Топ-29 цитат Уолта Уитмена

Подборка из 29 цитат Уолта Уитмена: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Все ближе время, и все угрюмее сумрак, Ужас того, что мне неизвестно, мрачит меня.

   Все ближе время, и все угрюмее сумрак, Ужас того, что мне неизвестно, мрачит меня.

   — Листья травы · книга
2. «

   Это хочу я прославить, хотя бы я стоял меж людей одиноко, Голосом зычным моим и воспеваю фаллос, Я пою песню зачатий, Я пою, что нужны нам великолепные дети и в них великолепные люди, Я пою возбуждение мышц и слияние тел, Я пою песню тех, кто спит в одной постели (о, неодолимая страсть! О, взаимное притяжение тел! Для каждого тела свое манящее, влекущее тело! И для вашего тела — свое, оно доставляет вам счастье больше всего остального!) <...> Лицо, руки, ноги — все с головы до пят — и чувства, что он пробуждает, Загадочный бред, сумасшествие страсти, о, отдаться тебе до конца! (Крепко прижмись и слушай, что я шепчу тебе, Я люблю тебя, о, я весь твой, Только бы нам ускользнуть ото всех, убежать беззаконными, вольными, Два ястреба в небе, две рыбы в волнах не так беззаконны, как мы.) Дикая буря, сквозь меня проходящая, и страсть, которая содрогает меня, Клятва, что мы слиты навеки, я и женщина, которая любит меня и которую я люблю больше жизни моей. (О, я охотно отдал бы все за тебя, И если нужно, пускай пропаду! Только бы ты и я! И что нам до того, что делают и думают другие! Что нам до всего остального, только бы нам насладиться друг другом и замучить друг друга совсем, до конца, если иначе нельзя.)

   Это хочу я прославить, хотя бы я стоял меж людей одиноко, Голосом зычным моим и воспеваю фаллос, Я пою песню зачатий, Я пою, что нужны нам великолепные дети и в них великолепные люди, Я пою возбуждение мышц и слияние тел, Я пою песню тех, кто спит в одной постели (о, неодолимая страсть! О, взаимное притяжение тел! Для каждого тела свое манящее, влекущее тело! И для вашего тела — свое, оно доставляет вам счастье больше всего остального!) <...> Лицо, руки, ноги — все с головы до пят — и чувства, что он пробуждает, Загадочный бред, сумасшествие страсти, о, отдаться тебе до конца! (Крепко прижмись и слушай, что я шепчу тебе, Я люблю тебя, о, я весь твой, Только бы нам ускользнуть ото всех, убежать беззаконными, вольными, Два ястреба в небе, две рыбы в волнах не так беззаконны, как мы.) Дикая буря, сквозь меня проходящая, и страсть, которая содрогает меня, Клятва, что мы слиты навеки, я и женщина, которая любит меня и которую я люблю больше жизни моей. (О, я охотно отдал бы все за тебя, И если нужно, пускай пропаду! Только бы ты и я! И что нам до того, что делают и думают другие! Что нам до всего остального, только бы нам насладиться друг другом и замучить друг друга совсем, до конца, если иначе нельзя.)

   — Листья травы · книга
3. «

   Священно тело мужское и женское тело; Чье б ни было — тело священно; И тело раба. И тело сошедшего на берег забитого иммигранта. Любой нужен здесь или там, как и тот, кто в достатке живет, как и вы; И каждому в шествии место дано.

   Священно тело мужское и женское тело; Чье б ни было — тело священно; И тело раба. И тело сошедшего на берег забитого иммигранта. Любой нужен здесь или там, как и тот, кто в достатке живет, как и вы; И каждому в шествии место дано.

   — Листья травы · книга
4. «

   Мы считаем Библии, религии священными — я этого не отрицаю, Но я говорю, что все они выросли из вас и всё ещё растут; Не они дают жизнь, а вы даете жизнь, Как листья растут из деревьев, а деревья растут из земли, так и они растут из вас.

   Мы считаем Библии, религии священными — я этого не отрицаю, Но я говорю, что все они выросли из вас и всё ещё растут; Не они дают жизнь, а вы даете жизнь, Как листья растут из деревьев, а деревья растут из земли, так и они растут из вас.
5. «

   Я выберу свой путь, Пусть другие провозглашают законы, мне нет никакого дела до законов, Пусть другие прославляют возвышенных людей и поддерживают спокойствие, я поддерживаю только волнение и борьбу, Я не восхваляю возвышенного человека, я противопоставляю ему просто стоящего.

