147 цитат Умберто Эко — коротко и по делу

Ниже 147 цитат Умберто Эко — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Нас окружает невежество, зачастую чванливое и отстаивающее свое право быть таким. Оно все время приобретает новых сторонников. Оно самоуверенно и заявляет о своем превосходстве устами наших ограниченных политиков. А знание, хрупкое и переменчивое, которому угрожают разные опасности, которое сомневается в самом себе, является, возможно, одним из последних прибежищ утопии.

   Нас окружает невежество, зачастую чванливое и отстаивающее свое право быть таким. Оно все время приобретает новых сторонников. Оно самоуверенно и заявляет о своем превосходстве устами наших ограниченных политиков. А знание, хрупкое и переменчивое, которому угрожают разные опасности, которое сомневается в самом себе, является, возможно, одним из последних прибежищ утопии.

   — Жан-Клод Каррьер · книга
2. «

   Автору следовало бы умереть, закончив книгу. Чтобы не становиться на пути текста.

   Автору следовало бы умереть, закончив книгу. Чтобы не становиться на пути текста.

   — Заметки на полях "Имени Розы" · книга
3. «

   Сон — это писание. А многие писания не более чем сны.

   Сон — это писание. А многие писания не более чем сны.

   — Имя розы · книга
4. «

   Душа спокойна, только когда созерцает истину и услаждается сотворённым добром; а над добром и над истиною не смеются.

   Душа спокойна, только когда созерцает истину и услаждается сотворённым добром; а над добром и над истиною не смеются.

   — Хорхе Бургосский · книга
5. «

   — Со всемерным почтением скажу, крестоносцы малость олуховаты.

   — Со всемерным почтением скажу, крестоносцы малость олуховаты.

   — Тарабурло · книга
6. «

   — Но чем так опасен смех, преподобный Хорхе? — Смех убивает страх, а без страха нет веры. Потому что кто не боится дьявола, тому не нужен бог.

   — Но чем так опасен смех, преподобный Хорхе? — Смех убивает страх, а без страха нет веры. Потому что кто не боится дьявола, тому не нужен бог.

   — Хорхе Бургосский · книга
7. «

   Их вера придает мощам подлинность, а не мощи придают подлинность их вере.

   Их вера придает мощам подлинность, а не мощи придают подлинность их вере.

   — Баудолино · книга
8. «

   Название [книги] должно запутывать мысли, а не дисциплинировать их.

   Название [книги] должно запутывать мысли, а не дисциплинировать их.

   — Заметки на полях "Имени Розы" · книга
9. «

   Никто и никогда не понуждает знать. Знать просто следует, вот и всё. Даже если рискуешь понять неправильно.

   Никто и никогда не понуждает знать. Знать просто следует, вот и всё. Даже если рискуешь понять неправильно.

   — Вильгельм Барскельвийский · книга
10. «

    Должно быть, обязанность всякого, кто любит людей, — учить смеяться над истиной, учить смеяться саму истину, так как единственная твёрдая истина — что надо освобождаться от нездоровой страсти к истине.

    Должно быть, обязанность всякого, кто любит людей, — учить смеяться над истиной, учить смеяться саму истину, так как единственная твёрдая истина — что надо освобождаться от нездоровой страсти к истине.

    — Вильгельм Барскельвийский · книга
11. «

    Чем менее правдоподобно подобие, тем чётче вырисовывается истина.

    Чем менее правдоподобно подобие, тем чётче вырисовывается истина.

    — Имя розы · книга
12. «

    Между самыми различными людьми наличествуют сходства во всём.

    Между самыми различными людьми наличествуют сходства во всём.

    — Имя розы · книга
13. «

    Я убеждал себя, что жизнь пошла точно так, как мне полагалось. А полагалось мне остаться навеки несчастным. Прими я это, и можно было обрести мир.

    Я убеждал себя, что жизнь пошла точно так, как мне полагалось. А полагалось мне остаться навеки несчастным. Прими я это, и можно было обрести мир.

    — Баудолино · книга
14. «

    Ненависть — истинная природная страсть. Аномальна как раз любовь. За неё Христа и распяли.

    Ненависть — истинная природная страсть. Аномальна как раз любовь. За неё Христа и распяли.

    — Пражское кладбище · книга
15. «

    Поскольку по определению объездить весь мир жизни не хватает, имеется один выход: прочитать все в мире книги.

    Поскольку по определению объездить весь мир жизни не хватает, имеется один выход: прочитать все в мире книги.

    — Баудолино · книга
16. «

    Кстати, не очень обольщайся по поводу этих реликвий. Обломков креста я перевидал очень много и в самых разных церквах. Если все они подлинные, значит, нашего Господа терзали не на двух скрещённых брёвнах, а на целом заборе...

    Кстати, не очень обольщайся по поводу этих реликвий. Обломков креста я перевидал очень много и в самых разных церквах. Если все они подлинные, значит, нашего Господа терзали не на двух скрещённых брёвнах, а на целом заборе...

    — Имя розы · книга
17. «

    В отроческую пору все писали стихи, настоящие поэты потом уничтожили стихи этого периода, а плохие их опубликовали.

    В отроческую пору все писали стихи, настоящие поэты потом уничтожили стихи этого периода, а плохие их опубликовали.

    — Маятник Фуко · книга
18. «

    ...наши уж если возьмутся за что-то, то выходит или погано, или кошмарно...

    ...наши уж если возьмутся за что-то, то выходит или погано, или кошмарно...

    — Баудолино · книга
19. «

    Одна вещь на свете возбуждает животных сильнее, чем наслаждение. И это боль. Под пыткой ты как бы во власти одуревающих трав. Все, о чем ты слышал и читал, оживает в памяти, и ты будто переносишься душой — если не в рай, то в ад. Под пыткой ты скажешь не только все, чего хочет следователь, но еще и все, что, по-твоему, могло бы доставить ему удовольствие.

    Одна вещь на свете возбуждает животных сильнее, чем наслаждение. И это боль. Под пыткой ты как бы во власти одуревающих трав. Все, о чем ты слышал и читал, оживает в памяти, и ты будто переносишься душой — если не в рай, то в ад. Под пыткой ты скажешь не только все, чего хочет следователь, но еще и все, что, по-твоему, могло бы доставить ему удовольствие.

    — Вильгельм Барскельвийский · книга
20. «

    На следующей ступени совершенства мы научимся обходиться без слов, хватит прикосновения, ты все поймешь.

    На следующей ступени совершенства мы научимся обходиться без слов, хватит прикосновения, ты все поймешь.

    — Баудолино · книга