20 лучших цитат — Уолт Уитмен

Подборка из 20 цитат Уолта Уитмена: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Земля, — разве этого мало? Мне не нужно, чтобы звезды спустились хоть чуточку ниже, Я знаю, им и там хорошо, где сейчас, Я знаю, их довольно для тех, кто и сам из звездных миров...

   Земля, — разве этого мало? Мне не нужно, чтобы звезды спустились хоть чуточку ниже, Я знаю, им и там хорошо, где сейчас, Я знаю, их довольно для тех, кто и сам из звездных миров...
2. «

   Трубач! Я сам, верно, тот инструмент, на котором играешь ты песни, Ты плавишь мне сердце и мозг, их движешь, влечешь и меняешь. Внезапно твой смутный напев навеял грусть на меня, Ты погасил ласкающий светоч — надежду. Я вижу рабство и гнет, произвол и насилье повсюду, Безмерный чувствую стыд, ибо народ мой унижен — и этим унижен я сам, Моими стали страданья — обиды всего человечества, — и жажда мщенья, и скрытая ненависть, Меня гнетет пораженье — все кончено! Враг торжествует. (Но исполином встает над руинами Правда, неколебимая до конца! Решимость и воля — стоять до конца!)

   Трубач! Я сам, верно, тот инструмент, на котором играешь ты песни, Ты плавишь мне сердце и мозг, их движешь, влечешь и меняешь. Внезапно твой смутный напев навеял грусть на меня, Ты погасил ласкающий светоч — надежду. Я вижу рабство и гнет, произвол и насилье повсюду, Безмерный чувствую стыд, ибо народ мой унижен — и этим унижен я сам, Моими стали страданья — обиды всего человечества, — и жажда мщенья, и скрытая ненависть, Меня гнетет пораженье — все кончено! Враг торжествует. (Но исполином встает над руинами Правда, неколебимая до конца! Решимость и воля — стоять до конца!)

   — Листья травы · книга
3. «

   Народ, захвативший власть, не отомстил никому и дворянских голов не рубил: Он презирал жестокость королей.

   Народ, захвативший власть, не отомстил никому и дворянских голов не рубил: Он презирал жестокость королей.

   — Листья травы · книга
4. «

   Открыла быстро конверт, О, то не он писал, но подписано его имя! Кто-то чужой писал за нашего сына... о несчастная мать! В глазах у нее потемнело, прочла лишь отрывки фраз: «Ранен пулей в грудь.., кавалерийская стычка... отправлен в госпиталь... Сейчас ему плохо, но скоро будет лучше".

   Открыла быстро конверт, О, то не он писал, но подписано его имя! Кто-то чужой писал за нашего сына... о несчастная мать! В глазах у нее потемнело, прочла лишь отрывки фраз: «Ранен пулей в грудь.., кавалерийская стычка... отправлен в госпиталь... Сейчас ему плохо, но скоро будет лучше".

   — Листья травы · книга
5. «

   Кто, что такое чудеса? Я сам не знаю ничего, кроме чудес.

   Кто, что такое чудеса? Я сам не знаю ничего, кроме чудес.
6. «

   Я лишь точка, лишь атом в плавучей пустыне миров...

   Я лишь точка, лишь атом в плавучей пустыне миров...
7. «

   Так я иду! (Открыты двери времени! Двери лазарета открыты!) Разбитую голову бинтую (не срывай, обезумев, повязки!), Осматриваю шею кавалериста, пробитую пулей навылет; Вместо дыханья — хрип, глаза уже остекленели, но борется жизнь упорно. (Явись, желанная смерть! Внемли, о прекрасная смерть! Сжалься, приди скорей.)

   Так я иду! (Открыты двери времени! Двери лазарета открыты!) Разбитую голову бинтую (не срывай, обезумев, повязки!), Осматриваю шею кавалериста, пробитую пулей навылет; Вместо дыханья — хрип, глаза уже остекленели, но борется жизнь упорно. (Явись, желанная смерть! Внемли, о прекрасная смерть! Сжалься, приди скорей.)

   — Листья травы · книга
8. «

   Послушай, я или ты, А также мужчины, женщины, государства, все, что знаем мы или не знаем, Все, что считаем прочным, прекрасно построенным и ценным,— Всего лишь образы.

   Послушай, я или ты, А также мужчины, женщины, государства, все, что знаем мы или не знаем, Все, что считаем прочным, прекрасно построенным и ценным,— Всего лишь образы.

   — Листья травы · книга
9. «

   Жалобы и рабья покорность — в одной упаковке с аптечным порошком для больных, условности — для дальней родни, Я ношу мою шляпу, как вздумаю, и в комнате и на улице. <...> Я таков, каков я есть, и не жалуюсь; Если об этом не знает никто во вселенной, я доволен, Если знают все до одного, я доволен.

   Жалобы и рабья покорность — в одной упаковке с аптечным порошком для больных, условности — для дальней родни, Я ношу мою шляпу, как вздумаю, и в комнате и на улице. <...> Я таков, каков я есть, и не жалуюсь; Если об этом не знает никто во вселенной, я доволен, Если знают все до одного, я доволен.

   — Листья травы · книга
10. «

    И каждая пылинка ничтожная может стать центром вселенной...

    И каждая пылинка ничтожная может стать центром вселенной...

    — Листья травы · книга
11. «

    И тот, кто идёт без любви хоть минуту, на похороны свои он идёт, завёрнутый в собственный саван.