   Я выберу свой путь, Пусть другие провозглашают законы, мне нет никакого дела до законов, Пусть другие прославляют возвышенных людей и поддерживают спокойствие, я поддерживаю только волнение и борьбу, Я не восхваляю возвышенного человека, я противопоставляю ему просто стоящего.

   — Листья травы · книга
6. «

   Мне кажется, все на свету и на воздухе должны быть довольны, Пусть тот, кто еще не в гробу и не в яме, знает, что он имеет достаточно.

   Мне кажется, все на свету и на воздухе должны быть довольны, Пусть тот, кто еще не в гробу и не в яме, знает, что он имеет достаточно.

   — Листья травы · книга
7. «

   Приснился мне город, который нельзя одолеть, хотя бы напали на него все страны вселенной, Мне снилось, что это был город Друзей, какого ещё никогда не бывало, И превыше всего в этом городе крепкая ценилась любовь, И каждый час она сказывалась в каждом поступке жителей этого города, В каждом их слове и взгляде.

   Приснился мне город, который нельзя одолеть, хотя бы напали на него все страны вселенной, Мне снилось, что это был город Друзей, какого ещё никогда не бывало, И превыше всего в этом городе крепкая ценилась любовь, И каждый час она сказывалась в каждом поступке жителей этого города, В каждом их слове и взгляде.
8. «

   О Капитан! мой Капитан! сквозь бурю мы прошли, Изведан каждый ураган, и клад мы обрели, И гавань ждёт, бурлит народ, колокола трезвонят, И все глядят на твой фрегат, отчаянный и грозный! Но сердце! сердце! сердце! Кровавою струей Забрызгана та палуба, Где пал ты неживой.

   О Капитан! мой Капитан! сквозь бурю мы прошли, Изведан каждый ураган, и клад мы обрели, И гавань ждёт, бурлит народ, колокола трезвонят, И все глядят на твой фрегат, отчаянный и грозный! Но сердце! сердце! сердце! Кровавою струей Забрызгана та палуба, Где пал ты неживой.
9. «

   Я понял, что быть с теми, кто нравится мне,— довольство, Что вечером посидеть и с другими людьми — довольство, Что быть окруженным прекрасной, пытливой, смеющейся, дышащей плотью — довольство, Побыть средь других, коснуться кого-нибудь, обвить рукой слегка его иль ее шею на миг — иль этого мало? Мне большего наслажденья не надо — я плаваю в нем, как в море.

   Я понял, что быть с теми, кто нравится мне,— довольство, Что вечером посидеть и с другими людьми — довольство, Что быть окруженным прекрасной, пытливой, смеющейся, дышащей плотью — довольство, Побыть средь других, коснуться кого-нибудь, обвить рукой слегка его иль ее шею на миг — иль этого мало? Мне большего наслажденья не надо — я плаваю в нем, как в море.

   — Листья травы · книга
10. «

    Любопытствуй, а не критикуй.

    Любопытствуй, а не критикуй.
11. «

    Настоящая война никогда не попадает в книги.

    Настоящая война никогда не попадает в книги.
12. «

    Когда я слушал ученого астронома И он выводил предо мною целые столбцы мудрых цифр И показывал небесные карты, диаграммы для измерения звёзд, Я сидел в аудитории и слушал его, и все рукоплескали ему, Но скоро — я и сам не пойму отчего — мне стало так нудно и скучно, И как я был счастлив, когда выскользнул прочь и в полном молчании зашагал одинокий Среди влажной таинственной ночи И взглядывал порою на звезды.

    Когда я слушал ученого астронома И он выводил предо мною целые столбцы мудрых цифр И показывал небесные карты, диаграммы для измерения звёзд, Я сидел в аудитории и слушал его, и все рукоплескали ему, Но скоро — я и сам не пойму отчего — мне стало так нудно и скучно, И как я был счастлив, когда выскользнул прочь и в полном молчании зашагал одинокий Среди влажной таинственной ночи И взглядывал порою на звезды.
13. «

    В женщине качества все, она их смягчает, Она на месте своём и движется в равновесии полном; В ней всё скрыто, как должно, — она и деятельна и спокойна; Ей — зачинать дочерей, и ей — зачинать сыновей. Когда я вижу душу мою отраженной в Природе, Когда я вижу сквозь мглу кого-то в совершенстве невыразимом, Вижу склоненную голову и руки, скрещенные на груди, - я Женщину вижу. Мужчина тоже душа, и он на своем месте; В нём тоже все качества — он действие, сила; Изобилие познанной вселенной в нём; Ему подобают презренье, влеченье и вызов, И бурные страсти, безмерная радость, безмерное горе, и гордость ему подобают; Ведь душу умиротворяет достойная гордость мужчины; И знанье ему подобает, он любит всегда всё исследовать сам; Какое б ни было море и плаванье, он лотом глубь измеряет. (И где ж ему лот свой бросать, как не там?)

