовления достойной леди так же доказывали ее любовь, как слезы и истерики более чувствительных женщин, и что чашка кофе, выпитая в компании с женой, пока по всему городу рожки трубят сбор и бьют барабаны, не в пример полезнее и более к месту, чем пустые излияния чувств?

    Она разбудила мужа и приготовила ему чашку самого вкусного кофе, какой можно было найти в это утро в Брюсселе. И кто станет отрицать, что все эти приготовления достойной леди так же доказывали ее любовь, как слезы и истерики более чувствительных женщин, и что чашка кофе, выпитая в компании с женой, пока по всему городу рожки трубят сбор и бьют барабаны, не в пример полезнее и более к месту, чем пустые излияния чувств?

    — Ярмарка тщеславия · книга
17. «

    Такова уж природа некоторых женщин. Одни из них созданы для интриг, другие для любви; и я желаю каждому почтенному холостяку, читающему эти строки, выбрать себе жену того сорта, какой ему больше по душе.

    Такова уж природа некоторых женщин. Одни из них созданы для интриг, другие для любви; и я желаю каждому почтенному холостяку, читающему эти строки, выбрать себе жену того сорта, какой ему больше по душе.

    — Ярмарка тщеславия · книга
18. «

    Не раз бывало, что какой-нибудь ослеплённый пастушок по ошибке принимал бесчувственность за скромность, тупость за девичью сдержанность, полнейшую пустоту за милую застенчивость, — одним словом, гусыню — за лебедя! Быть может, и какая-нибудь милая читательница наряжает осла во всю пышность и блеск своего воображения, восхищаясь его тупоумием, как мужественной простотой, преклоняясь перед его себялюбием, как перед мужественной гордостью, усматривая в его глупости величественную важность; словом, обходясь с ним так, как фея Титания с неким афинским ткачём. Мне сдаётся, я видел не однажды, как разыгрываются подобные «комедии ошибок».

    Не раз бывало, что какой-нибудь ослеплённый пастушок по ошибке принимал бесчувственность за скромность, тупость за девичью сдержанность, полнейшую пустоту за милую застенчивость, — одним словом, гусыню — за лебедя! Быть может, и какая-нибудь милая читательница наряжает осла во всю пышность и блеск своего воображения, восхищаясь его тупоумием, как мужественной простотой, преклоняясь перед его себялюбием, как перед мужественной гордостью, усматривая в его глупости величественную важность; словом, обходясь с ним так, как фея Титания с неким афинским ткачём. Мне сдаётся, я видел не однажды, как разыгрываются подобные «комедии ошибок».

    — Ярмарка тщеславия · книга
19. «

    Кто не замечал, с какой готовностью ближайшие друзья подозревают и обвиняют друг друга в обмане, как только дело коснется денежных расчетов! Все так поступают. Мне думается, каждый их нас прав, а все остальные — мошенники.

    Кто не замечал, с какой готовностью ближайшие друзья подозревают и обвиняют друг друга в обмане, как только дело коснется денежных расчетов! Все так поступают. Мне думается, каждый их нас прав, а все остальные — мошенники.

    — Ярмарка тщеславия · книга
20. «

    И правда, какое образование скорее достигает цели, если не самообразование?

    И правда, какое образование скорее достигает цели, если не самообразование?

    — Ярмарка тщеславия · книга