    И тот, кто идёт без любви хоть минуту, на похороны свои он идёт, завёрнутый в собственный саван.
12. «

    Не стыдитесь, женщины, — преимущество ваше включает других и начало других; Вы ворота тела, и вы ворота души. В женщине качества все, она их смягчает, Она на месте своем и движется в равновесии полном; В ней всё скрыто, как должно, — она и деятельна и спокойна; Ей — зачинать дочерей, и ей — зачинать сыновей.

    Не стыдитесь, женщины, — преимущество ваше включает других и начало других; Вы ворота тела, и вы ворота души. В женщине качества все, она их смягчает, Она на месте своем и движется в равновесии полном; В ней всё скрыто, как должно, — она и деятельна и спокойна; Ей — зачинать дочерей, и ей — зачинать сыновей.
13. «

    К чему мне твоя быстрая иноходь, ведь я быстрее тебя, Даже когда я сижу или стою, я обгоняю тебя.

    К чему мне твоя быстрая иноходь, ведь я быстрее тебя, Даже когда я сижу или стою, я обгоняю тебя.

    — Листья травы · книга
14. «

    Труби же, трубач! Говори о любви, О том, что включает весь мир, — и мгновенье и вечность. Любовь — это пульс бытия, наслажденье и мука, И сердце мужчины и женщины сердце — во власти любви. Всё в мире связует любовь, Объемлет и всё поглощает любовь. Я вижу, вокруг меня теснятся бессмертные тени, Я чувствую пламя, которым согрет весь мир, Румянец, и жар, и биенье влюбленных сердец, И молнии счастья, и вдруг — безмолвие, мрак и желание смерти. Любовь — это значит весь мир для влюбленных, Пред ней и пространство и время — ничто. Любовь — это ночь и день, любовь — это солнце и месяц, Любовь — это пышный румянец, благоухание жизни. Нет слов, кроме слов любви, нет мыслей, помимо любви. Труби, трубач! Заклинай свирепого духа войны!

    Труби же, трубач! Говори о любви, О том, что включает весь мир, — и мгновенье и вечность. Любовь — это пульс бытия, наслажденье и мука, И сердце мужчины и женщины сердце — во власти любви. Всё в мире связует любовь, Объемлет и всё поглощает любовь. Я вижу, вокруг меня теснятся бессмертные тени, Я чувствую пламя, которым согрет весь мир, Румянец, и жар, и биенье влюбленных сердец, И молнии счастья, и вдруг — безмолвие, мрак и желание смерти. Любовь — это значит весь мир для влюбленных, Пред ней и пространство и время — ничто. Любовь — это ночь и день, любовь — это солнце и месяц, Любовь — это пышный румянец, благоухание жизни. Нет слов, кроме слов любви, нет мыслей, помимо любви. Труби, трубач! Заклинай свирепого духа войны!
15. «

    Я выберу свой путь, Пусть другие провозглашают законы, мне нет никакого дела до законов, Пусть другие прославляют возвышенных людей и поддерживают спокойствие, я поддерживаю только волнение и борьбу, Я не восхваляю возвышенного человека, я противопоставляю ему просто стоящего.

    Я выберу свой путь, Пусть другие провозглашают законы, мне нет никакого дела до законов, Пусть другие прославляют возвышенных людей и поддерживают спокойствие, я поддерживаю только волнение и борьбу, Я не восхваляю возвышенного человека, я противопоставляю ему просто стоящего.

    — Листья травы · книга
16. «

    Если ты хочешь подойти ко мне и заговорить со мной — почему бы тебе не подойти ко мне и не заговорить со мной?

    Если ты хочешь подойти ко мне и заговорить со мной — почему бы тебе не подойти ко мне и не заговорить со мной?
17. «

    Я поэт Тела, и я поэт Души, Радости рая во мне, мучения ада во мне, Радости я прививаю себе и умножаю в себе, а мучениям я даю новый язык. Я поэт женщины и мужчины равно, И я говорю, что быть женщиной — такая же великая участь, как быть мужчиной, И я говорю, что нет более великого в мире, чем быть матерью мужчин.

    Я поэт Тела, и я поэт Души, Радости рая во мне, мучения ада во мне, Радости я прививаю себе и умножаю в себе, а мучениям я даю новый язык. Я поэт женщины и мужчины равно, И я говорю, что быть женщиной — такая же великая участь, как быть мужчиной, И я говорю, что нет более великого в мире, чем быть матерью мужчин.
18. «

    Если кого я люблю, я нередко бешусь от тревоги, что люблю напрасной любовью, Но теперь мне сдается, что не бывает напрасной любви, что плата здесь верная, та или иная. (Я страстно любил одного человека, который меня не любил, И вот оттого я написал эти песни.)

    Если кого я люблю, я нередко бешусь от тревоги, что люблю напрасной любовью, Но теперь мне сдается, что не бывает напрасной любви, что плата здесь верная, та или иная. (Я страстно любил одного человека, который меня не любил, И вот оттого я написал эти песни.)
19. «

    Ночью на морском берегу Стоит девочка рядом с отцом И глядит на восток, в осеннее небо. <...> Девочка, ухватившись за руку отца И глядя с берега на эти похоронные тучи, которые победно спускаются ниже, чтобы проглотить поскорее все небо, Беззвучно плачет.

    Ночью на морском берегу Стоит девочка рядом с отцом И глядит на восток, в осеннее небо. <...> Девочка, ухватившись за руку отца И глядя с берега на эти похоронные тучи, которые победно спускаются ниже, чтобы проглотить поскорее все небо, Беззвучно плачет.
20. «

    And what I assume you shall assume, For every atom belonging to me as good belongs to you.

    And what I assume you shall assume, For every atom belonging to me as good belongs to you.