    В женщине качества все, она их смягчает, Она на месте своём и движется в равновесии полном; В ней всё скрыто, как должно, — она и деятельна и спокойна; Ей — зачинать дочерей, и ей — зачинать сыновей. Когда я вижу душу мою отраженной в Природе, Когда я вижу сквозь мглу кого-то в совершенстве невыразимом, Вижу склоненную голову и руки, скрещенные на груди, - я Женщину вижу. Мужчина тоже душа, и он на своем месте; В нём тоже все качества — он действие, сила; Изобилие познанной вселенной в нём; Ему подобают презренье, влеченье и вызов, И бурные страсти, безмерная радость, безмерное горе, и гордость ему подобают; Ведь душу умиротворяет достойная гордость мужчины; И знанье ему подобает, он любит всегда всё исследовать сам; Какое б ни было море и плаванье, он лотом глубь измеряет. (И где ж ему лот свой бросать, как не там?)
14. «

    Пусть будет так, как если бы я был с тобой.

    Пусть будет так, как если бы я был с тобой.
15. «

    And what I assume you shall assume, For every atom belonging to me as good belongs to you.

    And what I assume you shall assume, For every atom belonging to me as good belongs to you.
16. «

    Послушай, я или ты, А также мужчины, женщины, государства, все, что знаем мы или не знаем, Все, что считаем прочным, прекрасно построенным и ценным,— Всего лишь образы.

    Послушай, я или ты, А также мужчины, женщины, государства, все, что знаем мы или не знаем, Все, что считаем прочным, прекрасно построенным и ценным,— Всего лишь образы.

    — Листья травы · книга
17. «

    Трубач! Я сам, верно, тот инструмент, на котором играешь ты песни, Ты плавишь мне сердце и мозг, их движешь, влечешь и меняешь. Внезапно твой смутный напев навеял грусть на меня, Ты погасил ласкающий светоч — надежду. Я вижу рабство и гнет, произвол и насилье повсюду, Безмерный чувствую стыд, ибо народ мой унижен — и этим унижен я сам, Моими стали страданья — обиды всего человечества, — и жажда мщенья, и скрытая ненависть, Меня гнетет пораженье — все кончено! Враг торжествует. (Но исполином встает над руинами Правда, неколебимая до конца! Решимость и воля — стоять до конца!)

    Трубач! Я сам, верно, тот инструмент, на котором играешь ты песни, Ты плавишь мне сердце и мозг, их движешь, влечешь и меняешь. Внезапно твой смутный напев навеял грусть на меня, Ты погасил ласкающий светоч — надежду. Я вижу рабство и гнет, произвол и насилье повсюду, Безмерный чувствую стыд, ибо народ мой унижен — и этим унижен я сам, Моими стали страданья — обиды всего человечества, — и жажда мщенья, и скрытая ненависть, Меня гнетет пораженье — все кончено! Враг торжествует. (Но исполином встает над руинами Правда, неколебимая до конца! Решимость и воля — стоять до конца!)

    — Листья травы · книга
18. «

    Я думаю, я мог бы жить с животными, они так спокойны и замкнуты в себе, Я стою и смотрю на них долго-долго.

    Я думаю, я мог бы жить с животными, они так спокойны и замкнуты в себе, Я стою и смотрю на них долго-долго.

    — Листья травы · книга
19. «

    Если тебе не удастся найти меня сразу, не падай духом. Если не найдешь меня в одном месте, ищи в другом. Где-нибудь я остановился и жду тебя.

    Если тебе не удастся найти меня сразу, не падай духом. Если не найдешь меня в одном месте, ищи в другом. Где-нибудь я остановился и жду тебя.

    — Листья травы · книга
20. «

    К чему мне твоя быстрая иноходь, ведь я быстрее тебя, Даже когда я сижу или стою, я обгоняю тебя.

    К чему мне твоя быстрая иноходь, ведь я быстрее тебя, Даже когда я сижу или стою, я обгоняю тебя.

    — Листья травы · книга